Причины и пределы падения цен на нефть. Динамика спроса на нефть


Динамика спроса на нефть - PDF

Нефть: товар или финансовый актив?

Нефть: товар или финансовый актив? Нефть: товар или финансовый актив? Институт энергетической стратегии Генеральный директор проф., д.т.н. В.В. Бушуев Старший эксперт аналитик Николай Исаин Москва, 26 апреля 2013 г. Структура презентации

Подробнее

Наш Экономический Прогноз: 100/90

Наш Экономический Прогноз: 100/90 Институт «Центр развития» НИУ-ВШЭ Наш Экономический Прогноз: 100/90 25 июля 2012 г. 1 Мировая экономика: между стагнацией и спадом Промышленное производство, изменение, в % год к году Безработица, в %

Подробнее

Brent ($/brl) 41,1 45,9 45,2 54,7 56,8. Brent ($/brl) сценарий 41,8 45,0 42,9 45,0 45,0

Brent ($/brl) 41,1 45,9 45,2 54,7 56,8. Brent ($/brl) сценарий 41,8 45,0 42,9 45,0 45,0 Материал подготовлен Центром перспективного финансового планирования, макроэкономического анализа и статистики финансов Научно-исследовательского финансового института Еврокомиссией опубликован новый выпуск

Подробнее

Осторожные прогнозы оправдались

Осторожные прогнозы оправдались Осторожные прогнозы оправдались Наш пессимистический прогноз, осуществленный в марте прошлого года, предполагал, что в ближайшую пятилетку средние цены на нефть будут близки к $50 за баррель. Мы исходили

Подробнее

3. Погружение в рецессию продолжилось

3. Погружение в рецессию продолжилось оптимизм в том смысле, что в долгосрочной перспективе они ожидают постоянного повышения цен на нефть с 41 долл./барр. в 2016 г. до 63 долл./барр. в 2022 г. При этом они прогнозируют стабилизацию рубля

Подробнее

Обзор мировой экономики

Обзор мировой экономики США Обзор мировой экономики Год колоссальных денежных стимулов принес спокойствие в деловой климат большинства стран Несмотря на сокращение бюджетных расходов, ВВП сохраняет высокие темпы роста Возможность

Подробнее

Обзор социальноэкономических

Обзор социальноэкономических Институт мировой экономики и политики при Фонде Первого Президента Республики Казахстан Лидера Нации Обзор социальноэкономических индикаторов Республики Казахстан 2014г. КОРЛАН АЛИМЖАНОВА С января по сентябрь

Подробнее

Экономика Италии в 2010 году

Экономика Италии в 2010 году Экономика Италии в 2010 году Преодоление последствий мирового финансово-экономического кризиса практически всеми промышленно-развитыми странами мира стало одним из основных факторов развития экономики

Подробнее

Ежедневная Аналитика

Ежедневная Аналитика Ежедневная Аналитика Кратко о главном Курс американского доллара сегодня растет относительно DXY на возросших ожиданиях, что ФРС будет активно повышать ставки в США, чтобы сдержать инфляцию. Цены на нефть

Подробнее

Макроэкономический обзор Декабрь 2014

Макроэкономический обзор Декабрь 2014 Макроэкономический обзор Декабрь 2014 Мировые тенденции: экономика США уходит в рост, темпы роста развивающихся стран замедляются Глобальные товарные рынки: поиск нового «равновесного уровня» на товарных

Подробнее

Экономика РФ в 2010 г.: итоги и прогнозы

Экономика РФ в 2010 г.: итоги и прогнозы СОДЕРЖАНИЕ 3 СОБЫТИЯ 19 ПОЛИТИКА 31 ЭКОНОМИКА 3 37 БИЗНЕС 38 63 ТЕХНОЛОГИИ 6 81 БЕЗОПАСНОСТЬ 8 91 ОБЩЕСТВО 9 96 Экономика РФ в 1 г.: итоги и прогнозы Текст ЦСА Росбанка: Михаил Ершов (руководитель проекта),

Подробнее

Платёжный баланс и курс рубля

Платёжный баланс и курс рубля Платёжный баланс и курс рубля В обзоре мы разберем факторы, которые влияли на стоимость российского рубля в первом полугодии 2016 года, уделив внимание не только динамике цен на нефть, но также изменениям

Подробнее

Комментарии. 1. Неясный первый квартал

Комментарии. 1. Неясный первый квартал Комментарии Макроэкономика 1. Неясный первый квартал Статистика за первый квартал 2017 г. не даёт чётких сигналов об изменении экономической динамики. Повышение потребительской активности сочеталось с

Подробнее

ПРОГНОЗ РАЗВИТИЯ ЭНЕРГЕТИКИ МИРА ДО 2040 г.

ПРОГНОЗ РАЗВИТИЯ ЭНЕРГЕТИКИ МИРА ДО 2040 г. ПРОГНОЗ РАЗВИТИЯ ЭНЕРГЕТИКИ МИРА ДО 2040 г. В последние три десятилетия произошел практически двукратный рост объема потребления энергоносителей в мире. При этом в последние годы доля нефти в совокупном

Подробнее

Макроэкономический обзор Июнь 2015

Макроэкономический обзор Июнь 2015 Макроэкономический обзор Июнь 2015 Мировые тенденции: Макропоказатели США - незначительный рост. Еврозона рост, Китай сохраняются тенденции к замедлению. Глобальные товарные рынки: По мнению экспертов

Подробнее

ПЕРСПЕКТИВЫ РОССИЙСКОЙ ЭНЕРГЕТИКИ

ПЕРСПЕКТИВЫ РОССИЙСКОЙ ЭНЕРГЕТИКИ ПЕРСПЕКТИВЫ РОССИЙСКОЙ ЭНЕРГЕТИКИ ГЛАЗАМИ ЭНЕРГЕТИКА к.э.н. Митрова Татьяна Зав. Отдела Нефтегазового комплекса Института энергетических исследований РАН Москва, МГУ 20 мая, 2013 ТЕЗИС 1: Перспективы российской

Подробнее

Инфляция и процентные ставки в России

Инфляция и процентные ставки в России Инфляция и процентные ставки в России Анализ изменения цен, действий ЦБ и условий кредитного рынка Укрепление рубля и текущая инфляция дают возможность ЦБ снизить ставку в марте на 0,25% В втором квартале

Подробнее

Наш Экономический Прогноз

Наш Экономический Прогноз Институт «Центр развития» ГУ-ВШЭ Наш Экономический Прогноз (Бюджетная ловушка 2011-2015) 8 июля 2010 г. Текущая ситуация: мировая экономика Темпы роста ВВП Q4 2009 Q1 2010 Еврозона -2,1 0,6 Евросоюз -2,3

Подробнее

Ежедневная Аналитика

Ежедневная Аналитика Ежедневная Аналитика Кратко о главном Перед сегодняшним началом очередного заседания Комитета по операциям на открытом рынке США европейские индексы акций демонстрируют снижение торговых оборотов и волатильности.

Подробнее

Обзор мировой экономики

Обзор мировой экономики Обзор мировой экономики Замедление экономики Китая может стать одним из самых интересных сюжетов года Китай Первый квартал показал замедление роста экономики Китая до 7,4% Наиболее уязвимым выглядит сектор

Подробнее

Ежедневная Аналитика

Ежедневная Аналитика Ежедневная Аналитика Кратко о главном На глобальном рынке акций сегодня наблюдается разнонаправленная динамика основных индексов. Торги сопровождаются падением активности инвесторов, так как американские

Подробнее

docplayer.ru

Вести Экономика ― Новое регулирование может взвинтить цены на нефть

Распечатать

28.05.2018 14:13

Москва, 28 мая - "Вести.Экономика". Иран и Венесуэла в последнее время оказывали доминирующее воздействие на нефтяной рынок, и этот тренд, по всей видимости, сохранится в ближайшие месяцы. Опасения по поводу дефицита предложения на фоне сокращения рынка привели к ралли нефтяных цен, в результате чего нефть марки Brent на прошлой неделе достигла $80 за баррель.

Между тем, предстоящее регулирование, которое аналитики уже назвали “самым большим изменением в истории нефтяного рынка” и “самым дезорганизующим изменением для нефтеперерабатывающей промышленности”, может привести к резкому скачку цен на углеводороды, поскольку фундаментально изменит структуру спроса на топливо.

Динамика цен на нефть 25-26 мая 2018 года

Международная морская организация (IMO) в целях борьбы с загрязнением воздуха обязала судовладельцев с 1 января 2020 г. сократить содержание серы в используемом ими топливе.

Корабли, курсирующие по мировым океанам, как правило, используют остаточное, то есть самое грязное, топливо. Сегодня IMO разрешает горючее с концентрацией серы до 3,5%, но с 2020 г. года максимальный уровень должен быть не выше 0,5%.

Новые требования резко увеличат спрос на средние дистилляты, такие как дизельное топливо и газойль, в связи с чем нефтеперерабатывающим заводам придется сокращать производство старого судового топлива (мазута) и проводить дорогостоящую замену оборудования для выпуска других видов нефтепродуктов.

Больше всего от нового регулирования пострадают ближневосточные производители, так как добывают в основном высокосернистую сырую нефть, предупреждает главный нефтяной аналитик Energy Aspects Амрита Сен. По его словам, новые требования к судоходному топливу станут “самым большим изменением в истории нефтяного рынка”.

Дело в том, что новые правила приведут к стремительному росту спроса на средние дистилляты, что дополнительно увеличит спрос на сырую нефть на 1,5 млн баррелей в сутки и потенциально поднимет цены на нефть до $90 за баррель в 2020 г., говорится в последнем обзоре Morgan Stanley.

“Это будет самым дезорганизующим изменением, с которым когда-либо сталкивалась нефтеперерабатывающая промышленность, - уверен директор по глобальному развитию Platts Analytics Крис Мидгли. - В отличие от прошлых изменений спецификаций, эту никак не назовешь малозначительной корректировкой”.

По словам управляющего директора Platts Рика Джосвика, форвардная кривая для средних дистиллятов в настоящее время показывает небольшие изменения в период с 2019 по 2020 гг., что говорит о явной недооценки влияния новых правил.

“Рынок еще не оценил степень и масштаб предстоящих изменений”, - уверен Джосвик.

Сроки введения новых правил совпадут с воздействием на предложение от недофинансирования сектора во время падения цен на нефть и ростом спроса, что указывает на завершение "эры низких нефтяных цен".

За последний месяц пятилетние форвардные цены на нефть, которые обычно торгуются в более узком диапазоне, чем фьючерсные контракты ближайшего месяца поставки, росли быстрее, чем спотовые цены.

"Несмотря на то что цены на нефть марки Brent впервые с 2014 г. поднялись до $80 за баррель, не было уделено должного внимания тому, что вся форвардная кривая Brent сейчас торгуется выше $60, включая контракты на поставку аж в декабре 2024 г. Это обстоятельство является важной психологической вехой для нефтяного рынка. Рынок фактически дает понять, что эра низких цен закончилась", - пишет Financial Times.

Ожидается, что после введения новых правил на судовое топливо спрос на дизельное топливо и ультранизкосернистое горючее увеличится на 2-3 млн баррелей в сутки, отмечают аналитики Energy Aspects.

"Ничто никогда не движется по прямой линии, но нефтяной рынок в целом, возможно, не готов к тому, что произойдет с ценами на нефть в ближайшие пару лет", - заключают они.

www.vestifinance.ru

Взаимосвязи между динамикой цен и динамикой спроса на нефть: современные особенности

Характер взаимодействия динамики цен и динамики спроса на нефть предопределяется экономической уникальностью этого ресурса, его стратегическим значением в современном мировом развитии. Попытаемся далее выяснить, какие именно свойства делают его уникальным.

В 1998 г. цена нефти опускалась ниже 10 долл./барр. В 2008 г. она вплотную приблизилась к 150 долл./барр. За этот период мировое потребление нефти возросло с 74 до 86 млн./барр. в день. С точностью до среднегодовых значений рост обоих показателей на данном отрезке времени за одним исключением (2000-2001 гг.) был монотонным, а в 2003-2007 гг. графики оказались практически параллельными (рисунок). В связи с этим можно предположить, что нефть относится к так называемым товарам Гиффина.

Английский экономист XIX в. Р. Гиффин впервые зарегистрировал и проанализировал случай инверсии спроса по отношению к стоимости товара для покупателя. Товары, спрос на которые растет при увеличении цены предложения, получили устойчивое название товаров Гиффина. Случай, исследованный этим ученым, считается хрестоматийным.

Изучая последствия голода 1846-1849 гг. в Ирландии, Гиффин обнаружил, что увеличение цены на картофель привело не к снижению, а к росту его потребления. Эта культура тогда занимала в Ирландии около трети пахотных земель и являлась базовым продуктом питания населения острова. Рацион большинства ирландцев состоял в основном из картофеля и в значительно меньшей степени из продукции животноводства. Оказалось, что основная часть населения, имея скромные семейные бюджеты, сочла целесообразным отказаться от продуктов, которые оставались дороже картофеля, и увеличить потребление последнего, несмотря на опережающий рост цены.

В работе [1] приведено следующее определение понятия «товаров Гиффина»: «ГИФФИНА ТОВАРЫ [Giffen goods] - товары (обычно малоценные), спрос на которые в определенных обстоятельствах растет при повышении на них цены (а не снижается, как следовало бы ожидать)». Нефть, безусловно, подпадает под это определение. Но под сформулированное определение подпадают и другие товары, отнюдь не играющие такой же роли в мировой экономике. Более того, пока не станет ясно, что понимается под «определенными обстоятельствами», этой формулировке может соответствовать практически любой товар, например на стадии формирования нового рынка, когда товар из бесплатного (из нетовара) становится оплачиваемым, а потребление его растет. Поэтому, прежде чем сформулировать предположение об уникальности нефти в современном мировом хозяйстве в силу принадлежности ее к «товарам Гиффина», следует попытаться выяснить особенности товаров, носящих имя этого английского экономиста (рисунок).

График динамики среднегодовых значений потребления нефти и цен на нефть

По мнению автора, когда какой-либо товар (услугу) называют товаром Гиффина, часто упускают из вида нижеследующие атрибуты последнего.

Во-первых, в хрестоматийном примере увеличение объема потребления товара произошло именно в результате повышения его цены. Только в этом случае изменение соотношения динамики цены и спроса на обратное естественному можно интерпретировать как возникновение товара, который правомерно называть товаром Гиффина. Это важно отметить, потому что, как уже говорилось, случаев одновременного роста стоимости товара и объемов его потребления в экономике много. До кризиса 2008 г. в России, например, быстро росли цены на цемент, металл и прочие инвестиционные ресурсы, продажи которых при этом постоянно увеличивались. Это типично для растущей монополизированной экономики. Понятно, что в таких условиях объемы потребления металла увеличиваются не потому, что цены на него «галопируют». Если бы цены снижались, то эффект был бы аналогичным, если не более масштабным.

Во-вторых, товары Гиффина подразумевают наличие альтернативного ресурса (ресурсов). В случае, рассмотренном самим Гиффином, потребитель мог выбирать между продуктами питания. Каждый из них был способен удовлетворить потребность в еде. Если бы замены не было, то увеличение цены на товар-монополист, скорее всего, не смогло бы вызвать рыночную реакцию роста спроса. Если бы спрос все же повысился, то это было бы результатом событий на других рынках и могло объясняться, например, инфляцией или общим экономическим ростом, а может быть, действиями регулятора. Незаменимый ресурс - категория внеэкономическая, и уровень цен на него определяется общественными договоренностями.

В-третьих, неочевидная особенность товара Гиффина - возможность создавать запасы. Значительная часть спроса в условиях дефицита или его ожидания имеет ажиотажный характер: товары закупаются впрок. Нарушается обычное соотношение между объемом непосредственно потребляемого товара и количеством «товара на складе», что ведет к увеличению сроков хранения. В примере самого Гиффина, картофель определенно лучше переносил складирование, чем продукты животноводства. (Вспомним, что события происходили в середине XIX в. в Ирландии, где холодильников не было, а средняя температура даже зимних месяцев равнялась + 5 °C, причем из-за близости Гольфстрима никогда не понижалась ниже +1 °C.) Весьма вероятно, что эта особенность картофеля явилась главной причиной роста его потребления вопреки росту цены.

Первая из упомянутых особенностей товаров Гиффина нефти не свойственна. В 1998-2008 гг. увеличение общепланетарного потребления этого ресурса было связано с положительной динамикой мирового производства, и рост цен только притормаживал спрос. Это видно из страновой структуры динамики потребления нефти. В конце данного периода, когда ее удорожание было особенно значительным, продолжать наращивать потребление могли только страны с быстро развивающейся экономикой, в том числе страны-нефтеэкспортеры. Как видно из данных [2], лидерами оказались Китай, Саудовская Аравия, Бразилия и Индия. Страны, которые не поддерживали высоких темпов экономического роста, но были способны корректировать технологическую и отраслевую структуру своей экономики, потребление нефти уменьшили. Наибольшее снижение потребления нефти в 2004-2007 гг. показали Германия, Япония, Италия и Великобритания.

Страны-лидеры по увеличению и уменьшению потребления нефти, 2004-2007 гг., млн. барр./сутки

Китай -

1,08

Германия -

0,24

Саудовская Аравия -

0,35

Япония -

0,23

Бразилия -

0,19

Италия -

0,13

Индия -

0,18

Великобритания -

0,07

Что касается наличия у нефти товарной альтернативы, можно заметить, что технологически она почти всегда существует. Однако с позиций экономики в подавляющем большинстве тиражируемых технологий, использующих природные энергоносители, нефть до сих пор не имеет аналогов по соотношению «затраты-выпуск». Кроме того, следует помнить, что по мере расширения роли в мировом хозяйстве нефть вытесняла другие энергоносители только из некоторых производств. В остальных она была «стартовым» и единственным ресурсом. На ее основе создан целый специфичный технологический уклад, являющийся и в настоящее время основой мировой экономики. Поэтому можно сказать, что хозяйство планеты уже много десятилетий «заточено под нефть», и в мировом масштабе ей замены нет. Собственно это обстоятельство и есть главная причина актуальности «нефтяной темы» в целом: нефть - товар массовый и одновременно экономически безальтернативный.

Нефть пригодна для создания товарных запасов. В отличие от нефтепродуктов сырая нефть не портится при складировании и в надлежащих условиях может храниться достаточно долго, чтобы формировать запасы разных уровней, в том числе стратегические. Этим уже пользуются США, Япония, Германия, Ирландия и Южная Корея. Международное энергетическое агентство обязало 23 страны-участницы создавать самостоятельно или обязывать частные компании хранить запасы, которые могут обеспечить их нетто-импортные потребности в нефти и нефтепродуктах в течение 90 суток. Однако похоже, что это единственный из отмеченных атрибутов «товара Гиффина», присущий нефти. А если это так, то предположение об обусловленности уникальных свойств нефти особенностями «товаров Гиффина» выглядит ошибочным.

Такой вывод был бы верным, если бы в период 1998-2008 гг. нефть использовалась в мировом хозяйстве только как природный ресурс, как материальная база экономики. Однако уже сейчас очевидно, что ей присущи потребительские качества, не связанные напрямую с производственным спросом, причем эти качества востребованы в глобальном масштабе.

Прошедшие десять лет нефть играла роль одного из главных «прибежищ» ликвидности. По причинам, анализ которых выходит за рамки исследуемой темы, мировое хозяйство в последние годы оказалось перенасыщено деньгами. Владельцы устойчиво растущей избыточной денежной массы постоянно искали возможность сохранить и приумножить стоимость своих активов относительно текущего номинала, стремясь сделать это наиболее эффективным образом. Поскольку современные рынки объединены глобальной инфраструктурой проведения трансакций, а наиболее интересные финансовые операции секьюритизированы, технические возможности управления капиталом таковы, что огромные объемы денег переводятся с одного рынка на другой практически мгновенно. Деньги почти не ограничены в маневре. Понятно, что в этих условиях «балласт» избыточных средств, существующий в мировой экономике, в наибольшей степени удорожает надежные с точки зрения роста стоимости активы. По причинам, которые ввиду обширности темы здесь не обсуждаются, одним из таких активов оказалась нефть.

Рост цен на нефть в конце рассматриваемого периода достиг невиданных скоростей, а их уровень - беспрецедентных значений. На мировом нефтяном рынке возникла порочная положительная обратная связь: чем больше денег тратилось на нефтяные фьючерсы, тем быстрее они дорожали, тем устойчивее становились ожидания дальнейшего удорожания, и тем больше оставшихся свободными денежных средств устремлялось на этот рынок. Возникновение такой связи означало, что спрос на нефть увеличивался именно из-за роста ее стоимости. Нефти как одному из ресурсов, формирующих в предкризисный период отношения на мировом финансовом рынке, оказался присущ один из атрибутов «товара Гиффина», которым она не обладала, оставаясь всего лишь производственным ресурсом природного происхождения.

В своей новой ипостаси нефть не была единственным активом, способствующим приращению денежных номиналов. Об этом свидетельствует происходивший параллельно рост цен на металлы, недвижимость, произведения искусства, равно как и рост стоимости компаний, имеющих к ним отношение. Об этом же говорит быстрый рост разницы цен между модными и немодными товарами и услугами, удовлетворяющими одну и ту же потребность. Благодаря избытку денег, не находящих приложения в производстве, во многих случаях трудовая составляющая стоимости оказалась «погребена» под рентной ее составляющей. То, что с точки зрения спроса имело хотя бы незначительные преимущества перед своим исполненным в традиционной форме аналогом, могло претендовать на невозможный ранее прирост цены и получало его. Плата за прирост качества, часто выражающегося почти исключительно в росте престижности, оказалась одной из популярных форм вложения частных капиталов. Все это означало, что еще один атрибут «товара Гиффина» - наличие альтернативы - не свойственный нефти как производственному ресурсу, оказался приобретенным ею, когда она начала играть роль «хранилища» ликвидности.

Если вспомнить, что нефть удобна для создания запасов, выясняется, что по совокупности способов участия в глобальной экономике она в рассматриваемый период обладала всеми перечисленными выше атрибутами «товаров Гиффина». Что это может означать и как это можно использовать? Вызывает ли данный феномен следствия, существенные для экономического анализа и прогнозирования? Представляется, что - да.

Во-первых, он дает еще одно, пусть элементарное подтверждение важности нефти для мирового хозяйства. Трудно не признать исключительную значимость товара, если во всем мире его продолжают покупать во все больших масштабах вопреки кратному росту цены; и делают это даже при наличии на рынке товарной альтернативы.

Во-вторых, появление у нефти свойств «товаров Гиффина» может рассматриваться как симптом предкризисной ситуации. В этом смысле участники экономической жизни получают надежный индикатор грядущих экономических неприятностей. Как показала практика, эффект Гиффина в среде массовых ресурсов, сопровождающийся возникновением у последних новых потребительских свойств или взрывом интереса к их прежде относительно малозначимым для бизнеса свойствам, свидетельствует о приближающемся кризисе. Процесс наращивания диспропорций аналогичен механизму возникновения «голландской болезни», с тем отличием, что средства вкладываются не в реальные, а в секьютиризированные углеводороды. Экономические субъекты, предвидящие кризис и готовящиеся к нему, скупают их как высоколиквидные активы. Цены начинают подниматься, в процесс включаются все новые и новые участники, движимые, в том числе, и чисто спекулятивным интересом. Возникает положительная обратная связь, о которой упоминалось выше. Владельцы прочих работающих активов, стремясь попользоваться доходностью «раздуваемого» рынка, сокращают или продают свой бизнес, чтобы поучаствовать в высокоприбыльных операциях. Деньги во все большей степени перетекают из реального сектора на финансовые рынки. Производство и занятость сокращаются, снижаются инвестиции в производство, затем падают потребительский спрос, налоги, и экономика вступает в стадию рецессии.

Отметим, что эффект Гиффина, предшествующий экономическому кризису -достаточно новое явление. Пример самого Гиффина относился к собственно кризисному периоду. Инверсия соотношения динамики спроса и цены на нефть в начале энергетического кризиса 1970-х годов - тоже. Но для последних десятилетий характерна реакция капитала не на события, а на прогнозы событий, поэтому эффект Гиф-фина можно считать провозвестником депрессии. В рассматриваемом качестве он интересен еще и тем, что создает подходы к измерению потенциала кризиса: чем сильнее эффект инверсии спроса к цене, тем масштабнее предстоящее падение.

В-третьих, под вопросом оказывается прежде широко признанный механизм регулирования объемов мирового производства через изменение цен на нефть. Отношение к нему как к главному фактору, демпфирующему колебания глобальных производственных циклов, было весьма распространенным и казалось обоснованным. Считалось, что по мере роста нефтяных цен мировой экономике становится все сложнее наращивать объемы выпуска. Опережающие высокие цены на базовый для большинства технологических цепочек ресурс не дают возможности покупать его в прежних объемах и тормозят процесс приближения стадии перепроизводства. Если же она все-таки наступает, объемы выпуска резко снижаются, падает спрос на ресурсы, а вместе с ним и цены. Низкая цена на нефть способствует оживлению хозяйственной деятельности во многих отраслях и регионах, и все начинается сначала.

Предыдущий опыт подтверждал работоспособность этой конструкции. В ее основе лежит естественное соотношение цены и спроса. События последних лет на рынке нефти заставляют усомниться в универсальности данного механизма. Как отмечалось выше, они показывают, что спрос на товар в масштабах планеты может расти, несмотря на кратное увеличение цены, более того, благодаря этому росту. При этом рост спроса, как и всегда, опосредует увеличение выпуска. Сигнала об опасной близости к перепроизводству не поступает. Получается, что рынок не способен самостоятельно скорректировать тенденцию экономического перегрева, которую он же и создает, продолжая необоснованно стимулировать производственную деятельность.

Промежуточные итоги развития событий по этому сценарию известны. В 2008 г. цены достигли рекордных высот, а потом резко упали, причем падение было связано не с неспособностью мирового хозяйства и далее усваивать дорогие ресурсы, а с банкротством крупных финансовых институтов. Эффект Гиффина мог бы развиваться и дальше: аналитиками всерьез тестировался уровень в 200 долл./барр. Обвал цен увлек за собой производство, уровень жизни населения и общее ощущение экономической стабильности. Поскольку рыночные механизмы себя дезавуировали, на авансцене появились новые действующие лица, олицетворяющие государственную власть. Во всем мире в той или иной форме началась национализация активов, и государства восстановили свою роль доминирующих экономических субъектов. Экономические, а особенно социальные последствия этого поворота долговременны и непредсказуемы. Получилось, что «товары Гиффина», будучи сами отклонением от рыночных закономерностей, ознаменовали начало лавинообразного разрушения рынков в масштабах, вполне имеющих шанс стать беспрецедентными.

Можно возразить, что ценовые катаклизмы на мировом нефтяном рынке произошли не с той нефтью, которая участвует в производстве, а с так называемой нефтью «бумажной». Действительно, по некоторым оценкам, операции с нефтяными инструментами на биржах превышали по стоимости товарную нефть более чем на порядок. Можно говорить, что прежний механизм «нефтяной коррекции» все-таки работает, поскольку цены на этот ресурс упали. За второе полугодие 2008 г. они снизились в 4 раза, и о возвращении к прежнему максимуму речь явно не идет. Но нельзя не признать, что так или иначе нефть сыграла драматическую роль в развитии глобального кризиса. Его особенность в том, что он глубоко затронул и финансы, и мировую экономику. Нефть же, как было показано выше, последнее десятилетие играла в глобальном хозяйстве одновременно роль экономического ресурса и финансового инструмента. Двойное «амплуа» не могло не привести ее в эпицентр кризиса. Симптомом последнего и индикатором участия нефти в его подготовке и развитии явился переход этого ресурса в категорию «товаров Гиффина».

Литература

1. Экономико-математический словарь. Издательство: Дело, 2003 г. http://slovari.yandex.ru/dict/lopatnikov

2. http://tarasovblog.ru/?p=490

institutiones.com

Вести Экономика ― Конъюнктура цен на нефть: драйверы роста

Распечатать

24.05.2018 17:31

Москва, 24 мая - "Вести.Экономика". Цены на нефть устойчиво растут на протяжении четырех месяцев подряд. За это время котировки фьючерсов Brent поднялись на 30% и к текущему моменту добрались до уровня $80 за баррель. В это же время мы видели общее укрепление американского доллара, что в целом негативно для сырьевых площадок. Тем не менее валютный фактор преимущественно игнорировался, так как участники рынка опирались на очевидные фундаментальные драйверы роста, считает Василий Карпунин, начальник отдела экспертов фондового рынка "БКС Брокер".

Василий Карпунин, начальник отдела экспертов фондового рынка "БКС Брокер"

При построении прогнозов в отрасли все эксперты главным образом отталкиваются от оценки соотношения общего мирового спроса и предложения нефти.

В начале 2018 г. некоторые уважаемые институты постепенно повышли свои ожидания по темпам роста потребления сырья на фоне стабильного экономического роста в мире и повышенного спроса со стороны Китая. В результате котировки нефти получали ключевой драйвер в виде ожиданий потенциального дефицита "черного золота" во втором полугодии 2018 г.

Например, эксперты Международного энергетического агентства (МЭА) прогнозировали, что в II-IV кварталах 2018 г. совокупный спрос на нефть будет превышать предложение.

Дополнительным драйвером роста выступает поступательное сокращение добычи в Венесуэле. На текущий момент страна добывает около 1,5 млн б/с. Это 33-летний минимум. За два года производство сократилось на 1 млн б/с. Большинство экспертов отрасли сходятся во мнении, что эта тенденция может продолжиться, особенно в свете переизбрания Николаса Мадуро в должности президента. Более того, после объявления итогов выборов в Венесуэле президент США Дональд Трамп подписал указ, запрещающий гражданам США и юридическим лицам в Штатах совершать операции с суверенным долгом Венесуэлы и ценными бумагами. Это еще больше усложняет задачу восстановления объемов производства для страны. По прогнозам Минэнерго США, падение добычи в стране продлится по меньшей мере до конца 2019 г.

Прогноз на ближайшие годы не внушает оптимизма. В результате технического дефолта по облигациям осенью 2017 г. и санкциям государственная нефтяная компания страны PDVSA оказалась отрезана от мировых рынков капитала. Серьезные долги перед нефтесервисными компаниями и коррупционные скандалы заставляют последних задумываться об уходе из региона.

Последний конфликт состоялся с компанией Chevron, которая оперативно эвакуирует руководящий состав из страны. Двое сотрудников Chevron были взяты под арест из-за спора о контракте с государственной нефтяной компанией PDSVA. Они могут столкнуться с обвинениями в государственной измене, из-за того что отказались подписать контракт с PDSVA на поставку ряда запчастей по причине их высокой стоимости и отсутствия конкурентных предложений.

Аресты свидетельствуют об эскалации напряженности между PDVSA и иностранными партнерами по поводу контроля над контрактами на поставку и управление совместных предприятий. От ухода из региона многие компании сдерживает только то, что в текущей ситуации не представляется возможным реализовать венесуэльские активы без существенных потерь. В том числе компании опасаются повторения ситуаций 2007 г. с Exxon Mobil и ConocoPhillips, активы которых были экспроприированы правительством Уго Чавеса.

Еще одним важным драйвером роста нефтяных котировок до сих пор выступали риски, связанные с Ираном. Дональд Трамп принял решение о выходе США из ядерной сделки, поэтому участники рынка закладывают в цену свои опасения снижения объемов поставок нефти из этой страны на фоне восстановления санкций. В настоящее время Иран экспортирует примерно 2,5 млн б/с. Общая добыча в стране составляет 3,82 млн б/с – 5-е место в мире.

В 2011-2012 гг. эффект от санкций привел к сокращению добычи примерно на 1 млн б/с. Затем после заключения так называемой "ядерной сделки" Тегерану удалось полностью восстановить объемы производства. И вот сейчас возникает риск того, что стране вновь придется сокращать экспорт из-за американских ограничений.

Описанные выше драйверы уже во многом заложены в котировки нефти. Анализируя их, мы смотрим в зеркало заднего вида, ведь мощное ралли в нефти уже произошло. В текущей ситуации на первый план выходят три ключевых момента:

1) снижение темпов роста спроса на нефть на фоне резко выросших цен,

2) сохранение тенденции по росту добычи в США,

3) действия стран ОПЕК+.

Рассмотрим эти факторы ближе.

1) Есть такая поговорка: "Лучшее лекарство от низких цен на сырье - это низкие цены". Это же утверждение в некотором роде справедливо и для высоких цен. Рост стоимости сырья провоцирует снижение спроса, что на дистанции может приводить к давлению на нефтяные котировки. Например, то же МЭА в майском докладе уже успело снизить прогноз по росту спроса на нефть в 2018 г. на 100 тыс. б/с до 99,2 млн б/с.

Увеличение цен на нефть означает рост цен на бензин и прочие нефтепродукты. Как результат, у потребителей меньше возможностей тратить на товары и услуги, а это может иметь мультипликативный эффект для экономики с негативным окрасом. Речь идет не о сиюминутном эффекте, а о влиянии на горизонте нескольких кварталов. Подъем нефти способствует увеличению инфляционных ожиданий, что, например, может дать ФРС лишний повод в пользу более быстрого повышения ключевой ставки. А рост ставки, как известно, не является однозначным драйвером для ускорения роста экономики.

2) Добыча нефти в США находится на исторических максимумах. Согласно последним опубликованным от Baker Hughes данным количество активных нефтяных буровых установок в Штатах находится на уровне 844. В годовом выражении прирост составляет 124 уст. Отметим, что в этом плане все может быть еще впереди. На пике 2014 г. было зафиксировано около 1600 установок.

Параллельно с ростом количества буровых, естественно, увеличивается и объем добычи в США. Причем отметим, что темпы наращивания производства остаются очень высокими. За последние 20 недель рост добычи отмечался в 18 случаях. В основном прирост идет за счет добычи сланцевой нефти, преимущественно на месторождении Permian.

3) 22 мая состоится очередное заседание ОПЕК. Это ключевое событие для рынка нефти, так как в сложившейся ситуации может быть поднят вопрос о том, чтобы подумать о изменении условия заключенной сделки по сокращению добычи странами ОПЕК+ (на 1,8 млн б/с). Ряд участников картеля уже успели в том или ином виде прокомментировать ситуацию вокруг Венесуэлы и Ирана, заявив о том, что они могут заместить выпадающие объемы, чтобы не допустить перебоев с поставками на рынке. На мой взгляд, в данный момент рост цен на нефть ограничен потенциалом $80-85. Фактор возможного замедления темпов роста спроса на нефть, поступательное продолжение увеличения добычи в США, а также перспектива наращивания производства странами ОПЕК+, указывают на ограниченность пространства для дальнейшего роста нефтяных котировок.

Кроме того, не стоит закладываться на резкое сокращение добычи и экспорта из Ирана. В этот раз падение производства даже при самом негативном сценарии должно быть заметно меньше, чем в 2011-2012 гг. По оценкам многих экспертов отрасли, экспорт из Ирана может снизиться на 300-500 тыс. б/с. Для России сегодняшняя ценовая конъюнктура на рынке нефти крайне позитивна. При этом отметим, что курс рубля не демонстрирует соответствующего укрепления, хотя должен бы следовать вслед за нефтью. В связи с этим акции экспортеров получили дополнительный драйвер для роста. Слабость национальной валюты в основном связана с тремя факторами: геополитика и санкции, общий отток инвесторов из валют развивающихся стран, ежедневные покупки валюты Минфином.

С 2018 г. в РФ вступило в силу новое бюджетное правило. Согласно нему все нефтегазовые доходы от цен на нефть выше базового значения, заложенного в бюджете ($40), используются для покупки валюты Минфином и размещения в Фонде национального благосостояния (ФНБ).

Расходование средств ФНБ доступно лишь в двух случаях: снижение цен на нефть ниже базовой и достижение фондом размеров 7% от ВВП. В случае роста резервов выше 7% от ВВП, дополнительные средства будут инвестироваться в инфраструктурные проекты. При средних ценах на нефть $55-60 за баррель ФНБ может достичь 7% ВВП в 2020 г. Если предположить, что текущие высокие цены на нефть сохранятся, то цель по размеру ФНБ может быть достигнута и раньше. А пока же рост бюджетное правило лишь просто снижает зависимость экономики от внешних факторов и позволяет сформировать надежный резерв на периоды дефицита бюджета.

www.vestifinance.ru

Причины и пределы падения цен на нефть

С июня 2014 года цены на нефть снизились более, чем в два раза, что полностью изменило картину реальности для многих нефтедобывающих стран. А в апреле стала более явной перспектива снятия санкций с Ирана на поставки нефти, что может привести к дополнительному снижению цен. Россия критическим образом зависит от экспорта энергоносителей, и для нее вопрос о дальнейшей динамике цен более чем актуален. Он и понятно - две трети добываемой в стране нефти идет на экспорт, и доля ТЭК в общей экспортной выручке тоже близка к этому рубежу. Нефтегазовые доходы составляют половину доходной части бюджета. При сегодняшних ценах на нефть бюджет недосчитывается порядка $100 млрд. в год. Растут проблемы и у нефтегазовых компаний. Для нас более чем актуальным является вопрос о судьбе нефтяных цен и том, на каких уровнях они обретут долгосрочную поддержку.

 

Возможно, у представителя инвестиционной компании было бы естественнее увидеть обсуждение взаимозависимости цен на нефть от динамики индекса доллара, воздействия на цены монетарных факторов. Тем более что их влияние может быть очень большим - закачанная в последние годы центробанками ликвидность превышает все разумные пределы, а объемы торговли нефтяными фьючерсами в десятки раз превышают объемы торгов на спотовом рынке. Сильная динамика нефтяных цен и огромный навес денежной ликвидности создает благоприятную основу для финансовых спекуляций. И даже несмотря на принимаемые сейчас меры по снижению участия финансовых институтов в манипуляциях на нефтяном рынке, роль финансового фактора на рынке еще может быть значительной.

 

Допуская возможность существенного влияния финансовых факторов на динамику цен, особенно на относительно коротких интервалах времени, полагаем все же, что чаще спекулятивный капитал лишь следует за тенденциями рынка, развивая и усиливая складывающийся тренд. Кроме того вычленить воздействие только финансовых факторов на динамику цен достаточно сложно. Еще менее информативным представляется отыскивать злой умысел в действиях тех или иных сторон. Поэтому ограничимся здесь лишь небольшими замечаниями по поводу влияния спекулятивного фактора.

 

Спрос – предложение.        

Более плодотворным представляется обсуждение динамики спроса и предложения. Согласно данным EIA в последние десяток лет спрос на нефть и нефтепродукты подрастал со средним темпом в 1,3 процента в год. В том числе за последние три года мировой спрос вырос с 89 mb/d (млн. баррелей в сутки) до 93 mb/d.  (Примерно половину этого роста было получено за счет роста потребления нефти в Китае, нефтяные аппетиты которого за последние двадцать лет росли со средним темпом в 6,6%). Средний рост объемов предложения по миру примерно уравновешивает рост спроса. Однако в последний год кривая предложения систематически располагалась немного выше кривой спроса. Объемы предложения в этот год превышали объемы спроса примерно на 1 mb/d.

                                                

Снижение цен в 2014 году происходило на фоне снижения потребления нефти в развитых странах, угроз замедления роста китайской экономики, расширения предложения нефти со стороны Бразилии (+0,5 mb/d),  снижения с июня выбывшей добычи стран ОПЕК (на 0,7 mb/d) и ряда других  факторов. Однако наиболее существенный вклад в превышения предложения над спросом дал ускоренный рост добычи нефти в США. Недаром в последние годы цены на американскую легкую нефть марки WTI держались систематически ниже европейской нефти марки Brent. В последние пять-шесть лет ежегодный прирост добычи нефти в США составлял около 8% и даже ускорялся со временем. Так, только в последний год объем добычи увеличился  на 1,1 mb/d. Тем самым США как бы обеспечивали мировой прирост объемов добычи нефти.                    

                                 

Впечатляющее увеличение объемов добычи в США обусловлено массированным бурением скважин  и добычей нефти из плотных коллекторов. За четыре последних года добыча нефти плотных пород в США выросла в 5 раз, а ее доля приближается к половине общих объемов добычи нефти в США. Резкое возрастание объемов добычи из указанных пород называют сланцевой революцией.

 

И вот снижение цен нефти стало свершившимся фактом. Признавая определяющую роль динамики спроса и предложения для долгосрочного ценообразования приходится, тем не менее, констатировать, что фундаментальные факторы не смогут нам дать ответа на вопрос о пределах снижения нефтяных цен. Мало того, что зависимости спроса и предложения от цен никто не знает, так эти наиболее важные параметры еще демонстрируют крайнюю степень эластичности. Мы помним то, как цены в течение многих месяцев удерживались вблизи одного уровня даже при накопившемся дисбалансе спроса и предложения. И как они при не очень сильно изменившихся условиях в течение более полугода стремительно двигались вниз, уменьшившись с июня 2014 года более чем в два раза. При этом как объемы добычи, так и объемы потребления черного золота изменялись лишь незначительно. Очень нетривиальными получаются игры в равновесие спроса и предложения! (Тут уместно еще раз вспомнить и о монетарных факторах ценообразования и самоустранении ОПЕК от регулирования цен).

 

И все же, несмотря на сложную, временами почти независимую от спросовых балансов «жизнь» нефтяных цен, их снижение более чем в два раза будет постепенно запускать механизмы корректировки объемов спроса и предложения, а значит со временем и корректировки динамики цен. Более отчетливо проявление таких механизмов проявляется в США.

Так, в крупнейшей мировой экономике в последние полгода примерно на 10% подросли объемы потребления нефти. Хотя подрастание последнего полугода в большей мере связано с сезонными колебаниями потребления, когда в весенние месяцы после отопительного сезона и перед пиком автомобильного сезона объемы потребления минимальны и постепенно растут к концу года. Так происходило и в 2014 году. Начавшееся сезонное снижение потребления в 2015 году должно в должной мере показать степень воздействия снизившихся цен на динамику спроса. (следует обратить внимание, что снижение спроса частично связано еще с резким снижением объемов бурений. (Выбытие тысячи работающих буровых установок сопровождается  сворачиванием энергоемких работ по бурению и обустройству промысловых площадок, перевозкой огромного количества песка, воды, химических реагентов для проведения ГРП).  

Многое в балансе спроса и предложения зависит от динамики спроса Китая. Ожидаемое многими замедление темпов роста китайской экономики нивелировано мощным встречным процессом. Параллельно там идет сокращение потребления угля, что дает основание полагать, что рост потребления нефти и газа в Поднебесной в ближайшем будущем будет сохранять высокий темп, а возможно даже будет ускоряться. В Китае рост потребления нефти в 2014 году составил 5,9%.  А вот в остальном мире явной зависимости спроса от снизившейся цены пока не видно. По данным МЭА потребление нефти в мире в 2014 году возросло лишь на 0,7 млн. баррелей (менее 1%) и достигло 92,4 млн. баррелей в сутки. В 2015 году спрос на нефть увеличится на 1,1 млн. баррелей в сутки - до 93,6 млн. баррелей. Как видим, ожидается лишь небольшое ускорение роста спроса в связи с более чем двукратным снижением нефтяных цен.

 

Сворачивание инвестиционного процесса

Гораздо рельефнее проявляется снижение цен на динамике инвестиционного процесса. Провал цен в зону отрицательной рентабельности уже начал выводить из игры компании и проекты по освоению новых месторождений. Ожидается, что в первую очередь пострадает освоение глубоководных и арктических шельфов, проекты освоения сланцевых месторождений и разработка битумных песков в Канаде. Сокращение предложения неизбежно будет происходить, но пока можно говорить лишь о начале этого процесса. Инерционность инвестиционных процессов сглаживает влияние цен на добычу и обуславливает временной лаг между ценовыми колебаниями и изменением инвестиционных программ.

 

И вновь наиболее выраженно этот процесс происходит в США. В 2015 года все отчетливее проявляется изменение более  важного показателя -числа работающих буровых установок, которые с  месячным запозданием дают динамику ввода новых скважин. Снижение числа буровых установок несколько запаздывает за падением нефтяных цен, однако сланцевая отрасль реагирует на цены гораздо активнее, чем при добыче традиционной нефти.                                                                                                               

Запаздывание проявляется не только в реагировании инвестиционных показателей, но и в отставании динамики добычи от динамики буровых работ. Так, в марте 2015 года, несмотря на 40 процентное снижение количества буровых установок объемы добычи нефти в США продолжали расти, обеспечивая внушительный рост объемов запасов в США. Это было связано с инерционностью процесса, когда рост добычи обеспечивался еще предыдущим ростом темпов бурения, а так же увеличением эффективности работы буровых установок, переходящих на горизонтальное и многоканальное бурение. Однако происходящее обвальное снижение числа работающих буровых установок постепенно делает свое дело. В опубликованном мартовском докладе EIA совершенно обоснованно делается прогноз о снижении объемов добычи сразу на трех сланцевых месторождениях в США.  

Уже в апреле новые скважины не дадут прироста добычи, но смогут лишь компенсировать снижающую добычу работающих скважин и добыча нефти из сланцев уподобится бегу на месте.

В результате, за несколько месяцев после начала снижения обещает включиться механизм обратной связи реагирования объемов предложения на снизившиеся цены, который и не допустит нового обвального витка снижения цен. В дальнейшем, из-за относительно малого временного горизонта инвестирования в добычу нефти из плотных коллекторов, добыча нефти из указанных месторождений может стать своеобразным стабилизатором, фактором привязки цен. Будет происходить сворачивание добычи при слишком сильном падении цен, или ее активизация при новом росте. (При уже отработанных технологиях сланцевые месторождения позволяют резко нарастить объемы добычи, в случае новых взлетов цен). Резкий рост потенциально рентабельных объемов добычи сланцевой нефти в интервале 60-80 долларов за баррель может в дальнейшем некоторое время служить барьером для роста цен выше 80-100 долларов за баррель.

 

В отличие от используемых ОПЕК (КСА)  свободных мощностей нефтедобычи (порядка 2,5 mb/d) в данном случае регулирующим механизмом выступают свободные буровые установки, которые могут включиться при возникновении благоприятной конъюнктуры. Сланцевые проекты позволяют делать существенный шаг в сторону саморегулируемого рынка нефти, а давнему регулятору ручного режима - организации ОПЕК приходится самоустраняться, сохраняя квоты при обвальном падении цен. Однако до полного саморегулирования в такой отрасли еще очень далеко.

Тем не менее, в механизмах влияния на нефтяные цены и ручное регулирование квот от ОПЕК тоже можно рассматривать как некий механизм обратной связи. И подобного рода цепочек обратной связи можно насчитать достаточно много. Зачастую такие обратные связи не очень походят на действия «невидимой руки рынка». Да и актор тоже не един, а скорей напоминает многоликого и многорукого бога Шиву.

Два уровня регулирования

В механизмах реагирования нефтяных компаний на ценовые изменения можно выделить два важных уровня. В первую очередь ценовые изменения ощутят инвестиционные программы компаний. И не удивительно - бюджеты большинства крупных компаний верстались в расчете на 80-100 долларов за баррель. Особенно провал цен проявился в вопросах инвестиций сложных и дорогостоящих проектов, в которых горизонт инвестирования идет на десятки лет. Там решения об окупаемости нужно принимать с изрядным запасом. (Поэтому вопрос границ нулевой рентабельности разработки проектов во многом остается гадательным и может определяться лишь со значительными допусками). И для запуска масштабных проектов требуется уверенность производителей в том, что понесенные затраты в обозримом будущем смогут окупаться.

Как прекрасно выразился глава ЛУКОЙЛа на форуме в Давосе: «Сегодня потеряна уверенность инвестиций в дорогостоящие проекты. Если так просто можно за полгода обрушить  цены со $115 за баррель до $40, то кто гарантирует, что впредь этого не произойдет? А инвестиционный цикл в нефтяной отрасли составляет 15-20 лет. Сегодня надо принимать решение о бурении на глубокой воде, и только через 10-15 лет можно получить продукцию. Эта неуверенность — и банков (кредитовать ли такие проекты), и нас как операторов проектов — и есть главная цель обрушения рынка, на мой взгляд».

Слишком длительные сроки сильно корректируют действия «невидимой руки» рынка, но в традиционной нефтедобыче ценовой провал вызвал изрядное смятение и как минимум уже отодвигается освоение арктических шельфов, приведет к сворачиванию планов по расширению добычи из сланцевых песков Канады. (Кстати, по прогнозам уже в 2015г. снижение добычи нефти в России составит 5-20 млн. тонн).    

 

Более жесткие обратные связи

Поступает информация о растущих финансовых трудностях и корректировке инвестиционных программ компаний. Однако до границ операционной рентабельности, за которым может последовать массированное сокращение добычи ценам на нефть пока еще далеко. На рисунке  представлен график себестоимости добычи и поставок нефти, построенный по данным Единой межведомственной информационно-статистической системы (ЕМИСС) России. Последние две точки на графике оценочные и получены нами путем экстраполяции с учетом сильного проседания курса рубля в конце 2014 года.

Видим, что даже несмотря на почти двукратный рост за последний десяток лет, себестоимость поставок нефти не превышала $40 за баррель, а с учетом прошедшего провала рубля на сегодня и вовсе приближается к $20 за баррель. А ведь это поставки куда входит и НДПИ.  Голая себестоимость на скважине укладывается в десяток долларов. (Роснефть недавно сообщила цифру себестоимости добычи в $3,9 за баррель). Поэтому даже при снижении нефтяных цен до $30 за баррель у российской нефтедобычи операционная рентабельность сохранит положительное значение. Более того, имея инструмент ослабления национальной валюты можно поддерживать положительной операционную рентабельность добычи нефти даже при более глубоких уровнях снижения нефтяных цен. (Правда для этого придется еще дальше ослаблять рубль). Так что граница нулевой операционной рентабельности даже в России может быть в принципе загнана на неприлично низкие уровни.

США в значительной мере лишены такой возможности. Более того, курс доллара в последние месяцы значительно укрепляется. Однако в случае необходимости США могут использовать методы прямой поддержки производителей сланцевой нефти. Чтобы оценить ее возможный масштаб, предположим, что США при дальнейшем снижении цен дотируют добычу сланцевой нефти в размере 5 млн. баррелей в день на $30 за баррель. Тогда размер ежедневной поддержки составит $150 млн., а в год отрасль потребует субсидий порядка $50 млрд. Такие объемы финансирования достаточно велики, но они составляют примерно треть от ежегодных инвестиций в добычу сланцевой нефти и примерно на порядок ниже суммарной ежегодной проводимой в США поддержки энергетической отрасли. (Государственная поддержка энергетического сектора по всему миру оценивается в триллионы долларов и абстрактно можно допустить, что часть указанной огромной суммы может быть использована ими, в том числе и для целенаправленного воздействия на цены).

 

Все нефтедобывающие государства не только получают доходы, но и поддерживают ТЭК. Для многих их них в связи со снижением цен на нефть наступают непростые времена. Поэтому еще существенно ранее достижения уровня нулевой операционной рентабельности добычи нефти, трудности государственных финансов будут запускать механизмы снижения объемов добычи нефти. К сожалению, такие возможные жесткие условия замешаны на социальных волнениях и зачастую пахнут кровью. Наибольшую тревогу в настоящее время вызывает положение в Венесуэле, где бюджет верстался при ценах на нефть существенно выше $100 за баррель. Трудности уже испытывают бюджеты и других стран экспортеров нефти.

 

Механизмы регулирования в виде финансовых трудностей и банкротств  нефтедобывающих компаний или поддерживающих мер национальных государств зачастую «зашумляются» сложными социальными и иными процессами. Но такова нефть – ее рынок намертво вплетен в современную социальную ткань и неотделим от нее. Но все равно не хотелось бы увидеть ситуацию как самые жесткие обратные связи в виде банкротства нефтяных компаний или обрушения целых государств будут ограничивать объемы добычи нефти. Будем с надеждой помнить, что у многорукого Шивы, управляющего нефтяными ценами в рукаве еще остается козырная и проверенная карта в виде возможного ограничения поставок со стороны ОПЕК.

 

Цены на нефть снизились, но мир не перестанет потреблять нефть и за прошедшим спадом последует новый виток роста цен. И первые ростки этого роста должны проявиться уже в 2015 году. А со временем недоинвестирование отрасли приведет к более значительному росту цен, возможно даже превышающему достигавшиеся исторические максимумы.            

 

Данный материал в несколько сокращенном виде был представлен на проходившей в марте международной конференции  ENERGY MARKETS ANALYSIS FORUM.

www.zerich.com


Смотрите также