Есть ли на территории Южной Осетии залежи нефти? Нефть в южной осетии


Есть ли на территории Южной Осетии залежи нефти?

Мне бы хотелось поделиться своими мыслями о рациональном использовании природных богатств и климатических условий Южной Осетии. Но начать хочу с миграционных процессов на примере одного небольшого уголка Южной Осетии - Бикарского ущелья, где я родился и вырос.По словам бывшего председателя Бикарского сельисполкома Цхинвальского района Адиоза Дудаева, в 1947 году на указанной территории существовало 740 дворов. В 1975 году получил сведения, согласно которым на данной территории числилось 420 дворов. В настоящее время по свидетельству нынешнего главы администрации Бикарского территориального управления Залико Дудаева, на данной территории насчитывается 65 дворов, но, по его словам, из них несколько дворов эмигрировало за пределы нашей республики. Вышеуказанные цифры дают реальную картину миграции населения из Бикарского ущелья, но мне кажется, что в аналогичном положении находится вся Южная Осетия. Думаю, что причиной этого являются социально-экономические условия, а также многолетняя грузинская агрессия.

Между тем наша земля богата полезными ископаемыми и обладает прекрасным климатом. После окончания Великой Отечественной войны, приблизительно в 1947-1951 гг., на территории села Гром Цхинвальского района грузинские геологи проводили проектно-изыскательские работы по выявлению нефти. Они провели к селу электричество, построили несколько финских домов, пекарню, баню, клуб. Работы шли с большим размахом. По словам бывшего начальника пожарной охраны указанного объекта, жителя села Гром Ильи Кусраева, пробурили скважину глубиной около 2 км, оттуда вышел газ. По указанию начальника группы разведки, грузина по национальности, все работы были свернуты. Сейчас на этом месте красуется роща.В 1960 году по указанию тогдашнего первого секретаря Юго-Осетинского обкома партии Иосифа Чиаева были приглашены геологи из Азербайджана, они провели геолого-разведочные работы, в том числе и в селе Гром. Недавно по местному телевидению показывали видеозапись выступления И.Чиаева, который говорил, что на территории Южной Осетии в пяти местах есть залежи нефти. Видимо, И.Чиаев основывался на данные азербайджанских геологов. Некоторые наши сограждане возражают против разведок нефти, ссылаясь на то, что испортится экология. При этом они забывают об экономической стороне данного вопроса.Выше с. Иврет, находящегося близ с.Гром, в 1960 гг. грузинские геологи вели изыскательские работы. Некоторые жители села принимали участие в этих работах. Они прорыли две горизонтальные шахты и одну вертикальную скважину. Через несколько лет, обнаружив цветные металлы, шахта была взорвана. По словам некоторых работавших там людей были выявлены признаки присутствия золота, вольфрама и других цветных металлов. Недалеко от села Гром в сторону Бикар находятся залежи антрацита. Добычу можно вести открытым способом, только надо строить мост через небольшую речку. Во время Великой Отечественной войны и после нее он использовался в кузнечном деле, некоторые жители села Гром жгли его вместо дров.В 1970 г. геологи из Грузии опять начали разведочные работы на территории Бикарского ущелья. Там, где обнаруживали залежи полезных ископаемых, устанавливали небольшую трубу и бетонировали ее. Таких опознавательных знаков на территории много. По рассказам моего покойного брата Николая Дудаева, работавшего тогда шофером в Громском совхозе, однажды он ехал домой и вдруг увидел, как недалеко от моста у села Бикар под горой пожилой грузин-геолог что-то бетонировал. На вопрос, что он делает, тот ответил: "Сынок, здесь находится столько богатств, что при их добыче вы все будете жить обеспеченно".По рассказам жителей Знаурского района около села Дзагина в 1947-1950 гг. грузинские геологи вели разведочные работы и тоже обнаружили наличие цветных металлов, но вскоре свернули работы и уехали. Следует сказать, что не только в Квайсинской шахте добывались цветные металлы; около села Ерцо Дзауского района грузинскими геологами были обнаружены признаки ртути. Эти признаки имели место и выше села Ципор Цхинвальского района. Буровая установка и ныне находится там.Все вышеизложенное подтвердится, когда начнутся геологоразведочные работы на всей территории нашей республики. Кроме того, можно использовать запасы наших минеральных и родниковых источников, строить бальнеологические лечебницы. У нас хорошие климатические условия, аналогов которым в мире мало. Поэтому следует строить санатории и дома отдыха. Надо проявить большую ответственность в вопросах сельского хозяйства: построить сеть дорог, провести электроэнергию и газ в села. Для осуществления всех этих мероприятий необходимо привлечь местных и иностранных инвесторов.

Виктор Дудаев

cominf.org

Республика Южная Осетия –территория транзита нефти.

Оригинал статьи для W-PostНа прошедшей неделе в Интернете одной из активно обсуждаемых тем была информация о том, что по территории Южной Осетии проходит нефтепровод «Баку-Супса». При этом новость эта подавалась как сенсация. И резонно задавался вопрос, почему РЮО не берет деньги за транзит углеводородов по своей территории. И отмечалось, что «могут рождаться не очень уж фантастические предположения, что кто-то уже получает оплату за транзит нефтепродуктов по территории Республики».

Если отставить в стороне некоторые неточности в информации о нефтепроводе, отметим, что вопрос ставится вполне резонный. Если нефтепровод есть де-факто, то надо говорить и об оплате за транспортировку де-юре. Посмотрите, сколько нервов испортила «Газпрому» Украина, требуя пересмотр транзитного соглашения за транспортируемый через ее территорию газ в Европу.

То, что по территории РЮО в Ленингорском районе проходит нефтепровод, было известно давно. Наша газета этот вопрос поднимала еще в прошлом десятилетии. Другое дело, что информация эта никогда не выносилась на повестку дня. Жители Цинагарской зоны в большинстве своем лишь осведомлены, что между селом Орчосан и автотрассой Тбилиси – Батуми находится «какая-то труба». Понятно, что такое масштабное строительство не могло вестись без того, чтобы об этом не знало и тогдашнее руководство страны. Ведь трасса нефтепровода «заходит» более чем на километр на территорию Цинагарской зоны.

Возможно, альтруизм этот объясняется тем, что строительство велось в период некоторого «потепления» грузино-осетинских отношений, когда торговые связи были активны, и такой мелочи, как нарушение границы нефтеносной трубой, не захотели придавать большое значение. А после об этом забыли под влиянием куда более актуальных задач. И что самое главное, трасса нефтепровода пролегала на границе Цинагарской зоны и попытки воздействовать на строительство могли привести к осложнению ситуации. Другое дело, почему об этом не заговорили после 2008 года, вызывает вопросы. В сентябре 2013 году уже грузинская сторона обеспокоилась тем, что нефтепровод может оказаться за металлическими ограждениями, которые устанавливались на грузино-осетинской границе. «С большой вероятностью этот трубопровод попадет на оккупированную территорию, что, естественно, вызывает серьезные региональные проблемы, а также является определенным вызовом для международной общественности», – было заявлено в СМИ грузинскими чиновниками.

В разговоре с одним представителем власти того периода мы поинтересовались, почему не ставился вопрос об оплате за транзит. Нам было пояснено, что компания «Бритиш Петролеум», которая эксплуатировала нефтепровод, считает РЮО территорией Грузии и на все запросы отвечала именно в этом ключе. «Нам оставалось только перекопать нефтепровод, что, конечно же, могло вызвать излишнее обострение, – пояснил источник, добавив. – С таким же успехом мы должны были бы сбивать самолеты пассажирских авиакомпаний, руководство которых не платит за пролет в нашем воздушном пространстве».

Впрочем, финансовая составляющая юго-осетинского участка нефтепровода «Баку-Супса», как посчитали интернет-эксперты, невелика. Так, при возможной полной загрузке нефтепровода за 1550 метров «юго-осетинской трубы» мы бы получали 30-40 тыс. долларов в год. Конечно же, и эти деньги нелишние, но едва ли соответствуют ожиданиям. Тем более, что рентабельность самого нефтепровода «Баку-Супса» сегодня под вопросом.

Нефтепровод был запущен в эксплуатацию 17 апреля 1999 года. Он был построен в рамках контракта на разработку месторождений Азери-Чираг-Гюнешли. Трубопровод «Баку-Супса» предназначен для транспортировки нефти с месторождения «Чираг» в грузинский порт-платформу Супса. Соглашение о строительстве нефтепровода было заключено в сентябре 1994 года.

Его протяженность составляет 830 км, включая 775 км нового трубопровода (диаметром 530 мм) и 55 км реабилитированного трубопровода. Пропускная способность трубопровода составляет примерно 7 млн. тонн нефти в год, однако в настоящее время по нему прогоняется не более 3 млн.тонн в год.

Конечно же, тема транзита через территорию РЮО интересна. Но хотелось бы в этой связи вернуться к теме нефтедобычи в самой Южной Осетии. Поскольку то, что на территории РЮО имеются запасы углеводородов – известный факт.

Еще в 1929 году власти Юго-Осетинской Автономной области обратились с просьбой в «Гортоп СССР» произвести на территории Южной Осетии нефтеразведку на имеющихся выходах нефти в 18 местах. Эти места определялись внешними проявлениями нефтяных выбросов. 8 июля этого же года в Южную Осетию прибывает большая научная экспедиция в составе 24 человек. В их задачу входило исследование природных ресурсов Южной Осетии. Позже разведка недр стала носить систематический характер. Но до нахождения существенных залежей углеводородов было еще далеко. Лишь в ноябре 1946 года из первой разведочной скважины, установленной геологоразведчиками у селения Гром Цхинвальского района, пошел фонтан нефти. Еще одно нефтяное поле было обнаружено в 60-х годах у селения Ерцо Дзауского района.

Вскоре власти Тбилиси свернули все работы по разведке нефти на территории Южной Осетии, а все данные заархивировали. В первые годы независимости о разработке нефтеносных районов не могло быть и речи, средств едва хватало на текущие нужды государства. А инвесторы в регион, где перманентно шли боевые действия, прийти, конечно же, не могли. Лишь в 2007 году эта тема неожиданно актуализировалась. В марте того года в Республику прибыли представители южнокорейской нефтедобывающей компании «Донгхе Танхвасусо».

Вот, что писали СМИ по поводу этого визита: «Делегация из Южной Кореи прибыла в страну накануне и уже посетила районы Республики, где предполагается проводить разведочные работы. На встрече с руководством страны обсуждались детали и механизмы проведения разведочных работ. Сейсмические работы, то есть работы по выявлению в недрах земли нефтяных залежей, начнутся в Республике уже в мае этого года. В случае, если нефть будет найдена, право на ее добычу (с соблюдением интересов Южной Осетии) получает южнокорейская компания. Руководитель делегации Квон Кван Чин заверил, что для разведочных работ будут использоваться современные технологии. В случае нахождения нефти, бурение будет проводиться только через два года и предварительно будет проведена экологическая экспертиза. Все экологические нормы будут соблюдены».

Снова тема добычи нефти в РЮО была озвучена в 2012 году. Тогда посол Венесуэлы в РФ и Южной Осетии (по совместительству) Уго Хосе Гарсия Эрнандес, говоря о межгосударственных соглашениях, заявил: «У нас есть перспективы для развития всех сфер, по которым мы подписали с Южной Осетиейсоглашения: в области энергетики, образования, культуры и в других областях».

И хотя до сегодняшнего дня нет точной информации о запасах нефтяного сырья в Южной Осетии, зато озвучивалась информация, что «ее запасы, может, и не столь велики, но отличаются высоким качеством».

Это в какой-то мере подтверждается и началом нефтедобычи в Северной Осетии, смежной с РЮО в геологическом плане территорией. Здесь сегодня открыты четыре месторождения углеводородов и выявлены несколько перспективных нефтеносных площадей с прогнозными запасами порядка 10 млн. тонн сырья. Наиболее значимое из них – Коринское месторождение (5 млн. тонн). На его базе в 2016 году появится комплекс добычи и глубокой переработки нефти. Мощность нефтеперерабатывающего завода (НПЗ) составит 150 тысяч тонн сырой нефти в год. Ожидается, что завод будет выпускать топливо, соответствующее стандартам не ниже «Евро-3» и «Евро-4».

Теоретически при наличии коммерческих запасов нефти в ее добыче и транспортировке проблем не должно быть. Нефть всегда привлекала инвесторов своей прибыльностью, а транспортировать сырую нефть можно и автотранспортом. Такая практика широко используется, например, при поставках нефти из Ирака в Турцию.

Превращение Южной Осетии в энергетически самодостаточную страну (немного помечтаем) укрепит ее экономико-политические позиции в Закавказье. По крайней мере, такая трансформация положения Южной Осетии может не только вынудить Тбилиси ослабить непримиримую позицию к нашей стране, но может непосредственно отразиться и на взаимоотношениях с ООН, способствуя дальнейшему международному признанию РЮО.

И такие прецеденты есть. Так, власти Судана, а также ООН были вынуждены официально признать «самопровозглашенную» ранее независимость Южного Судана (населенного, в основном, не арабским населением). На том основании, прежде всего, что данный регион резко увеличил добычу нефти и природного газа, быстро достигнув самообеспечения, а также стал выступать на общерегиональном рынке как экспортер нефти. Одновременно там стали увеличиваться иностранные капиталовложения в нефтегазовую отрасль.

В данном контексте можно вспомнить и согласие Малайзии с независимостью экс-британского протектората Бруней в 1983-1984 гг., почти полностью окруженного малайзийской территорией. Прежде Малайзия претендовала на брунейскую территорию, но опять едва ли не решающую роль в обуздании этих претензий сыграл нефтегазовый фактор. Точнее, брунейские запасы нефти и природного газа, которые по нарастающей стали не только добываться, но и перерабатываться с помощью зарубежных инвестиций и технологий. Сегодня Бруней – один из крупных экспортеров, в том числе в Малайзию, высококачественного сжиженного природного газа и нефтепродуктов.Некоторые нефантастические пронефтяные размышления

Некоторые нефантастические пронефтяные размышленияНекоторые нефантастические пронефтяные размышленияНа прошедшей неделе в Интернете одной из активно обсуждаемых тем была информация о том, что по территории Южной Осетии проходит нефтепровод «Баку-Супса». При этом новость эта подавалась как сенсация. И резонно задавался вопрос, почему РЮО не берет деньги за транзит углеводородов по своей территории. И отмечалось, что «могут рождаться не очень уж фантастические предположения, что кто-то уже получает оплату за транзит нефтепродуктов по территории Республики».

Если отставить в стороне некоторые неточности в информации о нефтепроводе, отметим, что вопрос ставится вполне резонный. Если нефтепровод есть де-факто, то надо говорить и об оплате за транспортировку де-юре. Посмотрите, сколько нервов испортила «Газпрому» Украина, требуя пересмотр транзитного соглашения за транспортируемый через ее территорию газ в Европу.

То, что по территории РЮО в Ленингорском районе проходит нефтепровод, было известно давно. Наша газета этот вопрос поднимала еще в прошлом десятилетии. Другое дело, что информация эта никогда не выносилась на повестку дня. Жители Цинагарской зоны в большинстве своем лишь осведомлены, что между селом Орчосан и автотрассой Тбилиси – Батуми находится «какая-то труба». Понятно, что такое масштабное строительство не могло вестись без того, чтобы об этом не знало и тогдашнее руководство страны. Ведь трасса нефтепровода «заходит» более чем на километр на территорию Цинагарской зоны.

Возможно, альтруизм этот объясняется тем, что строительство велось в период некоторого «потепления» грузино-осетинских отношений, когда торговые связи были активны, и такой мелочи, как нарушение границы нефтеносной трубой, не захотели придавать большое значение. А после об этом забыли под влиянием куда более актуальных задач. И что самое главное, трасса нефтепровода пролегала на границе Цинагарской зоны и попытки воздействовать на строительство могли привести к осложнению ситуации. Другое дело, почему об этом не заговорили после 2008 года, вызывает вопросы. В сентябре 2013 году уже грузинская сторона обеспокоилась тем, что нефтепровод может оказаться за металлическими ограждениями, которые устанавливались на грузино-осетинской границе. «С большой вероятностью этот трубопровод попадет на оккупированную территорию, что, естественно, вызывает серьезные региональные проблемы, а также является определенным вызовом для международной общественности», – было заявлено в СМИ грузинскими чиновниками.

В разговоре с одним представителем власти того периода мы поинтересовались, почему не ставился вопрос об оплате за транзит. Нам было пояснено, что компания «Бритиш Петролеум», которая эксплуатировала нефтепровод, считает РЮО территорией Грузии и на все запросы отвечала именно в этом ключе. «Нам оставалось только перекопать нефтепровод, что, конечно же, могло вызвать излишнее обострение, – пояснил источник, добавив. – С таким же успехом мы должны были бы сбивать самолеты пассажирских авиакомпаний, руководство которых не платит за пролет в нашем воздушном пространстве».

Впрочем, финансовая составляющая юго-осетинского участка нефтепровода «Баку-Супса», как посчитали интернет-эксперты, невелика. Так, при возможной полной загрузке нефтепровода за 1550 метров «юго-осетинской трубы» мы бы получали 30-40 тыс. долларов в год. Конечно же, и эти деньги нелишние, но едва ли соответствуют ожиданиям. Тем более, что рентабельность самого нефтепровода «Баку-Супса» сегодня под вопросом.

Нефтепровод был запущен в эксплуатацию 17 апреля 1999 года. Он был построен в рамках контракта на разработку месторождений Азери-Чираг-Гюнешли. Трубопровод «Баку-Супса» предназначен для транспортировки нефти с месторождения «Чираг» в грузинский порт-платформу Супса. Соглашение о строительстве нефтепровода было заключено в сентябре 1994 года.

Его протяженность составляет 830 км, включая 775 км нового трубопровода (диаметром 530 мм) и 55 км реабилитированного трубопровода. Пропускная способность трубопровода составляет примерно 7 млн. тонн нефти в год, однако в настоящее время по нему прогоняется не более 3 млн.тонн в год.

Конечно же, тема транзита через территорию РЮО интересна. Но хотелось бы в этой связи вернуться к теме нефтедобычи в самой Южной Осетии. Поскольку то, что на территории РЮО имеются запасы углеводородов – известный факт.

Еще в 1929 году власти Юго-Осетинской Автономной области обратились с просьбой в «Гортоп СССР» произвести на территории Южной Осетии нефтеразведку на имеющихся выходах нефти в 18 местах. Эти места определялись внешними проявлениями нефтяных выбросов. 8 июля этого же года в Южную Осетию прибывает большая научная экспедиция в составе 24 человек. В их задачу входило исследование природных ресурсов Южной Осетии. Позже разведка недр стала носить систематический характер. Но до нахождения существенных залежей углеводородов было еще далеко. Лишь в ноябре 1946 года из первой разведочной скважины, установленной геологоразведчиками у селения Гром Цхинвальского района, пошел фонтан нефти. Еще одно нефтяное поле было обнаружено в 60-х годах у селения Ерцо Дзауского района.

Вскоре власти Тбилиси свернули все работы по разведке нефти на территории Южной Осетии, а все данные заархивировали. В первые годы независимости о разработке нефтеносных районов не могло быть и речи, средств едва хватало на текущие нужды государства. А инвесторы в регион, где перманентно шли боевые действия, прийти, конечно же, не могли. Лишь в 2007 году эта тема неожиданно актуализировалась. В марте того года в Республику прибыли представители южнокорейской нефтедобывающей компании «Донгхе Танхвасусо».

Вот, что писали СМИ по поводу этого визита: «Делегация из Южной Кореи прибыла в страну накануне и уже посетила районы Республики, где предполагается проводить разведочные работы. На встрече с руководством страны обсуждались детали и механизмы проведения разведочных работ. Сейсмические работы, то есть работы по выявлению в недрах земли нефтяных залежей, начнутся в Республике уже в мае этого года. В случае, если нефть будет найдена, право на ее добычу (с соблюдением интересов Южной Осетии) получает южнокорейская компания. Руководитель делегации Квон Кван Чин заверил, что для разведочных работ будут использоваться современные технологии. В случае нахождения нефти, бурение будет проводиться только через два года и предварительно будет проведена экологическая экспертиза. Все экологические нормы будут соблюдены».

Снова тема добычи нефти в РЮО была озвучена в 2012 году. Тогда посол Венесуэлы в РФ и Южной Осетии (по совместительству) Уго Хосе Гарсия Эрнандес, говоря о межгосударственных соглашениях, заявил: «У нас есть перспективы для развития всех сфер, по которым мы подписали с Южной Осетиейсоглашения: в области энергетики, образования, культуры и в других областях».

И хотя до сегодняшнего дня нет точной информации о запасах нефтяного сырья в Южной Осетии, зато озвучивалась информация, что «ее запасы, может, и не столь велики, но отличаются высоким качеством».

Это в какой-то мере подтверждается и началом нефтедобычи в Северной Осетии, смежной с РЮО в геологическом плане территорией. Здесь сегодня открыты четыре месторождения углеводородов и выявлены несколько перспективных нефтеносных площадей с прогнозными запасами порядка 10 млн. тонн сырья. Наиболее значимое из них – Коринское месторождение (5 млн. тонн). На его базе в 2016 году появится комплекс добычи и глубокой переработки нефти. Мощность нефтеперерабатывающего завода (НПЗ) составит 150 тысяч тонн сырой нефти в год. Ожидается, что завод будет выпускать топливо, соответствующее стандартам не ниже «Евро-3» и «Евро-4».

Теоретически при наличии коммерческих запасов нефти в ее добыче и транспортировке проблем не должно быть. Нефть всегда привлекала инвесторов своей прибыльностью, а транспортировать сырую нефть можно и автотранспортом. Такая практика широко используется, например, при поставках нефти из Ирака в Турцию.

Превращение Южной Осетии в энергетически самодостаточную страну (немного помечтаем) укрепит ее экономико-политические позиции в Закавказье. По крайней мере, такая трансформация положения Южной Осетии может не только вынудить Тбилиси ослабить непримиримую позицию к нашей стране, но может непосредственно отразиться и на взаимоотношениях с ООН, способствуя дальнейшему международному признанию РЮО.

И такие прецеденты есть. Так, власти Судана, а также ООН были вынуждены официально признать «самопровозглашенную» ранее независимость Южного Судана (населенного, в основном, не арабским населением). На том основании, прежде всего, что данный регион резко увеличил добычу нефти и природного газа, быстро достигнув самообеспечения, а также стал выступать на общерегиональном рынке как экспортер нефти. Одновременно там стали увеличиваться иностранные капиталовложения в нефтегазовую отрасль.

В данном контексте можно вспомнить и согласие Малайзии с независимостью экс-британского протектората Бруней в 1983-1984 гг., почти полностью окруженного малайзийской территорией. Прежде Малайзия претендовала на брунейскую территорию, но опять едва ли не решающую роль в обуздании этих претензий сыграл нефтегазовый фактор. Точнее, брунейские запасы нефти и природного газа, которые по нарастающей стали не только добываться, но и перерабатываться с помощью зарубежных инвестиций и технологий. Сегодня Бруней – один из крупных экспортеров, в том числе в Малайзию, высококачественного сжиженного природного газа и нефтепродуктов.

Как еще один пример – судьба самопровозглашенной в ноябре 1975 г. республики Восточный Тимор. Почти 30 лет ее официально не признавали ни Индонезия, «внутри» которой она расположена, ни ООН. Более того, индонезийские войска, почти полностью захватив эту республику, вели там войну с партизанами.

Подтверждение зарубежными геологами крупных запасов нефти в бывшей португальской части Тимора и вблизи его побережья в конце 1990-х – начале 2000-х радикально изменили ситуацию. В мае 2002 г. республика получила признание в ООН, Индонезия отказалась от своих притязаний.

Сегодня Восточный Тимор обеспечен нефтью и экспортирует ее в соседнюю Австралию. Восточно тиморская нефть, кстати, как и южноосетинская, по мнению экспертов, высокого качества: некоторые ее фракции могут без переработки использоваться как моторное топливо.

Если договоренности с Венесуэлой не останутся только добрыми намерениями, то сотрудничество в нефтегазовой сфере может быть вполне успешным. Ведь Венесуэла, наряду с Россией, располагает не только сверхкрупными запасами нефти и газа, но и современными технологиями по разведке и освоению горных и других сложных месторождений нефтегазового сырья. Именно сложные в разработке месторождения сырья характерны как для Венесуэлы, так и для Южной Осетии.

Но важное дополнение. В условиях небольшого размера территории РЮО и уникальности ее природы, любая добыча природных ископаемых открытым способом может создать угрозу для ее экологии. И равнозначна ли краткосрочная материальная выгода, невосполнимому урону среде проживания нас и наших детей?! Думается, ответ очевиден.

Что же касается нефтепровода «Баку-Супса» и его пусть и частичного прохождения через территорию нашей страны, то этот вопрос надо решать параллельно. Возможно, даже на Женевской площадке. Сказать свое «я» и попортить нервы грузинской стороне, безусловно, следует.

Леван Джиоев, специальный корреспондент W-POST , Ленигор-Цъинагар-Цхинвал .

 

walhwzon.livejournal.com

Некоторые нефантастические пронефтяные размышления | Государственное информационное агентство "Рес"

Некоторые нефантастические пронефтяные размышленияНа прошедшей неделе в Интернете одной из активно обсуждаемых тем была информация о том, что по территории Южной Осетии проходит нефтепровод «Баку-Супса». При этом новость эта подавалась как сенсация.

И резонно задавался вопрос, почему РЮО не берет деньги за транзит углеводородов по своей территории. И отмечалось, что «могут рождаться не очень уж фантастические предположения, что кто-то уже получает оплату за транзит нефтепродуктов по территории Республики».

Если отставить в стороне некоторые неточности в информации о нефтепроводе, отметим, что вопрос ставится вполне резонный. Если нефтепровод есть де-факто, то надо говорить и об оплате за транспортировку де-юре. Посмотрите, сколько нервов испортила «Газпрому» Украина, требуя пересмотр транзитного соглашения за транспортируемый через ее территорию газ в Европу.

То, что по территории РЮО в Ленингорском районе проходит нефтепровод, было известно давно. Наша газета этот вопрос поднимала еще в прошлом десятилетии. Другое дело, что информация эта никогда не выносилась на повестку дня. Жители Цинагарской зоны в большинстве своем лишь осведомлены, что между селом Орчосан и автотрассой Тбилиси – Батуми находится «какая-то труба». Понятно, что такое масштабное строительство не могло вестись без того, чтобы об этом не знало и тогдашнее руководство страны. Ведь трасса нефтепровода «заходит» более чем на километр на территорию Цинагарской зоны.

Возможно, альтруизм этот объясняется тем, что строительство велось в период некоторого «потепления» грузино-осетинских отношений, когда торговые связи были активны, и такой мелочи, как нарушение границы нефтеносной трубой, не захотели придавать большое значение. А после об этом забыли под влиянием куда более актуальных задач. И что самое главное, трасса нефтепровода пролегала на границе Цинагарской зоны и попытки воздействовать на строительство могли привести к осложнению ситуации. Другое дело, почему об этом не заговорили после 2008 года, вызывает вопросы. В сентябре 2013 году уже грузинская сторона обеспокоилась тем, что нефтепровод может оказаться за металлическими ограждениями, которые устанавливались на грузино-осетинской границе. «С большой вероятностью этот трубопровод попадет на оккупированную территорию, что, естественно, вызывает серьезные региональные проблемы, а также является определенным вызовом для международной общественности», – было заявлено в СМИ грузинскими чиновниками.

В разговоре с одним представителем власти того периода мы поинтересовались, почему не ставился вопрос об оплате за транзит. Нам было пояснено, что компания «Бритиш Петролеум», которая эксплуатировала нефтепровод, считает РЮО территорией Грузии и на все запросы отвечала именно в этом ключе. «Нам оставалось только перекопать нефтепровод, что, конечно же, могло вызвать излишнее обострение, – пояснил источник, добавив. – С таким же успехом мы должны были бы сбивать самолеты пассажирских авиакомпаний, руководство которых не платит за пролет в нашем воздушном пространстве».

Впрочем, финансовая составляющая юго-осетинского участка нефтепровода «Баку-Супса», как посчитали интернет-эксперты, невелика. Так, при возможной полной загрузке нефтепровода за 1550 метров «юго-осетинской трубы» мы бы получали 30-40 тыс. долларов в год. Конечно же, и эти деньги нелишние, но едва ли соответствуют ожиданиям. Тем более, что рентабельность самого нефтепровода «Баку-Супса» сегодня под вопросом.

Нефтепровод был запущен в эксплуатацию 17 апреля 1999 года. Он был построен в рамках контракта на разработку месторождений Азери-Чираг-Гюнешли. Трубопровод «Баку-Супса» предназначен для транспортировки нефти с месторождения «Чираг» в грузинский порт-платформу Супса. Соглашение о строительстве нефтепровода было заключено в сентябре 1994 года.

Его протяженность составляет 830 км, включая 775 км нового трубопровода (диаметром 530 мм) и 55 км реабилитированного трубопровода. Пропускная способность трубопровода составляет примерно 7 млн. тонн нефти в год, однако в настоящее время по нему прогоняется не более 3 млн.тонн в год.

Конечно же, тема транзита через территорию РЮО интересна. Но хотелось бы в этой связи вернуться к теме нефтедобычи в самой Южной Осетии. Поскольку то, что на территории РЮО имеются запасы углеводородов – известный факт.

Еще в 1929 году власти Юго-Осетинской Автономной области обратились с просьбой в «Гортоп СССР» произвести на территории Южной Осетии нефтеразведку на имеющихся выходах нефти в 18 местах. Эти места определялись внешними проявлениями нефтяных выбросов. 8 июля этого же года в Южную Осетию прибывает большая научная экспедиция в составе 24 человек. В их задачу входило исследование природных ресурсов Южной Осетии. Позже разведка недр стала носить систематический характер. Но до нахождения существенных залежей углеводородов было еще далеко. Лишь в ноябре 1946 года из первой разведочной скважины, установленной геологоразведчиками у селения Гром Цхинвальского района, пошел фонтан нефти. Еще одно нефтяное поле было обнаружено в 60-х годах у селения Ерцо Дзауского района.

Вскоре власти Тбилиси свернули все работы по разведке нефти на территории Южной Осетии, а все данные заархивировали. В первые годы независимости о разработке нефтеносных районов не могло быть и речи, средств едва хватало на текущие нужды государства. А инвесторы в регион, где перманентно шли боевые действия, прийти, конечно же, не могли. Лишь в 2007 году эта тема неожиданно актуализировалась. В марте того года в Республику прибыли представители южнокорейской нефтедобывающей компании «Донгхе Танхвасусо».

Вот, что писали СМИ по поводу этого визита: «Делегация из Южной Кореи прибыла в страну накануне и уже посетила районы Республики, где предполагается проводить разведочные работы. На встрече с руководством страны обсуждались детали и механизмы проведения разведочных работ. Сейсмические работы, то есть работы по выявлению в недрах земли нефтяных залежей, начнутся в Республике уже в мае этого года. В случае, если нефть будет найдена, право на ее добычу (с соблюдением интересов Южной Осетии) получает южнокорейская компания. Руководитель делегации Квон Кван Чин заверил, что для разведочных работ будут использоваться современные технологии. В случае нахождения нефти, бурение будет проводиться только через два года и предварительно будет проведена экологическая экспертиза. Все экологические нормы будут соблюдены».

Снова тема добычи нефти в РЮО была озвучена в 2012 году. Тогда посол Венесуэлы в РФ и Южной Осетии (по совместительству) Уго Хосе Гарсия Эрнандес, говоря о межгосударственных соглашениях, заявил: «У нас есть перспективы для развития всех сфер, по которым мы подписали с Южной Осетиейсоглашения: в области энергетики, образования, культуры и в других областях».

И хотя до сегодняшнего дня нет точной информации о запасах нефтяного сырья в Южной Осетии, зато озвучивалась информация, что «ее запасы, может, и не столь велики, но отличаются высоким качеством».

Это в какой-то мере подтверждается и началом нефтедобычи в Северной Осетии, смежной с РЮО в геологическом плане территорией. Здесь сегодня открыты четыре месторождения углеводородов и выявлены несколько перспективных нефтеносных площадей с прогнозными запасами порядка 10 млн. тонн сырья. Наиболее значимое из них – Коринское месторождение (5 млн. тонн). На его базе в 2016 году появится комплекс добычи и глубокой переработки нефти. Мощность нефтеперерабатывающего завода (НПЗ) составит 150 тысяч тонн сырой нефти в год. Ожидается, что завод будет выпускать топливо, соответствующее стандартам не ниже «Евро-3» и «Евро-4».

Теоретически при наличии коммерческих запасов нефти в ее добыче и транспортировке проблем не должно быть. Нефть всегда привлекала инвесторов своей прибыльностью, а транспортировать сырую нефть можно и автотранспортом. Такая практика широко используется, например, при поставках нефти из Ирака в Турцию.

Превращение Южной Осетии в энергетически самодостаточную страну (немного помечтаем) укрепит ее экономико-политические позиции в Закавказье. По крайней мере, такая трансформация положения Южной Осетии может не только вынудить Тбилиси ослабить непримиримую позицию к нашей стране, но может непосредственно отразиться и на взаимоотношениях с ООН, способствуя дальнейшему международному признанию РЮО.

И такие прецеденты есть. Так, власти Судана, а также ООН были вынуждены официально признать «самопровозглашенную» ранее независимость Южного Судана (населенного, в основном, не арабским населением). На том основании, прежде всего, что данный регион резко увеличил добычу нефти и природного газа, быстро достигнув самообеспечения, а также стал выступать на общерегиональном рынке как экспортер нефти. Одновременно там стали увеличиваться иностранные капиталовложения в нефтегазовую отрасль.

В данном контексте можно вспомнить и согласие Малайзии с независимостью экс-британского протектората Бруней в 1983-1984 гг., почти полностью окруженного малайзийской территорией. Прежде Малайзия претендовала на брунейскую территорию, но опять едва ли не решающую роль в обуздании этих претензий сыграл нефтегазовый фактор. Точнее, брунейские запасы нефти и природного газа, которые по нарастающей стали не только добываться, но и перерабатываться с помощью зарубежных инвестиций и технологий. Сегодня Бруней – один из крупных экспортеров, в том числе в Малайзию, высококачественного сжиженного природного газа и нефтепродуктов.

Как еще один пример – судьба самопровозглашенной в ноябре 1975 г. республики Восточный Тимор. Почти 30 лет ее официально не признавали ни Индонезия, «внутри» которой она расположена, ни ООН. Более того, индонезийские войска, почти полностью захватив эту республику, вели там войну с партизанами.

Подтверждение зарубежными геологами крупных запасов нефти в бывшей португальской части Тимора и вблизи его побережья в конце 1990-х – начале 2000-х радикально изменили ситуацию. В мае 2002 г. республика получила признание в ООН, Индонезия отказалась от своих притязаний.

Сегодня Восточный Тимор обеспечен нефтью и экспортирует ее в соседнюю Австралию. Восточнотиморская нефть, кстати, как и южно-осетинская, по мнению экспертов, высокого качества: некоторые ее фракции могут без переработки использоваться как моторное топливо.

Если договоренности с Венесуэлой не останутся только добрыми намерениями, то сотрудничество в нефтегазовой сфере может быть вполне успешным. Ведь Венесуэла, наряду с Россией, располагает не только сверхкрупными запасами нефти и газа, но и современными технологиями по разведке и освоению горных и других сложных месторождений нефтегазового сырья. Именно сложные в разработке месторождения сырья характерны как для Венесуэлы, так и для Южной Осетии.

Но важное дополнение. В условиях небольшого размера территории РЮО и уникальности ее природы, любая добыча природных ископаемых открытым способом может создать угрозу для ее экологии. И равнозначна ли краткосрочная материальная выгода, невосполнимому урону среде проживания нас и наших детей?! Думается, ответ очевиден.

Что же касается нефтепровода «Баку-Супса» и его пусть и частичного прохождения через территорию нашей страны, то этот вопрос надо решать параллельно. Возможно, даже на Женевской площадке. Сказать свое «я» и попортить нервы грузинской стороне, безусловно, следует.

cominf.org

Недра Южной Осетии. Две стороны одного вопроса. МИА «Южная Осетия сегодня»

Мы часто говорим о том, что Южная Осетия богата полезными ископаемыми. Однако обычно это подается как само собой разумеющееся, без указания конкретных фактов и цифр. А ведь сказать есть о чем. И моменты здесь есть очень интересные.

Наличие рудных ресурсов в Южной Осетии с давних пор привлекало внимание путешественников и геологов. Считается, что первое специальное исследование рудных ископаемых региона было проведено в 1910 году академиком Ф.Левинсон-Лессингом. Однако системное исследование недр региона началось только в 20-х гг. XX века, с приходом советской власти. Благодаря интенсивным поисково-разведочным работам здесь были исследованы многочисленные месторождения топливных, металлических и нерудных ископаемых, а также минеральные источники.

Летом 1924 года в Юго-Осетинской Автономной области (ЮОАО) работала комплексная экспедиция Закавказской научной ассоциации, труды которой были позже изданы в сборнике под названием «Юго-Осетия». В сфере научных исследований ученых были этнография, археология, природные ресурсы Южной Осетии.

Для эксплуатации горных ископаемых в 1929 году был создан «Трест нерудных ископаемых «Хуссар Ирыстон». Была произведена первая добыча мрамора, талька и туфа. В автономную область получила приглашение экспедиция во главе с А.Флоренским. Власти ЮОАО обратились с просьбой в «Гортоп СССР» произвести в регионе нефтеразведку на имеющихся выходах нефти в 18 местах.

А 8 июля 1929 года в Южную Осетию прибывает большая научная экспедиция в составе 24 человек. В их задачу входило не только исследование природных ресурсов Южной Осетии, но и работы на прокладываемой через Кавказский хребет железной дороги.

И итоге, как определили многолетние исследования, наиболее богатыми недра юга Осетии оказались в Дзауском районе и особенно в Кударском ущелье. Но и другие регионы Республики также имеют свою «таблицу Менделеева». В числе разведанных полезных ископаемых месторождения андезита, асбеста, асфальта, барита, гипса, огнеупорных глин, доломита, железа, кадмия, каолина, камней строительных, камней точильных и жерновых, камней цветных и поделочных, кварцита, кровельного сланца, литографского камня, марганца, меди, мела, мрамора, минеральной краски (охра), мышьяка, мергеля, нефти, никеля, озокерита, пирита, пегматитовых жил, платината, пирофилита, редких минералов (золото, кварц, осуропирит, молибден, висмут, тагур, ванадий), редких элементов (кастерита SnO2), серпентина, соляных источников, свинца и цинка, талька, теменита, угля, хромита.

В Южной Осетии проявления марганцевой руды были обнаружены у селения Часавал и Надарваз Кваисинской зоны Кударского ущелья. Известны также месторождения меди и свинцово-цинковой руды в Раро. Этот рудный район охватывает села Цагат, Раро, Мугут, Сохта, Дыргджин и Кемулта.Возможность добычи ртути представлена Эрцойским, Кемултинским и Замтаретским месторождениями. Залежи мышьяка наблюдаются у селений Ацрысхеу, Хампалгом, Чеселт и Сохта.

Наиболее богато на проявление рудных ископаемых, как было отмечено выше, Кударское ущелье. Это, прежде всего Кваисинская зона.Квайсинское месторождение свинца и цинка является наиболее важным в Юго-Осетии. В нем выделяются, так называемые Верхнеквайсинско-Надарвазская и Нижнеквайсинская рудные зоны. Первое детальноеисследование месторождений было произведено в 1928-1930 гг. геологами Даниловым, Барышевым, Абрамовым. Эксплуатация рудоносных пластов началась с 1949 года. Свинцово-цинковые руды имеются и в месторождении у селения Дзагина Знаурского района. Кроме того, в Кударском ущелье существует четыре месторождения барита.

На базе месторождения гипса у селения Кемулта возможно организовать производство формовочного и медицинского гипса, гипсоизвестковой смеси для штукатурок. Проявления никелевого оруднения имеются у селения Цнелис Знаурского района. Имеются и залежи редких металлов. В том числе и золота, запасы которого были обнаружены инженерами Е.Устиновым и П.Барсановым. Например, согласно закрытой информации кваисинское рудоуправление помимо цинка и барита сдавало государству и золото. Есть в горной зоне Южной Осетии и проявление такого ценного металла как платина. По понятным причинам мы не указываем районы проявления золотых и платиновых жил, чтобы оградить население рядом расположенных сел от нашествия доморощенных старателей.

В пору моей юности мы с товарищами решили заняться промывкой золотоносного песка в одной из горных речек. При этом мы совместили наблюдения, почерпнутые из американских фильмов о золотой лихорадке и народными традициями. Брали несколько овечьих шкур, раскладывали их в воде и выше по течению лопатами взбаламучивали речной песок. При этом мутный поток с взвесями проходил через овчину. После этого мы раскладывали шкуры на солнце, сушили шерсть и ссыпали на поднос застрявшие в шерстинках песчинки. Нередко среди них были и золотые кристаллы. Работа эта была трудоемкой, а результат не такой впечатлительный, как бы нам хотелось, Одним словом, овчинка выделки не стоила.

Важное значение имеет наличие в Южной Осетии и глины для производства кирпича и черепицы. Так, у Цхинвала расположено месторождение кирпичной глины объемом 193 тысяч кубометров. Такие же месторождения имеются у села Фасраг (Кударское ущелье), селение Шушита (Дзауское ущелье), в Знаурском районе у селений Паткинет, Бекмар, Шиндара, в Ленингорском районе у сел Заккор, Икот, Орчосан, Цир и Циркол, в Цхинвальском районе у селений Рустау, Еред и Курта. Некоторые из этих месторождений разрабатывались, обеспечивая сырьем местные кирпичные заводы. Югоосетинский кирпич, хотя и имел грубоватый вид, тем не менее, славился своей прочностью.

В Южной Осетии имеются и большие ресурсы строительного камня. Запасы этого материала для строительства имеются в окрестностях Цхинвала, у селений Ванат, Еред, Прис, Вахтана. Особенно большие объемы строительного камня, добываемого из андезитовой лавы, сосредоточены у селения Додот Цхинвальского района. Этот строительный материал пользовался большим спросом и был известен под названием «додотский камень».

В строительстве широко применяется и туф. Так, на Кавказе широко известны туфы из Армении, из них наиболее ценный из Артикского карьера. Но свой туф имеется и в Южной Осетии, наиболее известные месторождения этого строительного материала находятся у селения Прис и Еред. Разведанные запасы этого материла геологом Ф.Флоренским оцениваются в 1 млн. кубометров. Туф поддается обработке даже топором, легко распиливается, причем плоскости распила получаются гладкими, благодаря мелкозернистой структуре и большей частью отсутствию твердых включений. Он пригоден для изготовления архитектурных деталей и применим для кладки фасадных стен без последующей штукатурки. В Цхинвале именно из туфа выложены многие фасады городских зданий.Бо-льшое практическое значение имеет также Кобетское месторождение туфа, камень из которого широко использовался в строительстве зданий в Квайса.

В перечне строительного материала в Южной Осетии и кровельные сланцы. Сланец в Европе широко применяется сегодня для покрытия крыш коттеджей. Месторождения этого материала находятся близ села Часавал Кударского ущелья и у селения Цгойты-кау Ленингорского района.

Что касается мрамора, то его месторождения располагаются у селения Цнелис и в Лопанском ущелье Знаурского района, а также в пойме реки Ксан Ленингорского района. Мрамор разных цветов и оттенков: от серого с прожилками до розового. Есть также залежи талька, серпентина и др. При этом запасы талька оцениваются в 2 млн. 154 тыс. тонн.

Большие залежи в Республике и кварцевого песка, об этом указано в отчете геологоразведки инженера А.Дзасохова (1934г.): «На северо-восток от Цхинвала на расстоянии трех километров на берегу реки М.Лиахва обнаружены запасы кварцевого песка. Запасы огромны, так как мощный слой его тянется километров 6-7. Песок чистый, стекловидный».

Ну и еще один интересный факт природных богатств Южной Осетии. В ноябре 1946 года из первой разведочной скважины, установленной геологоразведчиками у селения Гром Цхинвальского района, пошел фонтан нефти. Еще одно нефтяное поле было обнаружено в 60-х годах у селения Ерцо Дзауского района. Нефтеносные проявления были обнаружены у селений Садзегур и ХарбалЛенингорского района, в местности Сырх-Лабырдта и у села Теделет в Кударском ущелье. Так, в районе селения Теделет еще в старину были известны колодцы, из которых население собирало вытекающую вместе с водой нефть, пользуясь ею для смазки колес и осей повозок. В XIX веке это навело одного частного предпринимателя на мысль поискать нефть на несколько большей глубине. В результате этого показалась нефть, которую черпали кожаными бурдюками, получая в день до полутоны сырой нефти хорошего качества. Был установлен небольшой куб для перегонки и получаемый керосин охотно раскупался жителями окрестных сел.

Среди залежей месторождений Южной Осетии встречается и уголь, который геологи обнаружили у селений Теделет, Рустау и Цон. Общие разведанные запасы угля в Южной Осетии составляют 795500 тонн.

…Как видим, Южная Осетия богата на природные ископаемые. Но не надо забывать, что их добыча всегда связана со значительным ущербом для окружающей среды: вскрываются огромные земельные площади, загрязняются реки и почва. В 70-х годах в прокат вышел художественный фильм «Большая зеленая долина», снятый на натуре селения Цон. Здесь один из героев фильма, убеленный сединами старик, проходя по полю, где были лужицы нефти, старательно засыпал их землей: «Не дай Бог, люди узнают о нефти, приедут сюда и погибнет наша земля от того, что раскопают всю округу».

Может быть, прав был этот умудренный годами киногерой, ведь наша природа – это главное наше богатство. И надо еще взвесить, что важнее, руда и нефть, которые еще не известно, кто и как использует, или наши чистые реки и леса, которые мы должны оставить нашим потомкам.

Марат Багаев

south-ossetia.info

Нефть и нефтепровод РЮО — незаработанные деньги республики

 

file_475

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Заявления о начале добычи полезных ископаемых, а именно нефти и газа, ведутся властями независимой республики с 2007 года. Последнее из них было озвучено президентом Тибиловым несколько дней назад. Насколько реально воплотить в жизнь давнишние, далеко идущие планы? И как будет способствовать этому принятие нового закона «О недропользовании», мы поговорим в этой статье.

В отличие от запоздалого голосования законопроектов по ряду ключевых направлений, принятие закона «О недропользовании» выглядит очень продуманным и своевременным шагом со стороны парламента. Четкая регламентация отношений в сфере добычи и перераспределения природных богатств государства в интересах республики и ее граждан необходима уже сейчас, чтобы в зародыше пресечь возникновение серых схем, появление подставных предприятий и обеспечить минимальный доступ иностранных компаний к нефтепродуктам, принадлежащим Южной Осетии и только ей.

Несмотря на перспективу если не разбогатеть, то основательно укрепить свои позиции в экономической состоятельности, многие граждане РЮО относятся к идее добычи нефти весьма скептично. Угроза потерять единственное реальное богатство – безупречную во всех отношениях природу и экологию, представляется народу более опасным сценарием, чем получение богатства сомнительного, которое из-за коррупционных схем может и не сказаться на жизни рядового южного осетина.

Если соответствующее решение все-таки будет принято без учета социальных настроений, освоение местных недр планируется проводить в рамках сотрудничества с более опытными профильными российскими компаниями. Конечно, в этом случае придется делиться, но справится с задачей такого масштаба самостоятельно республика просто не в состоянии.

Почему вдруг опять заговорили о нефти? Потому что нефть и политика – две совершенно не разделимые вещи. Но никак не вдруг, поскольку первые признаки залегания выявили еще в 40 — 50-х годах прошлого столетия. На данном этапе никаких подтверждающих документов не зафиксировано. По всей видимости, информация была тщательно засекречена и по каким-то причинам удалена.

Среди потенциальных нефтегазовых регионов геологи называют Джавский и Цхинвальский районы, где, по мнению специалистов, залегают наиболее привлекательные запасы. По самым скромным прогнозам, в недрах РЮО спрятаны полезные ископаемые с очень высокими эксплуатационными характеристиками, а их количества вполне достаточно, чтобы наладить экспортные поставки. Основная сложность заключается в глубине залегания, которая составляет минимум 1.5 километра, а это означает, что без внушительных финансовых вливаний извне обойтись, никак не получится.

А может сыграть на «трубе»?

Оказывается, помимо перспективных запасов нефти, Южная Осетия играет определенную роль и транзите нефтепродуктов. Через территорию Ленингорского района проходит участок нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан. Несмотря на присутствие стратегически важного объекта, вопрос о плате за транзит не поднимался ни разу за всю историю независимости республики.

Эксплуатацией трубы в последние годы занималась преимущественно западная компания «Бритиш Петролеум», которая по понятным причинам считает РЮО территорией Грузии и не спешит дифференцировать платежи за транзит, поступающие в пользу Тбилиси. С юридической точки зрения практика зарабатывания денег на своей части трубы также представляется весьма сомнительной, в особенности с учетом статуса республики на международной арене.

По мнению экспертов, в случае проведения успешных переговоров, плата за пользование полуторакилометровой трубой составила бы от 30 до 40 тысяч долларов. Сумма, конечно, не большая, но на ремонт одной или нескольких цхинвальских школ более чем достаточно. Но пока речь даже об этих деньгах вести рано, поскольку тема рентабельности упомянутого нефтепровода в целом сегодня также вызывает массу вопросов.

Чего ждать Южной Осетии, если у властей, хотя бы частично, получится реализовать наполеоновские планы? Если абстрагироваться от экологических угроз и предположить, что все пройдет с соблюдением европейских норм безопасности, РЮО вполне может претендовать на статус энергетически независимого государства. Еще одна не менее весомая перспектива – укрепление политического и экономического рейтинга на фоне остальных стран и регионов Закавказья. Результатом резкого улучшения финансового благополучия может стать пересмотр позиции официального Тбилиси, взаимоотношений с ООН, и, вполне вероятно, существенное продвижение в вопросе международного признания Южной Осетии.

Алексей Плиев

ОИП «Ныхас»

Просмотров: 11

www.nykhas.ru


Смотрите также