Нефть — основа конструкции белорусского бюджета-2018. Использование нефти в беларуси


Технологии будущего: нужна ли Беларуси водородная экономика?

О том, что эпоха нефтяной экономики подходит к концу, не говорил только ленивый. Развитые страны озабочены экологическими проблемами, связанными с использованием углеводородного сырья. Кроме того, запасы полезных ископаемых понемногу исчерпываются, что, в перспективе, приведет к росту их стоимости.

В этой ситуации не имеющая собственных крупных запасов нефти, газа и угля Беларусь находится в невыгодной ситуации. Если уже сегодня мы платим миллиарды долларов за энергоносители, то что будет завтра?

Основной альтернативой выглядят возобновляемые источники энергии. Отрасль ВИЭ получает огромные инвестиции (около 200 млрд долларов в 2017 году). Про ветряки и солнечные панели пишут много и часто, а достижения альтернативщиков тревожат поставщиков традиционных энергоносителей.

Но за всей шумихой с ВИЭ прячется настоящий монстр, который может перевернуть всё — водородная экономика.

 

Как водород может заменить нефть и газ?

Сначала немного о водороде. Это самое распространенное вещество во вселенной, поэтому его запасы поистине неисчерпаемы. При сгорании он выделяет значительно больше энергии, чем, например, природный газ, бензин или дизельное топливо. Сегодня его используют в нефтехимической отрасли, а также… при производстве пищевого маргарина. Однако возможные области применения водорода гораздо шире.

Транспорт. На самом деле самый первый двигатель внутреннего сгорания, изобретенный Франсуа Исааком де Ривазом в 1806 году, был водородным. Первый же бензиновый двигатель был создан лишь в 80-х годах 19-го века.

Интересный факт: в блокадном Ленинграде, где катастрофически не хватало бензина, но было достаточно водорода, более 600 автомобилей перевели на водородное топливо. Также на водородно-воздушной смеси работали лебедки заградительных аэростатов.

Позже не раз предпринимались попытки использовать водород как топливо для авто- и авиатранспорта. В том числе и в СССР, где в 80-х годах 20-го века пробовали создать водородный самолет на базе Ту-155. Однако из-за развала СССР испытания были свернуты.

Сегодня наиболее перспективными являются гибридные автомобили: при помощи топливных элементов производится химическая реакция, в процессе которой водород превращается в электричество. КПД такой реакции превышает 80%, в то время как КПД обычного двигателя внутреннего сгорания не превышает и 40%.

Вместо угарного газа из выхлопной трубы выходит экологически чистый водяной пар, а скорость заправки двух баллонов с водородом составляет около 3 минут. Самым известным гибридным автомобилем является Toyota Mirai. Кстати, лондонская полиция, объявив о стремлении к улучшению экологии, недавно приобрела 11 таких автомобилей.

«Я буквально на днях тестировал Toyota Mirai. Отличный автомобиль. В первую очередь, конечно, благодаря своей экологичности: нулевое воздействие на окружающую среду!

Toyota Mirai практически по всем показателям превосходит электромобили. Скорость заправки на порядок меньше. Запас хода — 700 километров, можно проехать от западной до восточной или от северной до южной границы Беларуси. При этом почти на треть дешевле Tesla — 70 тысяч долларов. А в Японии, с учетом субсидии от государства в 20 тысяч долларов, она и вовсе стоит всего 50 тысяч. Мне кажется, у таких автомобилей наиболее оптимистичные перспективы», — считает глава компании А-100 Александр Центер.

Помимо автотранспорта, речь идет о создании водородных поездов (построен в Германии) и самолетов (разработки Boeing). В Германии и Испании производят подводные лодки, работающие на водородных топливных элементах, а Исландия планирует перевести на водород весь парк рыболовецких судов.

Домашнее хозяйство. Создание стационарных топливных элементов, позволяющих получать тепловую или электроэнергию фактически у себя дома — модный и динамично развивающийся тренд. Правда, пока эти установки в большинстве своем работают на природном газе. Однако в целом ряде стран (прежде всего, в Японии) уже планируют переходить на водород.

Кстати, по подсчетам аналитиков США, стоимость электроэнергии, добытой при помощи стационарных топливных элементов, уже сравнялась со стоимостью электроэнергии, полученной на АЭС и угольных электростанциях.

Технология Power-to-Gas. Водород можно подмешивать в газотранспортные системы, сокращая расход природного газа. В Германии в одной из сетей в природный газ добавляют 2% водорода — этот процесс вообще проходит незаметно для потребителей. В планах — повысить долю водорода до 20%. И при этом избежать массовой реконструкции газовых котлов у потребителей.

 

Водородная Беларусь?

В Беларуси предостаточно сырья для производства водорода — вода. Тем более что электролиз воды — наиболее экологичный вариант производства водорода.

Другой распространенный способ — паровая конверсия: добыча водорода из углеводородов (именно таким образом производят водород, например, на «Нафтане»). Однако в процессе паровой конверсии выделяется большое количество CO2 (парникового газа), а также необходимы углеводороды. Поэтому этот способ абсолютно не подходит к идее «чистой» водородной экономики.

Ранее производство водорода путем электролиза воды считалось чересчур дорогим. Однако, с одной стороны, технологии не стоят на месте, а в другой — развитие ВИЭ буквально подталкивает мир к вступлению в «эру водорода».

Одна из ключевых проблем ВИЭ (это касается и наиболее используемых в Беларуси солнечной и ветровой энергетики) — невозможность накопления больших объемов электроэнергии. Пока человечество не изобрело таких больших аккумуляторов. В результате — нестабильность системы и периодически возникающие пики профицита. Когда, грубо говоря, электроэнергию девать некуда, и ее стоимость падает до нуля. Если направить ее на создание водорода, то себестоимость «газа будущего» станет минимальной.

Строящаяся в Беларуси АЭС также создаст профицит электроэнергии. Особенно с учетом того, что покупать белорусское электричество в сопредельных странах особого желания не испытывают.

В часы «затишья», когда использование электроэнергии и вовсе падает до минимума, электростанция будет работать практически вхолостую: реактор не лампочка, выключить «на ночь» не получится. Свободную энергию также можно направить на производство водорода. Правда, с учетом того, что первоисточником станет ядерное топливо, о зеленых технологиях речи не идет. Однако ее ведь все равно строят, верно? Так хотя бы можно использовать эффективно…

По мнению белорусских ученых, с вводом в эксплуатацию БелАЭС в стране будут развиваться атомно-водородные технологии. Они поспособствуют полному отказу от переработки нефти для производства бензинового и дизельного топлива и сокращению использования природного газа.

 

Александр Центер: начинать надо уже сегодня

Безусловно, у водородной энергетики существует целый ряд проблем, которые надо решить. Это и хранение водорода, и безопасность. Однако общие перспективы открываются поистине сказочные: неисчерпаемый и экологически чистый источник энергии.

Глава компании А-100 Александр Центер уверен: надо начинать работать в этом направлении.

Александр Центер

«Развитие водородной экономики — это переход от старых «грязных» технологий к новым, экологически чистым. Я сильно сомневаюсь, что мы застанем полноценную «эру водорода» — слишком много надо всего сделать. Даже с учетом нарастающей скорости изменений, на это надо, как минимум, полвека. Но первые шаги в этом направлении Европа, США, Япония уже сделали. И Беларуси не надо отставать.

Мы сейчас внимательно следим за тестовыми водородными проектами в Европе. Например, сейчас реализуется проект Hydrogen Mobility Europe. В его рамках будет построено 49 заправочных станций в 10 странах. Стоимость проекта — 170 млн евро. В качестве партнеров выступили крупнейшие автомобильные концерны мира.

В Лидсе, одном из крупнейших городов Великобритании, работают над проектом h31 Leeds City Gate по переводу системы газоснабжения города на водород. Не исключено, что и в Беларуси попробуем реализовать что-то подобное», — отмечает Александр Центер.

Сегодня в мире добывается всего около 65 млн тон водорода (в десятки раз меньше, чем, например, природного газа) в первую очередь для технических нужд, а объем инвестиций не превышает 1,4 млрд евро в год.

Но к концу 2025 года объем рынка превысит, по оценкам Persistence Market Research, 200 млрд долларов. А наиболее оптимистичный прогноз звучит следующим образом: через 30 лет объем водородной индустрии составит 2,5 трлн долларов, а работать в ней будут порядка 30 миллионов человек.

В Беларуси есть свои разработки в сфере практического применения водорода — этим занимается Лаборатория синтеза и анализа микро- и наноразмерных материалов Института тепло- и массообмена им. Лыкова НАН Республики Беларусь. Речь идет как о разработке собственных топливных элементов, так и о технологии связанного хранения водорода.

naviny.by

Нефть — основа конструкции белорусского бюджета-2018 — Белрынок

Прогнозы белорусских властей относительно роста ВВП в 2018 году на 3,5% во многом обусловлены возросшей ценой на нефть, которая с конца октября держится выше 60 долларов за баррель (цена Urals за 11 месяцев 2017 года составила 52,2 доллара за баррель,  в 2016 году — 41,6 долларов, в 2015 году — 51 доллар). Какие среднесрочные риски имеет этот сценарий?

По итогам 2016 года белорусские нефтяники считали потери из-за резко изменившейся внешней конъюнктуры и нефтяного «секвестра» РФ. Потери  на самом деле были драматичными: из-за резкого падения цены на нефть и, как следствие, снижения экспортных цен на нефтепродукты белорусские НПЗ недополучили 1,65 млрд. долларов валютной выручки. Еще около 1,2 млрд. долларов составили их  потери из-за сокращения поставок российской нефти («Нафтан» и Мозырский НПЗ стали заложниками белорусско-российского газового конфликта).

Напомним, в  2016 году отечественные НПЗ  импортировали из РФ 18,157 млн. тонн нефти вместо планируемых 24 млн. тонн. В результате экспорт нефтепродуктов упал на 23% по сравнению с 2015 годом – до 13,004 млн. тонн, а валютная выручка — на 39%, до 4,034 млрд. долларов. Как следствие, чистые потери экспортных доходов белорусской нефтянки (разница между затратами на импорт нефти и выручкой от экспорта нефтепродуктов) достигли около 400 млн. долларов. В итоге вклад нефтеперерабатывающей отрасли в национальную экономику резко упал: добавленная стоимость нефтепереработки в ВВП в 2016 году составила всего лишь 0,5% (при том, что доля нефтепереработки в промышленности — более 13%, а в экспорте  — около 17%).

Минувший год для белорусской нефтянки был более успешным, чем 2016 год. Оба НПЗ сработали с прибылью.

Подорожавшая нефть повысила стоимость белорусской экспортной корзины нефтепродуктов. Хотя за 10 месяцев 2017 года Беларусь снизила экспорт нефтепродуктов на 14,9% в сравнении с январем-октябрем 2016 года — до 9,908 млн. тонн, в стоимостном выражении экспорт нефтепродуктов из Беларуси вырос на 20,5%, или на 716,649 млн. долларов, —  до 4,218 млрд. долларов. Средняя цена экспортируемых Беларусью нефтепродуктов в январе-октябре прошлого года выросла на 41,6% в сравнении с аналогичным периодом 2016 г и составила 426 долларов за тонну.

Если растет цена на нефть, то растут и экспортные пошлины на нефтепродукты (они полностью перечисляются в бюджет Беларуси). По оценкам, по итогам года их размер может приблизиться к 1 млрд. долларов.  Кроме того, в 2017 году Беларусь впервые получила возможность зачислить в свой бюджет экспортные пошлины от перетаможки 6 млн. тонн  российской нефти. Эти пошлины благодаря возросшей в 2016 году цене нефти существенно упрочили конструкцию белорусского бюджета-2017.

По оценочным данным, по итогам 2017 года объем экспортных пошлин от перетаможки 6 млн. тонн российской нефти и экспорта белорусских нефтепродуктов может составить около 1,5 млрд. долларов.

В 2018 году условия поставок российской нефти для Беларуси не изменились: 18 млн. тонн российской нефти будет поставлено на переработку, еще 6 млн. тонн – для растаможки. Следовательно, если мировые цены на нефть сохранят нынешний тренд роста, то конструкция белорусского бюджета-2018 благодаря «нефтяному» фактору еще более упрочится.

Правда, это в том случае, если Россия не будет форсировать завершение налоговой реформы в своей нефтяной отрасли. Но, судя по всему, в 2018 году принципиальных изменений в этой здесь не ожидается, а вот через год – вполне возможно.

Минфин РФ готов обнулить пошлины на нефть с 2019 года

Сейчас белорусские НПЗ покупают нефть в РФ без пошлины, поэтому она для Беларуси ниже мировой цены. Тем не менее, российские цены потихоньку  приближаются к мировым из-за налоговой реформы в нефтяной отрасли РФ. Но пока эта налоговая реформа не завершена (то есть, экспортные пошлины на нефть не обнулены), Беларусь получает нефтяные субсидии от переработки российской нефти. Причем, чем выше мировая цена на нефть, тем больший объем нефтяных субсидий получает Беларусь (согласно экспертным оценкам, для Беларуси оптимальная цена на нефть – 60-70 долларов за баррель). Однако уже скоро Беларусь может лишиться этих субсидий.

Напомним, в течение последних нескольких лет в России проводится реформа налогообложения в нефтяной сфере. Ключевым направлением реформы является завершение налогового маневра с обнулением экспортных пошлин на нефть с одновременным повышением налогообложения добычи. Министерство финансов РФ предлагало обнулить экспортную пошлину на нефть уже с 2018 года. Но против этого выступает Минэнерго, которое считает, что это может привести к падению объемов нефтепереработки на 20% и закрытию ряда НПЗ.

Обнуление пошлин автоматически приведет к повышению внутренней цены на нефть в России, а это в свою очередь чревато резким снижением маржи НПЗ.

Поэтому российский Минфин предлагает поддержать нефтепереработку через отрицательные акцизы на нефть: при продаже нефти компании будут выставлять НПЗ акциз на нефть, который будет уплачиваться в бюджет, а затем НПЗ смогут получить вычет на сумму акциза, но в увеличенном размере — с повышающим коэффициентом.

Теперь этот вопрос в РФ снова актуализирован. Минфин и Минэнерго РФ до 15 января 2018 года должны представить в правительство предложения по стимулированию модернизации НПЗ. В Минэнерго РФ обратился ряд компаний, которые хотят  стимулирования нефтепереработки за счет компенсации акциза на нефтепродукты. Министерство финансов РФ выступает за привязку введения отрицательного акциза на нефтепродукты для поддержки нефтеперерабатывающих заводов к обнулению экспортной пошлины на нефть и завершению налогового маневра.

В Минфине считают, что ввести новую систему можно уже к началу 2019 года, но это надо делать вместе с отменой экспортной пошлины на нефть. «Мы тогда получим дополнительные доходы, которые можем потратить на стимулирование переработки. Сейчас нефтепереработка у нас не находится в какой-то критическом состоянии, требующем каких-то дополнительных мер стимулирования. Мы предложили решать проблему в целом», – рассказал журналистам замминистра финансов РФ Илья Трунин.

По его словам, комплексное решение позволит сократить неэффективную переработку и получить дополнительный доход, чтобы направить эти средства на поддержку эффективных НПЗ.

Также в 2019 году в российской нефтяной отрасли может быть введен налог на добавленный доход (НДД). Ожидается, что этот налог, призванный частично заменить налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ), будет стимулировать освоение новых месторождений и ускорит модернизацию российской нефтепереработки. Дополнительные поступления в бюджет от НДД оцениваются в 1 трлн. рублей.

Основная идея НДД – налогообложение не объема добываемой нефти (принцип НДПИ, взимаемого с выручки добывающих компаний), а дохода от ее продажи за вычетом экспортной пошлины, НДПИ, расходов на добычу и транспортировку. Ставка НДД составит 50%,  при этом НДПИ упразднен не будет, но ставка будет снижена.

Со стороны нефтяников основным инициатором введения НДД выступает компания «Роснефть». По данным российских СМИ, президент этой компании Игорь Сечин вскоре после резкого падения цен на нефть и девальвации рубля направил письмо в правительство о необходимости более гибкого налогообложения в отрасли. Именно «Роснефть» ощутила основной груз налогового маневра в нефтегазовой отрасли, в ходе которого был резко – примерно с 15% до 33% – увеличен НДПИ, а параллельно уменьшены пошлины на экспорт нефти и темных нефтепродуктов, что значительно снизило рентабельность нефтепереработки. Для «Роснефти», которая все последние годы инвестировала в основном в нефтедобычу, в разработку шельфа, в покупку ТНК-ВР и «Башнефти», маневр оказался невыгоден. В относительном выигрыше от налогового маневра остались ЛУКОЙЛ и «Газпром нефть», а также «Сургутнефтегаз», которые до маневра активно инвестировали в НПЗ, повышая выход светлых нефтепродуктов и уменьшая долю мазута.

Законопроект об НДД для нефтяной отрасли был внесен в Госдуму в конце ноября 2017 года. Вслед за чем премьер-министр Дмитрий Медведев поручил Минфину и Минэнерго совместно с ФАС и ФНС подготовить необходимые проекты правовых актов. Они должны быть подготовлены в первом квартале 2018 года. В Минэнерго РФ отмечают, что принятие закона точно состоится в 2018 году, а заработает он в 2019 году.

Введение этих новаций приведет к заметному росту внутренних цен на нефть в РФ, а значит и для Беларуси. При этом обнуление пошлин на нефть означает, по сути, что Беларусь потеряет нефтяные субсидии, которые она сейчас имеет.

Факторы риска для нефтяных цен

Для мирового нефтяного рынка 2017 год ознаменовался сделкой между странами ОПЕК+, которые после рекордного падения цены на нефть в январе 2016 года до 27,7 долларов за баррель нефти марки Brent предприняли огромные усилия для ликвидации профицита. По итогам 2017 года эффект от сделки ОПЕК+  по снижению добычи нефти проявился в полной мере: цена нефти закрепилась выше 60 долларов за баррель, что отвечает интересам производителей, в первую очередь – России и Саудовской Аравии.

Между тем, для России участие в соглашении ОПЕК+ весьма противоречиво. С одной стороны, растут доходы российского бюджета, а с другой, — снижение добычи привело к тому, что доля российской нефти на мировом рынке снизилась на 0,4 п. п. до 11,1%. За счет роста спроса и снижения предложения основным бенефициаром сделки ОПЕК+ стали США: добыча увеличилась на 6,5% до 9,7 млн. баррелей в сутки. Благодаря развитию технологий сланцевой добычи американские производители смогли снизить себестоимость добычи до 30-40 долларов за баррель, что при текущей цене позволяет им работать с прибылью, к тому же сейчас этот сектор перестал быть «токсичным» для кредиторов.

В середине 2018 года производители планируют пересмотреть условия соглашения ОПЕК и, возможно, объявят план выхода. Насколько болезненным это станет для рынка, будет зависеть не только от тактики экспортеров, но и от поведения американских сланцевых производителей.

По мнению экспертов, теоретически усилия американских компаний способны и далее создавать помехи странам ОПЕК+. С другой стороны, по мере истощения резервов легкодобываемой нефти на сланцевых месторождениях будут расти расходы на добычу. Если это окажется так, то 2018 год может оказаться не менее успешным для производителей нефти и даже более стабильным.

Еще один фактор, который окажет влияние на цены, — радикальное снижение налогов на бизнес в США, что  неминуемо скажется на всей мировой экономике. Конгресс США одобрил налоговую реформу 20 декабря 2017 года, а  президент США подписал документ 22 декабря. По мнению экспертов, для России и стран ОПЕК радикальное снижение в США ставки корпоративного налога и предоставление компаниям других фискальных льгот могут обернутся падением мировых цен на их главный экспортный товар — нефть. При новых налоговых ставках часть американских фирм впредь готова будет добывать сланцевую нефть при более низких мировых ценах на этот энергоноситель, чем до сих пор считалось.

Таким образом, у американских компаний, занимающихся добычей как сланцевой, так и традиционной нефти,  появился двойной стимул взяться за расширение производства: выросшие на мировом рынке цены и снижающиеся в Америке налоги. Поэтому, отмечают эксперты, в первой половине 2018 года США будут усиленно наращивать нефтегазовую добычу. Тем более, что доступные американским энергетическим компаниям запасы нефти и газа практически в одночасье увеличились, поскольку в рамках налоговой реформы Трампа эти фирмы получили право бурить на Аляске —  в регионе, который до сих пор являлся природоохранной зоной.

Следовательно, отмечают эксперты, в краткосрочной и уж тем более в среднесрочной перспективе весьма вероятно снижение цен  как на американскую нефть, которая будет все больше теснить в Соединенных Штатах импортируемую, в частности, саудовскую, так и на американский сжиженный природный газ, который США планирует экспортировать и в Европу, и в Азию, особенно в Китай.

ДЛЯ СПРАВКИРоссия в 2018 году сохранит переработку нефти на уровне 2017 года — 280 млн. тонн, сообщил журналистам замминистра энергетики РФ Кирилл Молодцов.По данным Минэнерго РФ, в России в 2011-2016 годах введены в эксплуатацию или модернизированы 70 установок вторичной переработки нефти, в 2017 году — еще 8.Глубина переработки в 2017 году составит 81,4%, в 2018 году — 82,2%, выход светлых нефтепродуктов в 2017 году — 62,1%, в 2018 году — 64%.Работа по модернизации российских НПЗ началась в 2011 году, когда возникла необходимость перевода условного экспорта от нефти к нефтепродуктам. В результате глубина переработки (отношение количества получаемых светлых нефтепродуктов к исходному нефтяному сырью) по итогам 2017 года достигнет более 81%, а к 2020 году составит порядка 85%.Производство бензина в 2017 году составит 39 млн. тонн, в 2018 году — 40,1 млн. тонн, дизельного топлива в 2017 году — 76,6 млн. тонн, в 2018 году — 79 млн. тонн. Ранее министр энергетики РФ Александр Новак сообщал, что Россия увеличит нефтепереработку в 2017 году до 284 млн. тонн, спрос на бензин вырастет на 1%.По данным Минэнерго, объем первичной переработки нефти в России снижается с 2015 года, когда он составил 282,9 млн. тонн (288,9 млн. тонн в 2014 году). В 2016 году показатель составил 280,7 млн. тонн.

 

www.belrynok.by

Белорусская нефть: найти и добыть

Эксперты напоминают, что добыча собственной нефти никак не сможет закрыть возможности наших перерабатывающих заводов, пишет БДГ.

Нефти хватит на 35 лет

Беларусь обеспечена запасами нефти на 35 лет, сообщил начальник управления по геологии Министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды Сергей Мамчик.

«Основная задача состоит в том, чтобы не только сохранить имеющиеся объемы добычи нефти на уровне порядка 1,6 млн т в год, но и нарастить их», — рассказал чиновник в ходе онлайн-конференции на БелТА.

По его словам, для обеспечения роста добычи нефти в Беларуси будут искать новые месторождения, в том числе, и те, где нефть находится на труднодоступной глубине.

«Целевой показатель прироста запасов нефти доведен в объеме около 600 тыс. т в год. В 2016 году этот показатель перевыполнен на 24,7%», — уточнил Сергей Мамчик.

Всего в Беларуси выявлено 82 месторождения нефти, в разработке находятся 62 из них.

По данным Мамчика, за последние годы в Беларуси специалисты НПЦ по геологии и «Белоруснефти» открыли ряд новых нефтяных залежей. Запасы одного из них — Южно-Шатилковского месторождения нефти (Гомельская область) оцениваются более чем в $100 млн.

Чиновник отметил, что работы на этом месторождении стоили на порядок меньше: бурение одной скважины — около $2-2,5 млн.

Как перспективное рассматривается еще одно нефтяное месторождение, недавно открытое в Гомельской области — Угольское, геологические запасы которого оцениваются примерно в 1,7 млн т нефти.

Чем еще богата Беларусь?

1. Калийные соли. Стоимость инвестиционных проектов по освоению месторождений калийных солей в Беларуси оценивается более чем в $3 млрд.

«Речь идет об освоении Петриковского месторождения калийных солей (этим проектом занимается «Беларуськалий») и новых участков Старобинского месторождения — «Славкалий» уже провел разведку и приступает к реализации проекта по строительству горнодобывающего предприятия», — рассказал начальник управления.

По оценке Сергея Мамчика, запасами калийной соли Беларусь обеспечена на много десятков лет вперед. К промышленному освоению подготовлено около 7,3 млрд т сырых солей, при том что ежегодная добыча составляет 45-50 млн т сырых калийных солей.

2. Торф и санпропель. Белорусскими торфом и сапропелем заинтересовались страны Ближневосточного региона, сообщил Мамчик. По его словам, сейчас по поставкам работают с Объединенными Арабскими Эмиратами, Катаром, Саудовской Аравии и проч. — «в пустыне источником для получения питательных веществ являются как раз органоминеральные удобрения».

3. Строительное сырье. Однако щебень, песчано-гравийные породы не всегда выгодно экспортировать в отдаленные страны с учетом транспортных расходов. Однако, выгодно поставлять строительные материалы.

4. Ищут алмазы. По данным властей, это перспективное занятие, но не очень, разве что найти инвестора.

«Пока алмазоносные породы в Беларуси не обнаружены, однако у геологов есть основания предполагать, что они могут быть. Поэтому в дальнейшем исследования продолжатся, однако они не будут носить масштабного характера», — пояснил представитель Минприроды.

5. Драгоценные металлы, среди них платина. Это месторождение Беларусь планирует передать в концессию.

6. Золото. Оно у нас есть, но «оно достаточно рассеяно, и крупных скоплений на сегодняшний день не выявлено», находится в глубинных слоях.

7. Кроме того, в Беларуси намерены активизировать освоение месторождений пресных и минеральных вод.

Вся нефть, которую добывают в Беларуси, идет на экспорт

«Собственная добыча нефти в Беларуси 1,65 млн тонн, сегодня наши нефтеперерабатывающие предприятия могут переработать 24 млн тонн нефти. Объемы добычи и возможной загрузки переработки — не сопоставимы», — прокомментировала БДГ слова представителя экономический обозреватель Татьяна Маненок.

По ее словам, сейчас Беларуси более выгодно поставлять всю свою нефть на экспорт из-за экспортных пошлин России, и получать с нее валютную выручку в бюджет.

«Нужно отдать должное, — добавила эксперт, — что геологоразведка при поисках новых месторождений выжимает максимум из возможного, старается отвечать современному уровню».

Среди прочего, добавила Татьяна Маненок, потенциально возможна у нас добыча и сланцевого газа, но это требует проведения научных разработок и вложений, поэтому пока дело далекого будущего. 

Справка БДГ

Александр Лукашенко, принимая 21 января с докладом вице-премьера Владимира Семашко, вновь отдал приказ найти замену российской нефти, поставки которой упали.

Напомним, что Россия резко сократила поставки нефти в Беларусь в третьем квартале 2016 года. Причиной стали разногласия по цене на газ. В целом снижение составило 2,3 млн. тонн нефти за квартал (с 5,8 млн тонн до 3,5 млн. В результате белорусские нефтеперерабатывающие предприятия снизили выпуск нефтепродуктов

www.belaruspartisan.org


Смотрите также