Иракский Курдистан: независимость без нефти? Добыча нефти в курдистане


OIlprice: Российский нефтегигант осваивает Курдистан

OIlprice: Российский нефтегигант осваивает Курдистан

После устойчивого наращивания  стратегического партнерства между российской национальной нефтяной компанией и Региональным правительством Курдистана, 2018 год вылил ушат холодной воду на амбициозные планы обеих сторон. Подписав контракт на поставку нефти в феврале 2017 года и сделку по поглощению нефтегазовой инфраструктуры в сентябре, «Роснефть», похоже, стала ключевым партнером Курдистана по маркетингу его углеводородных ресурсов. Однако после  референдума о независимости в конце сентября, после которого Багдад отбил нефтедобывающий центр Киркук, предприняв, таким образом, успешную попытку  предотвратить любую возможность курдского отделения,  для оси Роснефть-Курдистан начали накапливаться плохие новости.

Сейчас необходимо решить три основные проблемы: судьбу: пяти геологоразведочных концессий «Роснефти» в Курдистанском регионе Ирака, возобновление полномасштабного экспорта нефти через территорию Курдистана и масштабное финансирование «Роснефтью» поставок будущих баррелей нефти.

Действуя на основе  соглашения от октября 2017 года, Эрбиль предоставил «Роснефти» пять концессий. Хотя подробности соглашений и не опубликованы, со временем представление вполне сформировались.  «Роснефть» зарегистрировала пяти дочерних компаний в Сингапуре, и все они носят названия городов в Курдистанском регионе Ирака (Батиль, Дарато, Касрок, Завита и Харир-Беджил) и действуют в разных лицензионных зонах. Расположенные преимущественно в северо-западной части Курдистана, эти геологоразведочные нефтяные блоки общей стоимостью 400 миллионов долларов («Роснефть» имеет 80-процентную долю во всех пяти из них, совокупные резервы 3P оцениваются в 670 миллионов баррелей (3Р резервы – согласно принятой в нефтяной отрасли классификации, к этому типу относятся резервы нефти, по прогнозам, сделанным на основе геологоразведки, могущие быть добытыми в течение 20-25 лет — RiaTaza) станут предметом обсуждения, поскольку Багдад предупредил, что любые сделки, заключенные без ведома и одобрения федерального правительства считаются недействительными.

«Роснефть» вначале отвергла любые упреки в незаконности своей деятельности, заявляя, что любые «противоречия» должны быть разрешены в двустороннем порядке между Эрбилем и Багдадом и что российский нефтегигант просто хотел сделать то же самое, что делают и многие другие международные компании. Но в последнее время «Роснефть» взяла на себя новую  и непубличную роль посредника между двумя соперничающими сторонами.

В конце февраля премьер-министр Ирака заявил, что было достигнуто соглашение о возобновлении экспорта нефти через курдскую территорию в турецкий порт Джейхан. Хотя это автоматически не предполагает, что Россия сыграла здесь роль посредника, однако дьявол находится в деталях. В рамках соглашения Эрбиль переведет «нефтяные» деньги  в федеральные органы власти, но Багдад, со своей стороны, предоставит Курдистану некоторые объемы нефти для местной переработки и, что более интересно, будет платить транзитные тарифы  за перекачку нефти российской компании.

19 октября «Роснефть» стала основным акционером нефтепроводной инфраструктуры в Иракском Курдистане (она имеет 60-процентную долю в трубопроводе Киркук-Джейхан), фактически через пару дней после того, как федеральные силы вернули Киркук и все месторождения вокруг него. Если это устное соглашение превратится в юридически обязывающее письменное, «Роснефть» может считать его одним из  своих самых блестящих дипломатических успехов.

Но дела от этого идут все лучше и лучше . Министр нефти Ирака Джабар аль-Луаиби выразил готовность позволить «Роснефти» работать непосредственно на месторождениях Киркука, заявив, что они не хотят закрывать двери перед лицом «тех, кто хочет помочь». Единственным условием здесь является то, что Роснефть должна работать совместно с британской компанией BP (которой принадлежит 19,75% акций «Роснефти»), что вряд ли является непреодолимым требованием. Это привело бы к тому, что «Роснефть» превратилась бы в игрока мирового класса, поскольку уровень нефтедобычи Киркука потенциально может находиться в  диапазоне 400-450 тыс. баррелей в сутки (частично добыча сейчас заморожена, поскольку нефтепровод Киркук-Джейхан сейчас не может работать на полную мощность). Это больше, чем общий объем нефтедобычи иракского Курдистана.

Следует отметить, что от некоторых концессий, которые региональное правительство  предоставило «Роснефти» в Иракском Курдистане, ранее отказались международные нефтегазовые компании либо из-за сложностей геологического характера, либо нежелания разрабатывать «тяжелые» нефтяные месторождения (например, месторождение Бер Бахр в Блок 9 — 15 ° API). Нефтяные месторождения в северной части имеют тенденцию быть «тяжелыми» (в пределах диапазона 15-28 ° API), в то время как на юге, включая все еще контролируемый курдами Хурмальский купол и Киркук, которые теперь контролируются федеральным правительством, нефть намного легче ( преимущественно 40-50 ° API) ( «тяжелая» нефть – нефть с большим содержанием стеарина и других вязких компонентов, что увеличивает себестоимость ее добычи, транспортировки и переработки. Плотность нефти принято измерять по градусной шкале Американского нефтяного института (API), градус в которой соответствует единице удельной массы или удельного объема нефти, разогретой до температуры 20 градусов Цельсия. Соответственно, чем выше градус API, тем меньше плотность —  RiaTaza) Поэтому можно ожидать, что «Роснефть» пойдет на все это, так как это позволит ей иметь беспрецедентные полномочия   и влияние Северном Ираке. Компания не только будет контролировать инфраструктуру, но и станет ключевым игроком в добыче нефти, как на «спорных территориях», так и в автономном регионе.

Следовательно, было бы справедливо сказать, что «Роснефть»,  таким образом, минимизировала риск возможных негативных событий с ее проектами в Курдистане. Компания уже вложила значительные средства в  Эрбиль — в течение 2017 года региональному правительству передано 2,1 миллиарда долларов в качестве предоплаты по долгосрочному контракту на поставку нефти, заключенному с региональным правительством и действующим до 2020 года. Это привело  к тому, что общая стоимость контрактов «Роснефть-Курдистан» существенно превышает 3 млрд долларов. Более того, получив благосклонность Эрбиля и Багдада, «Роснефть» значительно снизила риск своего проекта газопровода в Курдистане, в рамках которого он будет строить, владеть и эксплуатировать магистраль мощностью 30 млрд кубометров газа в год , которая предположительно соединит Сулейманию с Турцией. Если российский гигант сможет найти аналогично взаимоприемлемое [для Багдада и Эрбиля] решение газового вопроса,  то он укрепит  свои позиции на Ближнем Востоке на длительное время.

Независимо от того, как  рассматривать противостояние Эрбиль-Багдад, очень примечательно, что «Роснефть» фактически стала частью внешней политики России на Ближнем Востоке. Практически непосредственно  участвуя в дипломатических и военных отношениях между государствами и , этот международный нефтегигант российского происхождения сумел позиционировать себя почти во всех энергетических раскладах, никоим образом не противопоставляя себя кому-либо и готовый в перспективе сделать инвестиции в обе, ныне враждующие стороны. Так что, все в порядке.

Автор- Виктор Катона, индивидуальный трейдер венгерской национальной нефтекомпании MOL, член Российского совета по международным делам. Проживает в Будапеште.

Oilprice.com             Перевод RiaTaza.com

 

 

riataza.com

Безумство храбрых. Как американцы инвестировали в добычу нефти в Иракском Курдистане | Oil.Эксперт

Статья об американских инвесторах, вложившихся в добычу нефти на курдских месторождениях в разгар гражданской войны в Ираке, была опубликована в американском Forbes 8 января 2007 года

В сентябре этого года команда нефтяников тихо и незаметно начала добычу нефти на месторождении Бина Бави в северном Ираке — в разработку вложилась американская нефтяная компания Prime Natural Resourses (Хьюстон). Под пристальным надзором местных вооруженных сил по защите нефти Курдистана к новому году команда предполагала пробурить скважину глубиной 9.500 футов ( ~2,9 км) и открыть месторождение с 500 млн баррелей нефти. Успех этого предприятия превратил бы компанию Prime и их партнеров в первых американцев, добывших нефть в пост-Саддамовском Ираке.

Учитывая сложность момента компания совершила дерзкий шаг. Несмотря на то, что таким образом Prime оставляет за собой первое место в гонке, опережая ExxonMobil, British Petroleum и Chevron. Борьба за черное золото разыгрывается на фоне бушующей в стране гражданской войны: сунниты, стоявшие у власти во время правления Саддама, претендуют на часть природных месторождений, находящихся по большей части на курдском севере и шиитском юге. Сейчас стороны близки к подписанию федерального акта о распределении природных богатств, который, возможно, успокоит агрессивно настроенное население. Однако ни федеральные, ни региональные власти не готовы позволить оппоненту принимать окончательное решение по этому вопросу. Пока разногласия внутри правительства не урегулированы, Дядюшка Сэм не позволит ни одной нефтяной компании — ни американской, ни какой бы то ни было еще — заключать сделки с какой-либо стороной. Такой ответ получил Прентис Томлинсон, генеральный директор Calibre Energy, одного из партнеров Prime, от Государственного департамента США. «Было бы неплохо, если бы нам сообщили об этом до того, как мы вложили деньги, — подмигивает Томлинсон. — Тем не менее, нет такого закона, который запрещал бы нам быть там».

Тем временем, предприятие искушает инвесторов быстрой и лёгкой прибылью. Первые инвесторы в Calibre Energy, купив акции на электронном внебиржевом рынке США с минимальными затратами получат $100 млн, если акции поступят на фондовый рынок в начале года. А ведь в Иракском Курдистане есть и другие западные инвесторы. В сентябре швейцарско-канадская нефтяная компания Addax Petroleum обнаружила примыкающее к Бина Бави месторождение Так-Так, объем запасов нефти на котором оценивается в 2 млрд баррелей, а в прошлом апреле норвежская фирма DNO International начала разрабатывать месторождение Тавке с запасами в 330 млн баррелей. Среди  других нефтедобывающих компаний, находящихся в Ираке, можно назвать Heritage Oil и Western Oil Sands (Канада).

А где же акулы нефтяного рынка?

«Крупные игроки пока выжидают — они не могут позволить себе скандалов. Кого они могут отправить сюда на добычу, да и кто захочет сообщать семьям рабочих о том, что их близкие были убиты? — пожимает плечами Питер Ньюман, глава нефте- и газодобывающей компании Deloitte&Touche. — Кроме того, ставки для них слишком невысоки.

Начиная с 2003 года было зафиксировано более 375 нападений на нефтяные месторождения в Ираке: взрывали трубы, стреляли в технику,  поджигали канистры с топливом. Дневной объем добычи нефти упал с 2,5 млн баррелей в день (столько добывалось в Ираке ежедневно до войны) до 1,9 млн баррелей. Принимая во внимание, что иракские запасы нефти оцениваются в 150 млрд баррелей — тем самым, Ирак уступает по данному показателю только Саудовской Аравии — страна могла бы, по мнению экспертов, без особых затруднений добывать 5 млн баррелей нефти в год в течение многих лет. Несмотря на то, что территории, находящиеся под контролем курдов, более безопасны, чем другие регионы страны, от послевоенного нефтяного дефицита страдает та часть страны, где находятся нелегальные скважины США.

В 75 милях(~120 км) от месторождения Бина Бави пролегает крупнейший иракский нефтепровод Киркук-Джейхан. До войны к средиземноморскому побережью Турции по нему ежедневно переправлялось 900 000 баррелей нефти. Сегодня, при удачном стечении обстоятельств, не более 500 000.

Нефть в Киркуке была впервые найдена в 1927 году турецкой нефтяной компанией Turkish Petroleum. Месторождение, объем которого оценивалось в 10 млрд баррелей, привлекло внимание Саддама, начавшего «чистку» региона в середине 70-х, избавляясь от курдов и переселяя на их место арабов-суннитов.

После вмешательства США курды смогли постепенно вернуться на покинутые ими территории, и вскоре вновь заявили права на нефтяные запасы, в том числе и посредством приглашения иностранных нефтедобывающих компаний.

Тем не менее, таким образом установить, кому принадлежат месторождения, не удалось. Вице-премьер Ирака по энергетике Хуссейн аль-Шахристани, шиит, непоколебимо заявляет, что Багдад не признает никаких сделок между иностранными нефтяными компаниями и Региональным правительством Курдистана (КРГ). В ответ Нечирван Базарни, премьер министр КРГ, выразил решимость курдов (составляющих 17% населения Ирака) отделиться от Багдада, если правомерность их притязаний на нефтяные запасы в регионе не будет признана федеральным правительством. «Мы считаем централизованную нефтяную политику, проводимую с момента основания Ирака, весьма неудачной», — сообщает Кубад Талабани, посол Южного (Иракского) Курдистана в США и сын президента Ирака.

Каким же образом в дело оказались замешаны иностранные компании? В 2002 году Джаляль Талабани, в то время председатель Патриотического союза Курдистана (на данный момент — президент Ирака), подписал с турецкой нефтедобывающей компанией Petoil and Genel Enerji первые договоренности о совместной добыче нефти, по котором курдам обещалась половина добытой нефти. Petoil была маленькой нефтяной компанией, владеющей очистительными станциями и занимающейся транспортировкой нефти на территории Турции, которая таким образом стала потребителем курдской неочищенной нефти. Однако компания нуждалась в партнере, с которым можно было разделить риски и найти средства для добычи нефти на месторождении Бина Бави.

Консультант по нефтедобыче из Техаса, ранее работавший в Petoil and Genel Enerji, предложил руководству встретиться с Ричардом Андерсоном, генеральным директором Prime, чтобы обсудить возможную сделку. Ради разговора с председетелем Petoil Гюнтекимом Кёксалем и генеральным менеджером Али Аком Андерсон посетил Анкару. После нескольких месяцев переговоров в 2004 году Prime решил инвестировать несколько миллионов долларов в 50% акций месторождения Бина Бави и несколько других проектов в Ираке. Новое предприятие получило название Pet Prime. «Мы думали, что американская компания будет идеальным партнером в этом регионе, по политическим, техническим и экономическим соображениям, — отмечает менеджер Ак в своей электронной переписке. —  Prime — первая компания, которая проявила интерес». Позже Prime продал 20% своих акций Сalibre за $5,5 млн, а затем ещё 20% Hillwood Energy, дочерней компании Hillwood Development, возглавляемой Росcом Перо младшим, попросив в оплату приблизительно такую же сумму.

Prime Natural Resources — закрытое товарищество. В нефтяной гонке приобретенный 10 лет назад нью-йоркским инвестиционным фондом Elliot Associates, Prime находится у руля. Андерсен работает в компании с 1998 года, до этого в качестве приглашенного менеджера Hein&Associates он руководил аудиторским комитетом таких нефтедобывающих компаний, как Boots&Coots и Grant Geophysical. Пользуясь высокими ценами на нефть, Андерсон продал большую часть газовых и нефтяных месторождений Prime в восточном Техасе и на Мексиканском заливе. Компания продолжает владеть акциями на месторождении в Колумбии. Если добыча нефти в Бина Бави будет успешной, это станет самым крупным проектом Prime. Компания инвестировала десятки миллионов долларов в оценку сейсмических данных и спонсирование добычи нефти. В основном приглашались разработчики месторождений из Турции, Курдистана и Румынии.

Если удастся найти нефть, затраты возрастут, что вполне естественно для такого рода проектов — около $300 млн уйдет на строительство нефтепровода и перерабатывающих заводов.

Addax, чья прибыль за последний год насчитывает $2 млрд, уже вложил в проект $124 млн. Источник, близкий к проекту Так-Так, утверждает, что компании придется потратить еще $3 млрд в течении последующих 10 лет, для того чтобы построить инфраструктуру, способную обеспечить компании добычу 45% из оцениваемых 2,7 млрд баррелей. Недавно Addax  расширил свое соглашение с курдами, получив право на разработку месторождения Кева Чермила, оцениваемое в 650 млн баррелей нефти. В этом году КРГ собирается транспортировать часть продукции на региональный рынок. Имея штаб-квартиру в Женеве (Швейцария) и будучи представленным на фондовой бирже Торонто, Addax привык к трудной работе: например, в Нигерии вместе с Shell и Chevron. Его партнер в северном Ираке, General Enerji, является частью крупного турецкого игрока на нефтяном рынке — конгломерата Curukova Group, возглавляемого председателем Мехметом Эммином Карамехметом.

DNO вложил примерно $100 млн долларов в три проекта по разведке нефти в Ираке. Компания с ежегодным доходом в $300 млн на сегодня имеет долю в нефтеразработках в Йемене, Экваториальной Гвинее, Мозамбике и на континентальном шельфе Норвегии.

Немногие компании могут похвастаться большей прибылью, чем Calibre Energy (Вашингтон). До рискованного проекта в Ираке Calibre была мелкой энергетической компанией, делами которой занимался Прентис Томлинсон, нефтяной магнат, владеющий несколькими газовыми и нефтяными месторождениями в Техасе. За последние 30 лет Томлинсон управлял несколькими десятками нефтяных компаний, некоторые из которых со временем перестали выдерживать конкуренцию. В конце 1990-х Benz Energy, компания небезызвестная на фондовой бирже Торонто, потерпела неудачу при разработке газового месторождения Оквейл (Миссиссиппи), но смогла пережить кризис, продав свои активы Prime Natural Resources. Некоторые из них получила Calibre Energy, основанная в 2005, что было обнародовано в январе 2006 при обратном слиянии с фиктивной компанией Harwood Doors&Mining Specialties. Заработав около $18 млн на частных проектах, Calibre купила долю в сентябрьском проекте Бина Бави.

Имея всего несколько скважин в Техасе, Calibre, тем не менее, является очень полезным инструментом для своих партнеров. В октябре она подписала договор с Security&Exchange Commission о том, что обязуется продать 71 млн акций, выкупленных первыми 160 инвесторами, но так и не выставленных на продажу (поменяла владельца только доля Calibre — это 4 млн акций).  Появление акций на бирже должно совпасть с окончанием проекта в Бина Бави. Томлинсон, стоимость 20 млн акций которого увеличилась до $52 млн, утверждает, что ни он, ни члены совета директоров продавать свои доли не намерены. А как же прибыль первых инвесторов? Они инвестировали $19,5 млн в покупку 41,5 млн акций. Средняя стоимость акции: 47 центов. По словам Томлисона «это уникальная возможность, воспользоваться которой можно сейчас или никогда».

www.forbes.ru

 

Прогноз ценовых колебаний с 30 октября по 3 ноября 2017 читайте здесь.

Поделиться в соц.сетях

www.oilexp.ru

Иракский Курдистан: независимость без нефти?

Масуд БарзаниПравообладатель иллюстрации AFP/Getty Images Image caption Независимый Курдистан, за который ратовал Масуд Барзани, никому в регионе не нужен

Масуд Барзани, возглавлявший Иракский Курдистан с 2005 года, уходит с поста президента.

Месяц назад Барзани провел референдум о независимости Иракского Курдистана, на котором более 90% жителей высказались в пользу независимости. Однако в Багдаде это голосование всерьез не восприняли, а спустя две недели иракские военные взяли под контроль нефтяные поля в окрестностях Киркука.

Полномочия Барзани истекли 1 ноября, и именно в этот день в Иракском Курдистане должны были состояться президентские выборы, но на прошлой неделе они были отложены на неопределенный срок.

  • Каталония и Курдистан: как создать новое государство?
  • Станет ли Иракский Курдистан независимым государством?

Барзани предложил провести реформу власти в Курдистане, разделив президентские полномочия между правительством, парламентом и судебными институтами.

"В последние годы очень большая власть была сконцентрирована в руках президента курдской автономии, - утверждает востоковед Елена Супонина. - Уходя со своего поста, он предлагает распределить эти полномочия более справедливо. Реформы в автономии давно назрели, их надо проводить, они даже несколько задержались".

Как именно будет проходить эта реформа, если она вообще случится, пока не ясно. Непонятно и то, насколько в сложившихся условиях идея курдского независимого государства жизнеспособна в принципе.

Немного истории

Конституция Ирака 2005 года признает Курдскую автономию, управляемую местным правительством. Население Иракского Курдистана составляет более 6 миллионов человек - это около 20% жителей всего Ирака.

Всего, по разным оценкам, курдов на планете 30-40 миллионов, и они рассеяны на значительной территории, захватывающей Сирию, Иран, Ирак, Турцию и даже бывшие советские республики Кавказа.

Однако только в Ираке курдам удалось получить значительную автономию, да и то лишь после десятилетий борьбы.

В 1918 году в богатую нефтью провинцию Мосул пришли британцы, отобрав ее у поверженной Османской империи. В условиях Севрского мирного договора 1920 года содержалось положение о создании независимого курдского государства при условии, что на это согласится Лига Наций. Отдельно предусматривалась возможность присоединения к нему и провинции Мосул.

Договор, однако, так и не вступил в силу, Лига Наций не возвращалась к курдскому вопросу, протесты курдов остались неуслышанными.

Дальнейшая история курдского национального движения во многом представляет из себя историю противостояния, а иногда - сотрудничества, двух наиболее крупных сил: Демократической партии Курдистана, созданной отцом нынешнего президента Иракского Курдистана Мустафой Барзани, и Патриотическим союзом Курдистана под руководством Джалала Талабани (избранного в 2005 году временным президентом Ирака после падения режима Хусейна и сохранившего свой пост до 2014 года).

На протяжении десятков лет после революции 1958 разные правительства Ирака обещали курдам автономию, однако реально власть в свои руки курды начали брать после первой войны в Персидском заливе, когда зона над севером Ирака была закрыта для полетов авиации.

Искусство маневра

К 1994 году противоречия между Демократической партией и Патриотическим союзом переросли в открытые столкновения, вылившиеся в полноценную гражданскую войну. Она завершилась в 1997 году, хотя между партиями до сих пор существуют разногласия.

Тем не менее, за годы автономии иракские курды сумели построить сравнительно работоспособную демократическую систему с растущей экономикой. Начало этому росту положила программа ООН "Нефть в обмен на продовольствие", помогло и то, что в 1998 году лидеры Демократической партии и Патриотического союза Масуд Барзани и Джалал Талабани все же договорились о перемирии. Территория северного Ирака с момента окончания "Бури в пустыне" прикрывалась американской авиацией, что позволило курдам не бояться вторжения сил Саддама.

Удалось также вытеснить из Иракского Курдистана бойцов Рабочей партии Курдистана, ведущих борьбу с Турцией, в том числе и откровенно непарламентскими методами - таким образом удалось не допустить полномасштабного вмешательства Турции в региональные дела (хотя идея независимого курдского государства вызывает сильное раздражение не только в Анкаре, но и в Тегеране, и в Дамаске).

Правообладатель иллюстрации Getty Images Image caption Курдское ополчение пешмерга - это закаленная в боях с исламистами армия

"Говорить о том, что иракские курды выгнали всех представителей РПК, нельзя, потому что штаб-квартира Рабочей партии Курдистана по-прежнему находится в труднодоступной местности в горах Кандиль на границе Ирака и Турции, - напоминает политолог Александр Сотниченко. - У представителей РПК есть свое небольшое политическое движение, но оно не пользуется большой популярностью, потому что турецкие и иракские курды - это, в общем, два разных народа, говорящих на разных языках".

Турецкие курды (кстати, как и сирийские) говорят на языке курманджи. Этот язык сформировался сравнительно недавно, его письменность основана на латинице. Иракские курды говорят на языке сорани - это другой диалект курдского языка, - и у них арабская письменность.

  • Премьер Ирака объявил об освобождении Мосула

В условиях, когда никому из соседей и тем более Багдаду не нужен независимый Курдистан, курдам пришлось в ускоренном порядке овладеть искусством дипломатического маневра. А заодно и довести до ума вооруженное ополчение, пешмергу, которое сегодня является скорее регулярной армией численностью около 120 тысяч человек. Пешмерга оказала активное сопротивление бойцам так называемого "Исламского государства" (организация, признанная экстремистской и запрещенная как в РФ, так и в Великобритании и ряде других стран) и продолжает оставаться одной из ключевых сил в борьбе с ним.

Киркук наш!

Большинство аналитиков сходятся на том, что судьба "Исламского государства" в Ираке и в соседней Сирии предрешена. В какой-то момент добыча нефти в Иракском Курдистане, прервавшаяся с вторжением исламистов, возобновится. Ключевое значение имеет Киркук - нефти там много, и она хорошего качества.

До начала "арабской весны" киркукская нефть поставлялась в Сирию через сравнительно мощный нефтепровод. Сейчас он не работает, но можно предположить, что по мере нормализации ситуации в стране его отремонтируют и запустят снова. Крупным потребителем курдской нефти является и Турция, которая закупает ее у Иракского Курдистана как для внутреннего пользования, так и на экспорт.

"Иностранных нефтяных компаний в Киркуке пока нет, и я думаю, сейчас иракское правительство начнет выставлять на торги тамошние месторождения, - отмечает Александр Сотниченко. - Там нужно будет проводить огромную работу по восстановлению скважин, ремонтировать нефтепровод и начинать поставки через Сирию. Пока "Исламское государство" уничтожают на территории Ирака, иностранные компании могут прийти, осмотреться и начать восстанавливать нефтедобычу в регионе".

Правообладатель иллюстрации Getty Images Image caption В середине октября иракские военные заняли Киркук и близлежащие нефтяные месторождения

Интересы российских компаний пока сосредоточены в районе города Сулеймания, недалеко от границы с Ираном. Однако "Роснефть" в середине октября объявила, что договорилась с правительством Курдистана о разработке пяти нефтяных месторождений.

В Багдаде это заявление восторга не вызвало, а министр нефти Джаббар аль-Луэйби назвал сделку "вмешательством во внутренние дела Ирака" и пообещал, что любые контракты на освоение нефтяных месторождений в Ираке, заключенные без участия центрального правительства в Багдаде, будут считаться незаконными.

  • Эрдоган - курдам: провозгласите независимость - будете голодать
  • СМИ России: "Роснефть" попросит "Газпром" подвинуться?

Ситуация для курдов осложняется и тем, что Киркук, хотя они и считают его исторической частью Курдистана, формально в него не входит. Киркук и окрестности с 2014 года обороняли бойцы пешмерги, после того как иракские солдаты оставили свои позиции под натиском "Исламского государства".

При первой же возможности Багдад вернул себе контроль над богатым нефтью регионом и, по всей видимости, предложит его для разработки другим иностранным компаниям, в частности, ВР, соглашение с которой было подписано еще в 2013 году, но было приостановлено из-за протестов местных властей.

Независимость без нефти

Весьма убедительная победа на референдуме о независимости поставила курдские власти в сложное положение - перспективу создания независимого Курдистана вновь не поддержал никто извне.

"У курдов сложное положение, исходя из общей геополитической ситуации - ни один из их соседей не хочет образования независимого Курдистана, а крупные державы за пределами региона тоже не готовы их в этом поддерживать, - говорит Елена Супонина. - Курды прекрасно понимают, что им надо договариваться с остальными и договариваться между собой".

Перспектива включить в рамки курдского государства еще и киркукские нефтяные месторождения сегодня выглядит просто фантазией.

"Без нефти независимость Курдистана не состоится, - полагает Александр Сотниченко. - Насколько я понимаю, там уже отказались от результатов референдума, посчитали, что это была такая частная инициатива Барзани, чтобы остаться у власти".

Правообладатель иллюстрации Getty Images Image caption Нет нефти - нет и независимости...

Похоже, ситуация в Иракском Курдистане постепенно возвращается в состояние, в котором она находилась до референдума. Конституция Ирака предоставляет курдам широкую автономию, и с момента ее принятия в 2005 году отношения Багдада и Эрбиля в целом носили рабочий характер.

Предположить, что Багдад воспользуется неблагополучным положением, в которое попал Курдистан за годы борьбы с "Исламским государством", сложно: в противостоянии с центром курдов поддержат иракские сунниты, да и пешмерга представляет собой серьезного, закаленного в боях противника.

Масуд Барзани, по всей видимости, тоже не уйдет на покой. Он остается в Высшем руководящем совете Иракского Курдистана, и авторитет его по-прежнему высок, напоминает Елена Супонина: "Все прекрасно понимают, что Масуд Барзани - это лидер такого калибра, который сохраняет вес и влияние даже в отсутствие высшего официального поста".

А это означает, что Багдаду придется иметь дело с Масудом Барзани и дальше. Если судить по тому, как быстро и бескровно курдские военные оставили Киркук, теперь уже бывший президент Иракского Курдистана готов к компромиссам, и кровопролития, вероятно, удастся избежать.

www.bbc.com


Смотрите также