События в Ираке: нефть снова идет на максимумы? Нефть в ираке сегодня


Иностранные нефтяные компании в Ираке. Досье - Биографии и справки

ТАСС-ДОСЬЕ /Татьяна Соловьева/. В начале июня 2014 года боевики группировки "Исламское государство Ирака и Леванта" начали наступление на ряд городов на севере Ирака. 17 июня 2014 года был атакован нефтеперерабатывающий завод в Байджи в 40 км от столицы Багдада, один из самых крупных в Ираке. В связи с этим некоторые иностранные компании, в частности ExxonMobil, British Petroleum, заявили об эвакуации персонала или о планах вывоза сотрудников в случае обострения обстановки. 19 июня правительственным силам удалось отбить завод.

Большинство иностранных компаний в Ираке проводят разведку и добычу нефти на юге Ирака, вдали от территорий, находящихся под контролем исламистов. В мае 2014 года министерство нефти Ирака заявило, что экспорт нефти с южных месторождений достиг 2,5 млн баррелей в сутки - это рекордный показатель с 2003 года. Если иностранные компании свернут свою деятельность в случае эскалации конфликта, бюджет Ирака потеряет 90% своих доходов.

Американская компания ExxonMobil Iraq, филиал ExxonMobil Corporation, и англо-голландская Royal Dutch Shell 25 января 2010 года подписали соглашение с South Oil Company of Iraq (Южная нефтяная компания Ирака) на разработку нефтяного месторождения Западная Курна-1 провинции Басра на юге Ирака. Запасы Западной Курны-1 оцениваются в 8,7 млрд баррелей нефти. Доля ExxonMobil - 60%, иракской стороны - 25%, Royal Dutch Shell - 15%.

18 июня 2014 года ExxonMobil объявила о масштабной эвакуации своих сотрудников, занятых на этом месторождении, несмотря на то что вооруженные действия в районе не ведутся. Руководство Royal Dutch Shell планирует начать эвакуацию персонала в случае ухудшения ситуации.

В октябре 2011 года ExxonMobil Iraq подписала с руководством Иракского Курдистана соглашение, дающее право на разработку нефтяных месторождений в шести секторах на его территории, что расценивается федеральным правительством Ирака как незаконный акт. Из-за этого американская компания была исключена в мае 2012 года из списка участников тендера на разведку и добычу газа на 12 участках на юге Ирака.

Итальянский концерн ENI в консорциуме с американской Occidental Petroleum и южнокорейской Kogas 22 января 2010 года подписал контракт на разработку месторождения Зубейра на юге Ирака. Запасы месторождения оцениваются в 4 млрд баррелей. ENI является оператором проекта. Контракт рассчитан на 20 лет с возможностью продления еще на пять. По соглашению консорциум инвестирует в месторождение около $20 млрд. 18 июня 2014 года пресс-секретарь ENI сообщил, что деятельности компании пока ничего не угрожает, персонал остается на месте.

China National Petroleum and Gas Corp (CNPC, Китайская национальная нефтегазовая корпорация) получила право на разработку нефтяного месторождения Хальфая (Khalfaya field) на юго-западе Ирака после подписания 27 января 2010 г. соглашения с французской компанией Total (25% акций) и малайзийской Petronas (25% акций). Китайской корпорации принадлежат 50% акций. Разведанные запасы нефти составляют 4,1 млрд баррелей. Документ подписан на 20 лет с возможностью продления еще на 5 лет и предусматривает обязательство консорциума за 6 лет увеличить производство нефти месторождении Хальфая с нынешних 3,1 тыс. баррелей в день до 535 тыс. баррелей в день.

China National Petroleum and Gas Corporation и британская BP в 2009 году подписали контракт на разработку нефтяного месторождения Южная Румейла (провинция Басра на юге Ирака) сроком на 20 лет с возможностью продления еще на пять лет. Доля иракской Государственной организации по нефтяному маркетингу составляет 25% акций, доля BP - 38% акций, доля CNPC - 37%. По контракту, который правительство Ирака утвердило 3 ноября 2009 года, Ирак будет получать около 98% дохода. К 2016 году производство на этом месторождении составит 2,85 млн баррелей в день. 17 июня 2014 года BP начала эвакуацию неключевых сотрудников, занятых на месторождении Румейла. По данным руководства компании, ее операции до сих пор не были подвергнуты риску.

В Ираке работает также China National offshore Oil Corp. (CNOOC, Китайская национальная офшорная нефтяная корпорация), которая участвует в разработке нефтяных месторождений южной провинции Майсан, в частности в Эль-Факке, Базаргане и Абу-Гаребе. Разведанные запасы оцениваются в 2,6 млрд баррелей. Доля китайской компании - 63,75%, турецкой Turkish Petroleum - 11,25%. Контракт подписан с Иракской государственной компанией 17 мая 2010 года сроком на 20 лет. По контракту в течение шести последующих лет производство нефти на этих трех месторождениях планируется увеличить с 100 тыс. до 450 тыс. баррелей в день.

На нефтяных месторождениях Ирака работают более 10 тыс. сотрудников из КНР, преимущественно в шиитских областях на юге страны. 19 июня 2014 года официальный представитель МИД КНР Хуа Чуньин заявила, что Китай будет всеми силами помогать работающим в Ираке согражданам, которые находятся в районах, где обостряется ситуация в сфере безопасности, эвакуироваться в безопасные районы.

Российские компании в Ираке

В Ираке действуют три российские компании.

ЛУКОЙЛ получил право на участие в разработке месторождения Западная Курна-2 12 декабря 2009 года в составе консорциума с норвежской Statoil. Это крупнейший мировой проект, который реализует российская компания. В конце мая 2012 года ЛУКОЙЛ выкупил долю норвежской компании. В результате долевое участие в проекте составляет: ЛУКОЙЛ - 75%, государственная Северная нефтяная компания Ирака - 25%. Западная Курна-2 - месторождение на юге Ирака, в 65 км северо-западнее крупного портового города Басра. Считается одним из крупнейших месторождений в мире. На октябрь 2013 года извлекаемые запасы оценивались примерно в 14 млрд баррелей. В январе 2013 года ЛУКОЙЛ подписал с Ираком дополнительное соглашение к контракту, в котором зафиксированы целевой уровень добычи по проекту - 1,2 млн баррелей нефти в сутки в течение 19,5 года - и продление общего срока действия контракта до 25 лет с возможностью продления на 5 лет. 29 марта 2014 года компанией "ЛУКОЙЛ Оверсиз" (оператор зарубежных проектов ЛУКОЙЛа) начата промышленная добыча нефти, в июне ее объем достиг 200 тыс. баррелей нефти в сутки, к концу года указанный показатель рассчитывают довести до 400 тыс. Инвестиции ЛУКОЙЛа составили $4 млрд. На месторождении Западная Курна-2 "ЛУКОЙЛ Оверсиз" ведет строительство установки подготовки нефти, газотурбинной электростанции, экспортного нефтепровода и резервуарного парка.

18 июня 2014 года президент ЛУКОЙЛа Вагит Алекперов заявил в интервью ТК "Россия-24", что пока проекту ничто не угрожает.

Также "ЛУКОЙЛ Оверсиз" в апреле 2014 года начала сейсморазведку на блоке 10, расположенном в южной части Ирака. Российская компания в консорциуме с японской INPEX Corp. получила право на геологоразведку, разработку и добычу на блоке 10 по результатам тендера в мае 2012 года. Соглашение предусматривает 5 лет на геолого-разведочные работы и затем (при подтверждении коммерческих запасов) нефтедобычу в течение 20 лет с возможным продлением еще на 5 лет. Компенсация за 1 добытый баррель нефти - $5,99. Доли в проекте следующие: "ЛУКОЙЛ Оверсиз" - 60%, японская INPEX Corp. - 40%. Держателем контракта с иракской стороны является государственная Южная нефтяная компания Ирака. Блок 10 площадью 5,6 тыс. кв. км расположен на территории провинций Ди-Кар и Мутанна в 100 км от проекта "Западная Курна-2".

"Газпром нефть" в консорциуме с иностранными компаниями 28 января 2010 года подписала соглашение на разработку месторождения Бадра (провинция Вассит на востоке Ирака). Его геологические запасы составляют 3 млрд баррелей нефти. Освоение этого месторождения является одним из первых международных добывающих проектов "Газпром нефти". Доля российской компании, которая является оператором проекта, - 30%, ТРАО (государственная нефтяная компания Турции) - 7,5%, южнокорейской Kogas - 22,5%, малайзийской Petronas - 15%, Oil Exploration Company (иракская компания по нефтеразведке), представляет правительство Ирака, - 25%. Уровень затрат на разработку месторождения оценивался в $3 млрд. В 2014 году на месторождении введена первая очередь центрального пункта сбора нефти производительностью 60 тыс. баррелей в сутки, кроме того, Бадру соединили с магистральной трубопроводной системой Ирака 165-километровым нефтепроводом. Добыча нефти началась 31 мая 2014 года, на проектный уровень - 15 тыс. баррелей в сутки - предполагается выйти в сентябре 2014 года.

Экспортную отгрузку нефти предполагается начать в конце июля - начале августа 2014 года. По планам компании пик добычи - ежесуточно 170 тыс. баррелей, или примерно 8,5 млн тонн в год, - произойдет в 2017 году. Такой уровень может быть сохранен семь лет.

18 июня 2014 года гендиректор "Газпром нефти" Александр Дюков заявил, что события в Ираке пока никак не коснулись компании. Но она прорабатывает план Б в случае ухудшения ситуации, в том числе предполагающий эвакуацию.

Российская компания "Башнефть" в консорциуме с британской Premier Oil в ноябре 2012 года подписала с South Oil Company, представляющей интересы Ирака, контракт на геологоразведку, разработку и добычу на нефтяном блоке 12 в провинциях Наджаф и Мутанна на юге страны. Доля российской компании составляет 70%, британской - 30%. Инвестиции составляют $120 млн в течение пяти лет. Согласно контракту, консорциум должен выплатить иракской стороне бонус в размере $15 млн пропорционально долям участия: $10,5 млн - "Башнефть", $4,5 млн - Premier Oil. Поисково-разведочные работы должны начаться в 2014 году.

tass.ru

Ирак: кому в итоге достанется нефть?

«Не будь здесь нефти, не знали бы мы горя…»

Шейх племени аль-Байяти, провинция Басра 

То, что гигантские запасы качественной и залегающей сравнительно неглубоко, а потому выгодной для добычи и транспортировки нефти явились одной из главных причин американского вторжения в Ирак, сегодня понятно всем. Не совсем ясно, однако, каким образом закончится передел иракского нефтегазового рынка. Сейчас этот процесс набирает обороты.

Если после «освобождения» Ирака в 2003 году в страну устремились практически все ведущие нефтяные компании мира в стремлении поучаствовать в дележе пирога, то последующие события показали, насколько непросто вести бизнес в государстве, где перечень серьёзных – и не решённых – проблем может занять не одну страницу мелким шрифтом. В 2009 году в результате серии тендеров на право разработки месторождений в числе победителей оказались около десятка компаний из разных стран мира, но сейчас некоторые из них уже покинули Ирак, а оставшиеся испытывают большие сложности.

Обстановку в Ираке в последние годы можно охарактеризовать одной фразой – стабильная нестабильность. Большую озабоченность вызывают постоянно меняющиеся в Багдаде правила игры, коррупция, жадная бюрократия,  но самой острой остаётся проблема обеспечения безопасности. Согласно международному праву, функцию обеспечения безопасности обязана выполнять принимающая сторона. В составе МВД Ирака существует главное управление по охране объектов, имеются многочисленные части и подразделения охраны объектов нефтегазовой отрасли, но с точки зрения эффективности их деятельность не выдерживает никакой критики. В этих условиях иностранные компании вынуждены прибегать к помощи частных охранных предприятий (ЧОП), которых к 2010 году в Ираке было уже свыше 300 (!). В Багдаде, однако, со временем решили, что грех упускать такие огромные деньги и с выводом оккупационных войск началась кампания по выдавливанию иностранных ЧОП, сокращению их количества, а затем – по замене их на местные. В настоящее время в стране действуют несколько десятков ЧОП, которые конкурируют между собой за право «охранять клиентов», не гнушаясь никакими средствами, включая подрывы и обстрелы машин «коллег по бизнесу», поскольку многие из этих фирм принадлежат враждующим политическим, а то и просто организованным преступным группировкам.

В начале 2014 года ангольская компания Sonangol, получившая 75% в контракте на разработку месторождений Кайяра и Ниджма в провинции Нейнава, заявила о том, что из-за инцидентов в сфере безопасности вынуждена отказаться от дальнейшей работы в Ираке. Указанные места, расположенные близ города Мосул, вскоре были захвачены боевиками запрещённого в России террористического «Исламского государства» (ИГ). За ними последовали и многие другие месторождения в провинциях Салах эд-Дин, Дияла и Таамим (Киркук), откуда иракские силовики бежали, не оказав исламистам практически никакого сопротивления. Среди разбежавшихся была и дивизия (!) охраны нефтяных объектов, дислоцированная в районе города Тикрит, в результате чего в руках ИГ оказался крупнейший в Ираке НПЗ в Бейджи, а также большой участок стратегического экспортного нефтепровода. Сегодня эти объекты освобождены, но в результате боёв почти полностью разрушены.

Основные запасы углеводородов в Ираке (свыше 80%) расположены на юге страны, который, по уверениям Багдада, является безопасным и где иностранные компании работают спокойно.  Однако так ли это? Вряд ли можно назвать нормальной обстановку, когда иностранным сотрудникам разрешено передвигаться только в колонне бронированных автомашин в сопровождении автоматчиков, а посёлки нефтяников выглядят как зоны особого режима – со сплошными бетонными заборами, заграждениями, колючей проволокой и вышками с вооружённой охраной. Впрочем, и это не спасает: отмечены десятки инцидентов с применением огнестрельного оружия, блокады объектов местным населением и даже нападения на лагеря нефтяных компаний и/или их подрядчиков, сопровождавшиеся погромами. Среди пострадавших – лагерь малайзийской компании Petronas в провинции Зи-Кар, объекты подрядных организаций практически всех иностранных компаний-операторов, включая «Лукойл», в провинции Басра. Неудивительно, что ещё в 2012 году руководство норвежской компании Statoil, оценив риски, приняло решение выйти из совместного с «Лукойлом» проекта на месторождении «Западная Курна-2» (ЗК-2). «Лукойл»  же решил остаться, на чём стоит остановиться чуть подробнее.

Первый контракт по ЗК-2 эта международная компания с российским участием заключила ещё с правительством Саддама Хусейна в 1997 году, но из-за последовавших затем санкций ООН работы так и не начались, а в 2008 году иракская сторона и вовсе аннулировала соглашение. В ходе серии тендеров в 2009 году «Лукойл» претендовал на месторождение «Западная Курна-1», гораздо более привлекательное со многих точек зрения, однако проиграл консорциуму в составе американской ExxonMobil, англо-голландской Royal Dutch Shell и иракской South oil company. В итоге «Лукойл» довольствовался так называемым сервисно-операционным проектом на ЗК-2, при этом партнёром от иракской стороны почему-то выступила North Oil company со штаб-квартирой в Киркуке, хотя в процессе всей дальнейшей операционной деятельности дела пришлось вести с South Oil company (Басра). По условиям контракта оператор должен был получить от иракских властей вознаграждение в размере 1,15 доллара за каждый добытый баррель, но только после выхода на максимальный уровень добычи. Это самый низкий уровень возмещения среди всех иностранных операторов в Ираке – для сравнения: согласованный уровень выплат упомянутой ангольской Sonangol на двух сравнительно мелких месторождениях составлял соответственно 5 и 6 долларов. Российский «Газпром», разрабатывающий месторождение Бадра (провинция Васит) совместно с корейской Kogas, малайзийской Petronas и турецкой TPAO, получает вознаграждение в размере 5,5 доллара за баррель.

В январе 2013 года «Лукойл» подписал дополнительное соглашение к контракту, в котором были зафиксированы целевой уровень добычи по проекту (1,2 млн баррелей нефти в сутки в течение 19,5 года) и продление общего срока действия контракта до 25 лет с возможностью пролонгации ещё на 5 лет. Несмотря на значительные инвестиции «Лукойла» (свыше 4 млрд долларов), задача оказалась практически невыполнимой, и значительная часть вины за это лежит на иракской стороне. Контрактная территория была сильно загрязнённой взрывоопасными предметами (остались со времен ирано-иракской и двух войн в Заливе), а одной из главных причин невыполнимости задачи явилось то, что, согласно сервисному контракту, месторождение должно было быть свободным от претензий третьих лиц. На деле же там оказались десятки малых населённых пунктов и десятки тысяч местных жителей. По местным обычаям они вооружены и не высказывают ни почтения к федеральным властям, ни радости по поводу появления иностранных компаний. Нередко для сопровождения колонн или обеспечения доступа к местам работ привлекались даже армейские силы.

(Окончание следует)

АНТОН ВЕСЕЛОВ

rusdozor.ru

Нефть. Новости дня: «Роснефть» заигралась в глобализацию - Свободная Пресса

Компания «Роснефть» заключила соглашение с региональным правительством Иракского Курдистана о сотрудничестве в области разведки, добычи, инфраструктуры, логистики и трейдинга углеводородов. Контракт был подписан в рамках конференции IP Week в Лондоне. В пресс-службе российской компании сообщают, что договор рассчитан на 2017−2019 годы. В этот период подразделение «Роснефти» Rosneft Trading SA будет закупать «черное золото» у иракских курдов. Договор предусматривает предоплату.

Исполнительный директор «Роснефти» Игорь Сечин, комментируя подписание соглашения, заявил, что стороны надеются найти новые рынки сбыта для курдской нефти. «Контракт позволит обеспечить сырьем расширяющуюся международную сеть НПЗ „Роснефти“ и повысить их эффективность», — сказал Сечин.

Как сообщает «Интерфакс», после покупки «Башнефти» «Роснефть» получила возможность работать в иракских провинциях Наджаф и Мутанна на перспективном нефтеносном Блоке 12. Считается, что этот неразведанный регион в Западной пустыне площадью 7680 кв. км. обладает самым большим в стране нефтяным потенциалом. Но в Курдистане проектов у «Роснефти» пока не было. Зато «Газпром нефть» уже работает на территории автономии. Запасы нефти Иракского Курдистана оцениваются в 45 млрд. баррелей.

Читайте также

Меркель закручивает вентиль «Северному потоку-2» Меркель закручивает вентиль «Северному потоку-2»

Канцлер ФРГ поддержала Польшу в стремлении сохранить украинский транзит

Интересно, что накануне известий о подписании соглашения в Багдад неожиданно прибыл глава Пентагона Джеймс Мэттис. Во время визита он заверил, что США не собираются захватывать нефтяные месторождения Ирака. «Думаю, что все американцы, которые здесь собрались, как правило, всегда платили за газ и за нефть, и уверен, что мы продолжим это делать и в будущем», — добавил Мэттис.

Оправдываться Мэттису пришлось не случайно. В январе новый президент США Дональд Трамп на встрече в ЦРУ заявил, что, по его мнению, американцам следовало бы сохранить контроль над иракской нефтью и, возможно, такой шанс им еще представится. Во время избирательной кампании миллиардер делал еще более смелые заявления, например, говорил, что если американцы покинут Ирак, они должны «забрать нефть с собой».

Генеральный директор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов убежден, что экономическая выгода от сделки с Иракским Курдистаном для «Роснефти» сомнительна.

— «Роснефть» позиционирует себя, как глобальная компания. У руководства есть идея, что нужно работать на глобальных рынках, активно инвестировать по всему миру. Эта сделка вписывается в логику такой игры в глобальность. Многие наши компании в это уже наигрались, хотя еще десять лет назад такая стратегия была общим поветрием.

Лично я всегда был критиком этой концепции. Некоторые наши компании работают в Ираке, например, «Лукойл», «Газпром нефть». Но я считаю, что России нет смысла копировать стратегии европейских и американских компаний. У нас довольно большие запасы собственных углеводородов. «Роснефть» сегодня контролирует 40% национальной нефтедобычи. Есть огромное количество проектов в России, которыми можно заняться.

«СП»: — Какие экономические выгоды несет соглашение?

—  Совершенно не ясно, каким будет уровень вовлеченности в торговлю курдской нефтью. Если «Роснефть» будет просто перепродавать сырье, вообще непонятно, зачем это нужно. По той же причине я был критиком не состоявшейся, к счастью, сделки с Ираном, по которой мы должны были брать у них нефть и самостоятельно перепродавать ее где-то на рынке.

Никто не знает, как можно на этом заработать, зато мы влезаем в сделки, которые не выгодны, но соответствуют пониманию, что мы — глобальные игроки. Хотя «Роснефти» не нужно торговать курдской нефтью, чтобы соответствовать этому статусу. Игра в глобальность — это, скорее, проблема. Посмотрите на Венесуэлу, где парламент сейчас пытается оспорить решение президента по сотрудничеству с российской компанией, и, возможно, «Роснефть» теперь все там потеряет. Получается, все глобальные усилия были приложены напрасно.

Трамп сегодня говорит о том, что «возвращается в Америку». То же самое нужно сделать и нашим компаниям. Игры на зарубежных рынках только отвлекают на себя ресурсы. Нужно думать о собственных продажах, а не о том, как перепродать нефть конкурентам.

Начальник Центра исламских исследований Института инновационного развития Кирилл Семенов, в свою очередь, полагает, что дело не в экономике, а в политических расчетах.

— Россия пытается разыгрывать, в том числе, курдскую карту. Достаточно посмотреть на последние инициативы в отношении сирийских курдов, которым, как напомнила Москва, неплохо было бы предоставить автономию. Это было отражено, например, в проекте Конституции Сирии, которую передали на рассмотрение на встрече в Астане.

Можно вспомнить и о недавней Курдской конференции в Москве, на которой были представлены различные курдские силы. Думаю, и это соглашение связано с резким усилением интереса России к курдской проблематике. Особых экономических выгод «Роснефть» от этого договора быстро не получит. Так что этот шаг следует рассматривать через политическую призму.

Россия решила развивать отношения с Иракским Курдистаном и наполнить эти контакты практическим содержанием, в том числе через развитие экономического партнерства, где нефть может стать главным аспектом взаимодействия. Без политического контекста эта сделка вряд ли состоялась.

«СП»: — Есть ли перспективы у этого сотрудничества с курдами?

— Следует разделять сирийских и иракских курдов. Партнерство с сирийской ветвью чревато для нас резким ухудшением отношений с Турцией. Там у власти находится коалиция TEV-DEM во главе с PYD (Демократический союз), который, по мнению Анкары, является филиалом Рабочей партии Курдистана, признанной в Турции террористической организацией. Любые плотные взаимодействия с ними чреваты осложнением отношений с Анкарой. Хотя Москва пытается лавировать и не портить отношения с теми и другими, турецкую сторону все равно любые контакты не устраивают.

Другое дело — Иракский Курдистан, где у власти до сих пор находится Масуд Барзани, который имеет очень тесные связи с Анкарой. Он фактически ближайший союзник Турции в Ираке, даже ближе, чем премьер-министр Ирака Хайдер Аль-Абади.

Поэтому в отношении Иракского Курдистана можно действовать более смело, без оглядки на Анкару. Но при этом Россия пытается выступать посредником в сирийском курдском вопросе. В том числе с тем, чтобы вернутся к Эрбильским договоренностям, то есть снова допустить к политическому процессу Курдский национальный совет (KNC), который PYD отстранили от власти. Задача Москвы — уговорить PYD выйти на диалог с Национальным советом, который является барзанистской партией. Это помогло бы и сохранить отношения с курдами, и не ухудшить их с Анкарой. Это очень сложный клубок противоречий.

С Иракским Курдистаном все проще, и экономическая сделка с ними — сигнал, что Москва делает ставку не только на Демократический союз, а готова развивать отношения со всеми курдскими силами и выступать в качестве посредника в контактах между силами PYD и барзанистским Национальным советом в рамках курдско-сирийского урегулирования.

Читайте также

Индия – Чубайсу: «Давай, до свидания» Индия — Чубайсу: «Давай, до свидания»

Почему в Дели отказались от сотрудничества с РОСНАНО

«СП»: — Не пересекаются ли наши нефтяные интересы в Ираке с американскими?

— Пересекаются, но пока роль России слишком незначительна, чтобы представлять угрозу для американских интересов. Когда Саддама Хусейна отстранили от власти, Россия лишилась практически всех своих контрактов в Ираке. И сейчас мы не представляем серьезную конкуренцию американцам в стране. Да и основные месторождения нефти находятся не в Курдистане, а на юге, в шиитской зоне ближе к Персидскому заливу.

Мы, скорее, помогаем иракским курдам решить их проблемы, в том числе с транспортировкой нефти. Ведь ее пытаются возить через Иран и Турцию не по нефтепроводам, а на автомобилях. На границе часто путали колонны с цистернами, считая, что это нефть из ИГ *, а это было курдское сырье. Кроме того, далеко не все готовы инвестировать в Курдистан, и с этим «Роснефть» тоже поможет.

Проблемы могут возникнуть скорее не с американцами, а с режимом в Багдаде, который пытается контролировать все нефтяные вопросы и не допустить роста курдской самостоятельности в транспортировке углеводородов. Но, думаю, Россия этот вопрос решит, в том числе с помощью связей с Ираном. Можно найти пути транспортировки курдской нефти в обход центрального правительства.

* «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), решением Верховного суда РФ от 29.12.2014 признано террористической организацией и её деятельность в России запрещена.

svpressa.ru

Новости из Ирака развернули цены на нефть От Investing.com

© Reuters. Новости из Ирака развернули цены на нефть© Reuters. Новости из Ирака развернули цены на нефть

Investing.com − Цены на нефть были склонны к cнижению в первой половине дня, однако после полудня возобновили рост благодаря новостям о сокращении поставок из Ирака.

К 13:30 по московскому времени цена на нефть марки выросла до отметки $57,70 за баррель, а стоимость фьючерса на сорт увеличилась до $52,25 за баррель.

Фактором поддержки рынка выступили данные о неожиданном сокращении поставок нефти с юга Ирака в этом месяце. По данным Reuters, экспорт нефти с юга Ирака (т.е. по основному экспортному маршруту) сократился в октябре на 0,11 млн баррелей в сутки до 3,13 млн баррелей в сутки. Сокращение экспорта нефти с юга Ирака было связано в основном с неблагоприятными погодными условиями, из-за которых были отсрочены морские поставки.

Ранее в этом месяце министерство нефти Ирака заявило, что в октябре планирует заместить снизившиеся поставки из Киркука (0,2 млн баррелей в сутки) за счет увеличения экспорта нефти с юга (из Басры), где добыча была ограничена в рамках соглашения с ОПЕК и союзниками.

«Инвесторы сконцентрировали внимание на этом заявлении, ожидая увеличения экспорта нефти с юга Ирака, и на том факте, что конфликт с курдами привел к перебоям в поставках с севера. На этом фоне результаты отчета Reuters стали приятным сюрпризом для рынка и остановили техническую коррекцию», − отмечает сырьевой стратег Sberbank CIB Михаил Шейбе.

Нарушение экспорта из Ирака, второго по величине производителя в ОПЕК, в этом месяце поддержало цены, усиливая эффект от запланированного сокращения поставок ОПЕК.

Министр энергетики РФ Александр Новак заявил, что страны ОПЕК (без учета Ливии и Нигерии) за минувшие девять месяцев выполнили условия договора о сокращении добычи на 102%. Также стало известно, что министры энергетики России и Саудовской Аравии 2 ноября обсудят возможность продления срока действия глобального нефтяного пакта, что, впрочем, не гарантирует положительного решения вопроса.

Сегодня вечером ожидается статистика от Американского института нефти по запасам нефти и нефтепродуктов в США.

Утреннюю просадку котировок можно объяснить закрытием длинных позиций. Аналитики предупреждают о вероятности скорой коррекции нефтяных цен, если не будет дальнейших новостей о перебоях с поставками, и участники рынка переключатся на фактор сезонного замедления роста спроса. Если летом количество ставок на рост нефтяных цен превышало количество ставок на падение в 10 раз, то сейчас – лишь в 2,5 раза, по данным Комиссии по ценным бумагам и биржам.

Предупреждение: Fusion Media would like to remind you that the data contained in this website is not necessarily real-time nor accurate. All CFDs (stocks, indexes, futures) and Forex prices are not provided by exchanges but rather by market makers, and so prices may not be accurate and may differ from the actual market price, meaning prices are indicative and not appropriate for trading purposes. Therefore Fusion Media doesn`t bear any responsibility for any trading losses you might incur as a result of using this data.

Fusion Media or anyone involved with Fusion Media will not accept any liability for loss or damage as a result of reliance on the information including data, quotes, charts and buy/sell signals contained within this website. Please be fully informed regarding the risks and costs associated with trading the financial markets, it is one of the riskiest investment forms possible.

ru.investing.com

Ирак | Нефтянка

Сентябрь, когда хлеборобы завершают уборку урожая, а студенты и школьники возобновляют учебу, принадлежит в сезонном плане, конечно, крестьянину и школяру. Но, осмелюсь предположить, что не только им. Насладившись отпусками, вернулись к скважинам и крекинг-установкам нефтяники и газовики. Причем в России битва за углеводороды вновь стартует после нашего профессионального праздника. Становится более или менее ясным, как закончится для нефтегазового ТЭК календарный год, причем и в международном измерении. К примеру, американские или французские выборы позади, но топливно-сырьевые, природоохранные и климатические лозунги этих кампаний никуда не исчезают. А в ФРГ голосование еще не состоялось, но главные места в поединке уже заняли «Северный поток-2» и энергетика в целом. Впечатление таково, что даже часы, по которым земляне живут и которые сверяют друг с другом, движимы углеводородами, без которых встало бы все. Или почти все.

Эффект отрезвления

Минувшая неделя привнесла в международный топливно-энергетический контекст немало реалистичных и, более того, успокоительных (хотя бы в некоторых отношениях) нот.

Зачастую те страны, которые нынче особенно нелюбимы правящей элитой Соединенных Штатов, с деловитой уверенностью показывают свои успехи в ТЭК (иногда крупные, а иногда локальные). Достигнуты же они в тех сферах развития нефтянки, которые кое-кому хотелось бы увидеть и оценить как провальные. Во всяком случае, провальные для блокированной санкциями России. Позитивный резонанс вокруг освоения нашего шельфа вопреки всем секторальным рестрикциям — наглядное свидетельство. А ведь эти санкции собрали, начиная с 2014-го, под свои неправедные знамена не только Америку и ЕС, но и Канаду, Норвегию, Австралию, Японию…

Continue reading →

neftianka.ru

События в Ираке: нефть снова идет на максимумы?

Минувшая неделя отметилась внезапно прокатившимся всплеском нестабильности на территории Ирака. Судя по тому, как развиваются события, «арабская весна» имеет шанс на возобновление.

Напомним, что термином «арабская весна» принято называть затяжную серию протестов (в ряде стран были гражданские войны и революции), охвативших арабские страны с конца 2010 г. В результате конфликтов произошло свержение правящих режимов в Ливии, Тунисе, Египте. Пик конфликтов пришелся на весенний период 2011-2012 гг. (в 2013 г. были лишь отдельные «очаги», по крайней мере, о массовом движении речи не было).

По крайней мере, нами именно в этом контексте воспринимается текущая ситуация в Ираке. Так, на прошлой неделе радикальная исламистская группировка «Исламское государство Ирака и Леванта» внезапно захватила крупные города Ирака - Мосул и Тикрит, заявив также о планируемом захвате Багдада. Объявить ЧП в стране правительству не удалось ввиду отсутствия кворума. Таким образом, в настоящее время в Ираке разворачивается достаточно опасная с точки зрения геополитики картина и позитивная - для нефти. Отметим также, что по-прежнему неспокойно в Сирии и Ливии, так что говорить о локальной иракской истории, по нашему мнению, сложно. Мы ожидаем, что в случае усиления конфликта в Ираке, геополитическая премия в цене нефти может достичь 10-15%, что подразумевает рост к 118-120 долл./барр. - максимумам прошлого года.

Прежде всего, стоит подчеркнуть, что рвущаяся к власти группировка - это не просто оппозиция. Это радикальные исламисты, сунниты, которые считают шиитов (текущая власть в Ираке) своими главными врагами. Так, уже появились новости о том, что в ходе захвата городов Ирака исламисты казнили свыше 1000 человек - шиитов, военных и местных жителей. Т.е. в Ираке сейчас разворачивается серьезная межконфессиональная война.

Учитывая, что Ирак является одним из крупнейших нефтедобытчиков ОПЕК (3,3 млн барр./день) и экспортеров (2,8 млн барр./день) нефти, его влияние на цены на нефть значительно. При малейшей угрозе срыва поставок нефть будет реагировать ростом. Собственно, потому резкий скачок цен на нефть мы и наблюдали на прошлой неделе, когда появились новости про Ирак.

Пока мы можем констатировать, что особого урона нефтедобывающим мощностям Ирака нет: вооруженные столкновения происходят несколько вдали от того, где добывается нефть (основная часть) - см. карту ниже. Красным цветом отмечены области, которые уже захватили исламисты. Желтым цветом - области, где идут столкновения. Зеленым цветом - трубопроводы и добывающие мощности Ирака. Мы опасаемся, что исламисты могут пойти и дальше, более того, США рассматривают возможность проведения серии авиаударов для оказания помощи текущей власти в Ираке.

Динамика нефти Brent, долл./барр.

Динамика нефти Brent, долл./барр.

По информации в СМИ, для локальной поддержки иракской армии США уже направили в Багдад спецназ, правда, ограниченным составом. В Персидский залив направлены авианосец ВМФ США George H.W. Bush, а также ракетный крейсер и эсминец. Соответственно, при таком раскладе добывающие области попадают в зону риска.

Добыча Ирака - 3,3 млн барр./день (10% от добычи ОПЕК, 3% от мировой добычи) - это заметные объемы для рынка нефти. Мы ожидаем, что если столкновения продолжатся и будут приближаться к основным добывающим мощностям Ирака, то цены на нефть отреагируют очередным ростом с мультипликатором 3-4х к возможным потерям в добыче, т.е. к 118-120 долл./барр.

Карта месторождений нефти в Ираке

Карта месторождений нефти в Ираке

А пока нет реальной угрозы мощностям, нефть будет торговаться с небольшой геополитической премией. И пока не будут сняты геополитические риски по Ближнему Востоку (или не компенсированы другими факторами), наиболее вероятным диапазоном для нефти Brent будет, по нашему мнению, зона 110-120 долл./барр.

Екатерина Крылова, Евгений Локтюхов

ru.investing.com

Ирак воссоздает национальную нефтяную компанию

Парламент страны проголосовал за новый режим регулирования добычи и экспорта нефти, а также распределения между регионами доходов от ее продажи. Новый закон предусматривает, что средства, поступающие от импорта нефти, будут разделены между иракцами и курдами (проживающими в иракском Курдистане), если последние договорятся о продаже углеводородного сырья со своих месторождений через иракскую экспортную компанию (SOMO). По мнению иракских властей, это позволит Ираку разрабатывать месторождения, вести нефтепереработку и заниматься нефтесервисом силами местных компаний, принадлежащих государству.

Это решение является возвращением к старому порядку недропользования. Впервые закон о создании Иракской национальной нефтяной компании был выпущен в 1964 г., национализация отрасли осуществлена в 1972 г., а в 1987 г. национальная компания была объединена с министерством нефти страны. В результате иностранные инвестиции в нефтяную промышленность Ирака были значительно ограничены.

Сейчас мы, вероятно, видим возвращение к старой модели функционирования иракской нефтянки на фоне разочарования в сотрудничестве с зарубежными добывающими игроками, работающими в стране на основе сервисных контрактов. Тогда как иракская национальная экспортная компания SOMO, созданная в 1998 г., продолжает заниматься маркетингом и поставками нефти из страны.

Несмотря на то, что многим зарубежным операторам иракской нефтедобычи удалось нарастить производство нефти, второй Саудовской Аравии на Ближнем Востоке из Ирака пока сделать не получилось. Низкие цены на нефть на мировых рынках не позволили иракской нефтяной промышленности выйти на саудовский уровень добычи, а также догнать по объемам извлекаемых углеводородов Россию и США.

Сейчас Ирак лишь на третьем месте в мире по экспорту нефти после Саудовской Аравии и России, добывает порядка 4,4 млн баррелей в сутки, из которых порядка 4 млн отправляется на экспорт. Таким образом страна является одним из главных конкурентов РФ, поставляющей на мировые рынки порядка 4,7-5 млн баррелей в сутки. Однако иракский экспорт значительно отстает от поставок из Саудовской Аравии, которые находятся на уровне 7 млн баррелей в сутки.

Прошлый год стал одним из важнейших в иракской истории, благодаря полному снятию санкций ООН, введенных в отношении страны много лет назад, а также взятию под контроль территорий Иракского Курдистана. Цель властей Ирака — быстрая монетизация огромных запасов углеводородов страны. Уже сейчас торговля нефтью приносит SOMO порядка 6–7 млрд долларов США в год.

В то же время мировые корпорации постепенно «охладели» к развитию новых иракских проектов. Shell и малазийская Petronas в этом году окончательно выходят из проекта Маджнун (Majnoon) с запасами в 12,8 млрд баррелей н. э. Компании получили доступ к этому проекту в конце 2009 г. Планировалось добывать на Маджнун порядка 1,8 млн баррелей в сутки, затем целевые показатели сократились до 1,2 млн баррелей в сутки. Сейчас этот показатель упал до 230 тыс. баррелей в сутки. Иракские власти договорились с сервисными игроками — американской KBR и китайской Anton Oilfield Services Group, которые начинают работать на Маджнун в апреле этого года. Иракские власти в ходе переговоров с потенциальными участниками проекта ставили задачу вывести добычу на месторождении на уровень в 400 тыс. баррелей в сутки.

На фоне всех этих событий в зарубежной прессе стала появляться новая информация по истории нефтяного Ирака. Так, на страницах Daily Star  сообщается, что планирование вторжения США в эту ближневосточную страну началось задолго до сентябрьских событий 2001 г. и обвинений Саддама Хусейна во владении оружием массового поражения, а именно после подписания иракскими властями контрактов на разработку нефтяных месторождений с китайскими, российскими и французскими инвесторами в 1997 г. По мнению издания, эти сделки стали «шоком» для американских и британских властей, поскольку Ирак обладает вторыми после Саудовской Аравии по объемам крупнейшими запасами нефти на Ближнем Востоке, сегодня у страны пятое место в мире по этому показателю. В результате вторжение началось в марте 2003 г. (ровно 15 лет назад), уже в начале апреля Багдад пал после 24-летнего правления Саддама Хусейна, а крупнейшие международные нефтегазовые корпорации получили широкий доступ к разработке нефти в этой стране. Весной 2018 г. мы наблюдаем новый виток развития этой непростой истории с национализацией и допуском иностранных инвесторов в иракскую нефтегазовую промышленность.

Мария Кутузова

Комментариев:

neftianka.ru