Продажа игил нефти


Пособники терроризма. Кто покупает нефть у боевиков ИГИЛ? | Экономика | Деньги

По разным оценкам, ежедневный доход боевиков из самопровозглашённого исламского государства Ирака и Леванта (ИГИЛ) от контрабанды нефти составляет около 2 млн долларов. До начала авиаударов со стороны США экспорт «чёрного золота» ежегодно приносил группировке до 800 млн долларов.

Как известно, в Сирии и Ираке, где находится Исламское государство, расположены богатые углеводородами месторождения. Лидерам ИГИЛ удалось захватить порядка 10 месторождений, среди которых аль-Омар, Ракка, Дейр эз-Зор, Аш-Шаер. Кроме того, под контроль группировки перешёл город Кобани. В нём нет крупных месторождений нефти, но благодаря Кобани перед ИГИЛ открываются возможности по беспрепятственной контрабанде нефти — город находится на границе с Турцией, откуда сырьё беспрепятственно попадает к турецким нефтяным трейдерам.

Общий объём добывающих мощностей ИГИЛ консалтинговая компания IHS оценивает в 350 тысяч баррелей в сутки. Данных о добыче нефти после авиаударов американской армии, которой удалось разбомбить как минимум 15 нефтеперерабатывающих заводов ИГИЛ, пока нет.

Исламское государство продаёт нефть по бросовым ценам, в среднем по 30–60 долларов за баррель, в то время как на мировых площадках стоимость «чёрного золота» держится на уровне 85 долларов/баррель. Нефтяной дисконт, установленный группировкой, фигурирует как одна из причин глобального снижения цен на нефть. Насколько нелегальные поставки из Исламского государства влияют на ценообразование «чёрного золота» и кто, в конце концов, покупает контрабандную нефть, разбирался АиФ.ru.

Сложно найти и доказать

В американском минфине признали, что ИГИЛ является одной из самых зажиточных террористических группировок. «Они накапливают богатства небывалыми темпами», — негодует замминистра финансов США по вопросам терроризма и финансовой разведки Дэвид Коэн.

Ключевые статьи доходов Исламского государства — это пожертвования сторонников, выкупы за похищения, ограбления и, конечно же, контрабанда нефти. Доход от нелегального экспорта энергоносителей стал одной из причин, позволивших ИГИЛ стать мощной группировкой, признают политики. Несмотря на то, что импорт нефти у боевиков — это прямое финансирование терроризма, те, кто покупает углеводороды у ИГИЛ, судя по всему, в последнюю очередь задумываются о морали, ведь речь идёт о крайне привлекательных ценах на «чёрное золото», которое впоследствии можно продать дороже.

В числе основных подозреваемых в незаконном импорте нефти из ИГИЛ Вашингтон называет Турцию, Ирак и Сирию. Как заявил Коэн, перечисленные государства покупали у Исламского государства углеводороды на сумму до 1 млн долларов в сутки.

«Мы пытаемся понять, кто именно является посредником в продаже нефти, за которой мы следим очень аккуратно. Кто именно вовлечён в контрабанду нефти ИГИЛ? С одной стороны участвует кто-то, кто участвует в процессе сделок, кто участвует в законной экономике и имеет банковский счёт. Возможно, их транспортные средства застрахованы, и у них есть лицензии», — уточнил Коэн.

По его мнению, сырьё у ИГИЛ покупают посредники из Турции, после чего транспортируют топливо для последующей перепродажи. «Мне кажется, что часть нефти с этой территории, где действует ИГИЛ, была продана курдам в Ираке, а затем перепродана Турции», — отмечает Коэн.

Опрошенные АиФ.ru эксперты говорят, что одними только странами-соседками ИГИЛ география «клиентов» не ограничивается.

«Покупают эту нефть государства-изгои. Сирия, Северная Корея, потихоньку все остальные страны — Южная Америка и так далее», — говорит генеральный директор Фонда энергетического развития Андрей Листовский.

По его словам, механизм продажи нелегальной нефти прост и не отличается от реализации обычной нефти. «Подгоняется танкер, на какие-то офшорные счета перечисляются деньги, танкер загружается и отправляется к пункту назначения. Вот и всё», – рассказывает он.

В свою очередь президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский убеждён, что в первую очередь углеводороды у Исламского государства покупает Турция, во вторую — Иордания. «А дальше — кому как Бог пошлёт. Приходят через курдов, если говорить о продаже через территорию Северного Ирака, либо через каких-то турецких или иорданских посредников. Механизмы контрабанды достаточно широко рассматриваются, тем более, границ в этом регионе нет. <…> Когда нефть продаётся в качестве товара от двух до четырёх раз ниже по цене, чем её средневзвешенная стоимость на рынке, легко находятся желающие её купить», — поясняет Сатановский.

Санкции против нефти

Решить вопрос с контрабандой нефти США хотят своим излюбленным способом — введя санкции против покупателей энергоресурсов. В отношении тех, кто попадётся на сотрудничестве с боевиками, Вашингтон как минимум перекроет доступ к финансовой системе.

«Мы не только можем отрезать их от финансовой системы США и заморозить их активы, но и можем сделать так, что для них будет очень трудно найти банк, который будет осуществлять их сделки», — обещает Коэн.

Однако, учитывая, что ИГИЛ продаёт «чёрное золото» через нелегальные финансовые сети, проконтролировать процесс и поймать и, следовательно, наказать покупателей практически невозможно.

«Отследить это очень трудно, потому что кораблей много и назначение у них у всех разное. И потом, часть нефти может быть от ИГИЛ, а часть — от других экспортёров. А заливают всё в один танкер. Можно придумать разные схемы, которые чрезвычайно сложно контролировать. Нет такого, что «этот танкер ИГИЛ, мы его давайте обстреляем, а второй танкер пропустим». Более того, там и автомобилями нефть вывозится, и маленькими, и большими судами, и смесью с другой нефтью. Как у нас фирмы-однодневки. Они вроде не должны работать, а их море. Попробуй их все отследи», — рассуждает Листовский.

В свою очередь, Евгений Сатановский убеждён, что для достижения результата нужно работать с покупателями нефти. «Отключать финансирование, отключать их от банковской системы. Вот это отследить можно. Почему американцы этого не делают — для меня интересный вопрос. Они обещают ввести санкции, но обещать не значит жениться», — иронизирует Сатановский.

ИГИЛ шатает рынок нефти?

Продажа Исламским государством нефти с дисконтом могла стать одной из причин обвала стоимости «чёрного золота» на мировом рынке, считает вице-президент «Роснефти» Михаил Леонтьев. «Второй момент — это ворованная нефть ИГИЛ, которая поступает на рынок через Турцию и Израиль с тройным дисконтом. Её не так много, но она ворованная, поэтому дешёвая», — заявил он в эфире «Русской службы новостей».

Впрочем, к вкладу контрабандной нефти в снижение мировых цен на углеводороды эксперты относятся с сомнением — тех объёмов, которые реализует ИГИЛ, пусть и по бросовым ценам, недостаточно, чтобы обвалить рынок нефти.

«Дело в том, что нефть в основном добывается в южных районах, а на подконтрольном ИГИЛ севере этой нефти немного, может быть, процента 2–3. Поэтому фактор продаж ИГИЛ совершенно не влияет на ценообразование нефти, там другие совсем факторы», — подытоживает Листовский.

www.aif.ru

Трубный запах. Как ИГИЛ продает нефть

Почему никто не мешает террористам ИГ зарабатывать миллиарды на торговле нефтью

Не стоит удивляться, если вскоре выяснится — в бортовые компьютеры штурмовиков и бомбардировщиков в Сирии внесены в первую очередь координаты насосных станций, поддерживающих давление в нефтепроводе, по которому течет нефть террористической организации ИГ (запрещена на территории РФ), а не только данные о местах, где находятся главари террористов.  Источники «Новой» утверждают, что один из вопросов, который будет поднят в ходе встречи президентов России и США, — перекрытие каналов финансирования террористов. И Россия готова нанести удары по объектам его нефтяной инфраструктуры.

Боевики ИГ безжалостны. Они устраивают публичные казни невинных, продают на черном рынке культурное наследие целых стран и упиваются своей безнаказанностью, уничтожая бесценные исторические объекты. «Ничего святого» — самая подходящая им характеристика. Но, оказывается, у террористов своя святыня все-таки есть. Это нефтяная труба.

Теория партизанского движения, основы которой были заложены в Москве в 1942 году, гласит, что питается оно из двух главных источников: расширенной социальной поддержки и устойчивого финансирования (в советском варианте — материально-технического снабжения). Последовательное и упорное сокращение финансовой и общественной базы терроризма — главный признак системного подхода к решению проблемы. Популярные же идеи о спасительной силе точечных ударов и ковровых бомбардировок говорят скорее о недостатке профессионального отношения.

Еще в сентябре 2014 года во время отчета в Комитете по иностранным делам Европейского парламента посол ЕС в Ираке Яна Хибаскова заявила, что «некоторые страны — члены ЕС покупают нефть у боевиков ИГ». Конкретные страны и имена трейдеров Хибасова не назвала, но ее выступление выглядело как серьезный упрек, поскольку Совбез ООН за полтора месяца до этого, 29 июля, выступил с заявлением о недопустимости торговли нефтью с террористическими организациями, действующими на территории Сирии и Ирака.

Центральная идея заявления: любая форма торговли нефтью с боевиками ИГ незаконна, будет рассматриваться как финансовая поддержка террористов и может привести к введению санкций.

Пресса добавила подробностей. Немецкая DWN и испанская La Republica почти синхронно опубликовали, что правительство курдских провинций на севере Ирака и турецкие спецслужбы прекрасно осведомлены о контрабандных поставках нефти с территорий, контролируемых ИГ.

 

Доход террористов — миллиард долларов

Эти события привлекли внимание к проблеме FATF (Группа разработки финансовых мер по борьбе с отмыванием денег, созданная странами «Большой семерки» в 1989 году. Россию в этой организации представляет Росфинмониторинг. — И. М.), которая приступила к работе над докладом об источниках финансирования и выработке рекомендаций по перекрытию денежных потоков, поступающих в распоряжение ИГ. Первые результаты этой работы были обнародованы в январе 2015 года. Эксперты FATF посчитали, что ежегодный доход террористической организации составляет не менее одного миллиарда долларов. А львиная доля этих поступлений приходится на торговлю нефтью и нефтепродуктами.

ИГ удалось захватить добрый десяток нефтяных месторождений на территории Сирии и Ирака. Среди них богатейшие углеводородами территории — аль-Омар, Ракка, Дейр эз-Зор, Аш-Шаер. По оценкам консалтинговой компании IHS,

общий объем добывающих мощностей ИГ составляет до 350 тысяч баррелей нефти в сутки.

Кроме того, под контролем ИГ оказались нефтепроводы из иракского Киркука в турецкий порт Джейхан и ISLP (соединяет иракские месторождения с ливанским портом Сайда с ответвлением в сирийский порт Банья). СМИ множество раз сообщали, что ISLP был уничтожен еще в 2003 году в результате бомбардировок ВВС США с целью экономической блокады режима Садама Хусейна и что трубопровод не функционирует. Между тем американские самолеты атаковали лишь иракскую часть нефтепровода ISLP. На территории Сирии и Ливана и трубы, и насосные станции, обеспечивающие необходимое давление для транспортировки, всегда были исправны.

К ISLP уже давно подключены нефтепроводы с сирийских нефтяных месторождений, которые сегодня контролируются ИГ.

В августе «Новая» получила информацию, что россияне, вернувшиеся из Сирии и в отношении которых возбуждены уголовные дела за участие в боевых действиях на стороне ИГ, в ходе допросов дали показания: нососные станции и нефтяные трубы (до 95% которых находится под землей) усиленно охраняются террористами. При этом насосные станции работают, что говорит о прокачке нефти.

Мы начали искать подтверждение информации о том, что нефтепроводы работают и по ним поступает нефть в Турцию и на территорию Сирии, контролируемую правительственными войсками. На аэрокосмических снимках мы нашли насосные станции на территории, контролируемой ИГ. Эти сооружения ничуть не пострадали от бомбардировок коалиционных сил, начавшихся в сентябре прошлого года.

Наши источники подтвердили и поступление нефти через контролируемый террористами нефтепровод. Впрочем, о поставках нефти в турецкий порт Джейхан информация уже просачивалась. В частности, сообщалось о танкерах, предположительно зафрактованных компанией Palmali Shipping & Agency JSC, принадлежащей турецко-азербайджанскому миллиардеру Мубаризу Гурбаноглу.

В западных СМИ утверждалось, что ИГ торгует нефтью при посредничестве иракского Курдистана. А британский журналист Нафиз Ахмед выдвинул прямые обвинения, что члены иракского регионального правительства Курдистана, как и официальные власти Турции и США, закрывают глаза на продажу нефти ИГ на черном рынке.

 

Разведки мира об этом знают

Доподлинно известно, что и сейчас, когда основные сирийские месторождения находятся под контролем террористов, Сирия не испытывает дефицита энергоресурсов. Более того, нефти хватает не только для нужд страны, но и для экспорта, в частности в Китай. Это косвенное подтверждение того, что Сирия докупает нефть у ИГ. Подтвердили эту версию и наши эксперты в нефтяной отрасли, сообщившие на условиях анонимности, что, не докупая нефть у ИГ, Сирия не смогла бы даже обеспечить бесперебойную работу своих НПЗ, не говоря уж об отгрузках на экспорт.

Все это плохо стыкуется с заявлением заместителя министра финансов США по борьбе с терроризмом и финансовой разведке Дэвида Коэна: «Мы пытаемся понять, кто именно является посредником в продаже нефти, за которой мы следим очень аккуратно. Кто именно вовлечен в контрабанду нефти ИГ?»

С авианосцев США в Средиземном море на бомбометание регулярно поднимается от 25 до 60 самолетов одновременно с поддержкой топливозаправщиков. Однако нефть качается по трубам.  Возможно, даже для ограниченных сил России в Сирии это более посильная задача?  Ведь это куда более внятное решение, чем организация наземной операции.

Почему же нефтяную инфраструктуру террористов всерьез не трогают? Пока мировые лидеры хранят молчание из каких-то не до конца понятных соображений политической целесообразности. Хотя о какой целесообразности может идти речь, если катастрофическая экспансия ИГ уже привела к появлению сотен тысяч сирийских беженцев в Европе?

Ирек Муртазин

onkavkaz.com

Нефть от ИГИЛ: кто покупатели?

Продажа нефти является главным источником дохода для ИГИЛ.

Нефть помогает финансировать военные операции в Ираке и Сирии, а также обеспечивать электричеством земли, контролируемые ИГИЛ — территории, на которых проживают около 10 млн. человек.

Несмотря на то, что объекты нефтяной инфраструктуры стали мишенями авиаударов Антиджигадистской Коалиции, возглавленой США, бизнес по-прежнему процветает.

Многие задаются вопросом, почему.

Кремль обвинил Анкару в покупке нефти у ИГИЛ:

 «Мы знаем, куда транспортируется нефть от ИГИЛ. Нефть переправляется в Турцию днем и ночью.» (Путин)

Анкара бросила Кремлю ответ: нефть у ИГИЛ покупает режим Асада, поддерживаемый Путиным.

«Докажите ваши обвинения. ИГИЛ продает нефть Асаду. Обсуждайте этот вопрос с Асадом, которого вы поддежриваете.» (Эрдоган)

Усложняет формулу положение сирийских повстанцев: они воюют против ИГИЛ, но одновременно вынуждены покупать у них нефть, посколько иного легального выхода на рынок топлива у повстанцев нет.

Так кто же втянут в прокачку-переработку-продажу нефти от ИГИЛ?

И кто ее потребляет?

СПРАВКА

ИГИЛ — производство нефти:

  • 34-40 тыс. баррелей в день
  • $ 1,53 млн. дохода ежедневно

Крупнейшие нефтяные поля ИГИЛ

  • на территории восточной Сирии (пров. Дейр эз-Зор) — самое большое
  • есть и месторождения в северном Ираке (поле Qayarra, близ Мосула).

Линия трубопроводов непосредственно ИГИЛ тянется

  • от сирийского Алеппо на западе
  • до иракского Мосула на востоке.

Хотя производство упало в сравнении с довоенными объемами, но показатели достигают 34-40 тыс. баррелей в день. Это дает около полутора миллиона долларов дохода ежедневно.

ПОТРЕБИТЕЛИ

  • Нефть, произведенная на территориях ИГИЛ, продается независимым трейдерам в Ираке и Сирии, потом расходится внутри стран, и вероятно вывозится даже за пределы региона через границы Турции (через  северную Сирию) и Иордании (через иракскую провинцию Анбар).

Из-за множества звеньев цепочек трейдеров и посредников проследить происхождение конкретного барреля нефтри становится невозможно.

  • Повстанцы несомненно нуждаются в нефтепродуктах, но не имеют прямого выхода на рынок, потому определенная доля идет из земель ИГИЛ.
  • Режим Асада также приобретает нефть у ИГИЛ через одного из крупнейших бизнессменов в качестве посредника.Этот человек (George Haswani) значится в западных санкционных списках и помимо прочего, имеет тесные связи с российским бизнесом, равно как имеет и российское гражданство.

ИНТЕРВЬЮ С ЭКСПЕРТАМИ РЫНКА

— Кто зарабатывает деньги на нефти от ИГИЛ?

— Зарабатывает естественно ИГИЛ.

Да, эти места бомбят, но неохотно. Неохотно по двум причинам:

  • в Ираке власти рассчитывают когда-нибудь все таки вернуть земли себе и никто не хочет тартится на восстановление производственной инфраструктуры
  • в Сирии большинство объектов нефтяного сектора обслуживается гражданскими специалистами Производство, транспортировка, продажа осуществляется бизнессменами, которые может и связаны с ИГИЛ, но не являются непосредственно ее членами.

История торговли нефтью ИГИЛ прошла несколько этапов.

В начале 2014 ИГИЛ, когда нефть стоила на международном рынке ок.100 долларов, большие объемы продавались за пределы Сирии, т.к. на этом можно было хорошо заработать. Покупаешь нефть за 20-30 и продаешь на границе за 80-90 долларов.

Затем цены на мировом рынке обвалились и соответственно сменилась сейлз-стратегия: ИГИЛ сфокусировались на внутреннем рынке, в частности на производстве дизтоплива и энергии.

Вся Сирия — и та, что под Асадом, и та, что под повстанцами, и та, что под ИГИЛ — нуждается в нефти. Здесь и транспорт, и электроэнергия, системы отопления и пр. Нефть из иракских полей, к примеру, идет во многом на производство асфальтных смесей.

Все продукты нефтепереработки, электроэнергии, транспортировка — на всех этапах ИГИЛ облагает налогами.

Нефть перерабатывается как на частных заводах, так и на заводах самого ИГИЛ.

У ИГИЛ есть и собственная сеть небольших придорожных АЗС. Продукты покупают и фирмы, и обычные люди.

Эта индустрия растет.

Цены тоже колеблются. Если 2-3 месяца назад цена нефти на землях ИГИЛ составляла ок. $20, то из-за перебоев с поставками сегодня это уже  $40-45.

(Shwan Zulal — Managing Director of Carduchi Consulting)

— В эти цепочки поставок вовлечено так много людей, а значит отследить происхождение нефти очень сложно, не так ли?

— Нелегальных операций в этом процессе слишком много, крупные юридические лица с таким не будут связываться.

Мы видим крупный черный рынок, монополизированный ИГИЛ, который втягивает разные стороны.

США упоминали нескольких посредников из числа киприотов, русских, асадовцев. Так что участников много, и они разные. Идентифицировать конкретные личности тяжело.

Как смотреть на тех, кто просто вовлечен в транспортные перевозки, но при этом не является частью организации ИГИЛ?

Обычным людям нужно зарабатывать, чтобы как-то выжить.

Определенная часть нефти вероятно достигает НПЗ за пределами региона, и люди потребляют эти продукты, даже не подозревая, что они добываются на контролируемых ИГИЛ землях.

(Carole Nakhle — Director of Crystol Energy)

— ИГИЛ — не просто шайка бандитов. Они занимаются профессиональным рекрутингом для нужд промсектора — вербуют инженеров, техников… Но у всех есть слабые места. Где слабое место ИГИЛ?

— Вероятно, непосредственно в местах добычи нефти.

ИГИЛ очень гибкие в плане адаптации под условия, транспортировок и продаж; но обслуживать процесс самого производства они еще не научились.

Это тербует определенного уровня технологий (физических мощностей, оборудования, знаний, опыта).

Если авиация действительно разрушит эти точки, восстановить их будет крайне сложно.

Даже если ИГИЛ и сможет это сделать, объемы добычи упадут в разы.

Оборотная сторона монеты — сирийцам нужна эта нефть и ее субпродукты.

Что делать без топлива, без электричества, без отопления?

Единственные, кто в этом случае останется вообще без альтернативных источников топлива — повстанцы и население на их землях.

Как им жить и воевать против ИГИЛ — ведь ни Турция, ни США им топливо не поставляют.

У Асада останутся Россия и Иран, у ИГИЛ хватит нефти для себя, а у повстанцев — нет ничего.

Если Турция и решится поставлять нефть повстанцам — обойдется дорого: у турков она выходит по доллару за литр, а купить у ИГИЛ можно вдвое дешевле.

ИГИЛ даже манипулирует этими поставками — они сами выбирают сколько позволить повстанцам закупить. Т.о., ИГИЛ ограничивает и военную активность повстанцев, ведь повстанцам приходится распределить эту нефть между нуждами для населения и боевыми операциями на 2 фронта: против Асада, и против ИГИЛ.

( Shwan Zulal — Managing Director of Carduchi Consulting)

— Бомбить нефть на этапе транспортировки нелогично и неэффетивно: нам показывают снимки ударов по колоннам грузового транспорта, который якобы перевозит нефть.

Но никто точно не может быть уверенным, что именно нефть находится в этих грузовиках.

Там могут быть люди, зерно, продукты и т.д. Обычные дальнобойщики с обычными товарами широкого потребления.

Не забываем, 10 миллионов человек живут на захваченных ИГИЛ территориях, и они тоже имеют свои потребности в грузоперевозках общего характера.

(Afshin Shahi — Director of the Centre for the Study of Political Islam)

// По материалам интервью Hazem Sika для Аljazeera

Понравилось это:

Нравится Загрузка...

Похожее

ayyamru.wordpress.com

Вести Экономика ― Доходы ИГИЛ от продажи нефти рухнули на 90%

Распечатать

03.10.2017 08:47

Москва, 3 октября - "Вести.Экономика". Доходы "Исламского государства" (террористическая организация, запрещенная в России) от продажи нефти рухнули более чем на 90%. Согласно данным USA Today, ссылающейся на статистику американской коалиции, ИГ сократило добычу нефти в Ираке и Сирии так сильно, что доходы упали до менее $4 млн по сравнению с $50 млн в месяц на пике.

Продажа нефти была основным источником дохода ИГ с 2014 г., именно за счет этих средств террористы могли финансировать свои глобальные кампании и управлять своим самопровозглашенным "халифатом".

Нефть составляла около половины доходов группы. Остальные доходы приходились на грабеж, также боевики заработали около $500 млн за счет вымогательства денег у жителей захваченных городов и ограблений банков.

Эти источники также истощаются, так как боевики потеряли большинство крупных городов, а большая часть похищенных денег уже потрачена или уничтожена.

Для боевиков и их лидеров потеря половины дохода – весьма критичный фактор, так как вместе с этим сокращается их территория, а значит и способность облагать налогами людей.

История вопроса

В 2014 г. нефтегазовые доходы и денежные резервы ИГ превышали $1 млрд, а весной 2015 г. боевики контролировали несколько богатых месторождений нефти в Ираке.

В документальном фильме телеканала "Аль-Джазира" о нефтяных доходах ИГ говорится, что основные объемы нефти продавались независимым трейдерам в Сирии и Ираке. Кроме того, у ИГ покупали топливо другие повстанческие группы в Северной Сирии, которые сами боролись против "Исламского государства", так как иного источника топлива просто не было.

Но как только ИГ потеряла контроль над крупными нефтепромыслами, ее доходы начали стремительно сокращаться. Они упали как минимум на $1 млн в день. Зарплаты боевикам были сокращены вдвое, а потом последовало повторное аналогичное сокращение. Чтобы компенсировать потерянные доходы, были даже введены жесткие меры экономии.

Новым источником доходов ИГ стало сельское хозяйство и, в частности, пшеница. В новом докладе Syria Deeply отмечается, что теперь террористы торгуют пшеницей, так как самая большая часть плодородных земель теперь не контролируется сирийским правительством, а находится на территориях, захваченных "Исламским государством".

Специалисты "Барселонского центра по международный отношениям" (Barcelona Centre for International Affairs) в конце 2016 г. подсчитали, что общая стоимость захваченных 2,45 млн тонн пшеницы равна размеру нефтяных доходов ИГ за 2014 г. и начало 2015 г.

Эксперты отмечают, что не могут точно сказать, случайно или намеренно боевики ИГ захватывали плодородные земли, но теперь это важный источник дохода.

В основном нефтяные доходы были снижены за счет атак на нефтяную инфраструктуру: уничтожено около 3 тыс. грузовиков, перевозивших нефть, цистерны, мобильные нефтеперерабатывающие заводы и другие объекты.

При этом в некоторых случаях необходимо не уничтожать НПЗ, а прекратить его работу, чтобы восстановление не было слишком дорогим, после того как боевики "Исламского государства" будут изгнаны.

Атаки проводились как американской коалицией, так и сирийскими военными при поддержке российской авиации. До российских авиаударов по объектам нефтяной промышленности террористов последние контролировали добычу 34-40 тыс. баррелей в сутки. После потери важных нефтяных районов недалеко от Мосула показатель снизился до 8 тыс. баррелей тяжелой нефти в день.

США назвали эту воздушную кампанию "Операция "Приливная волна II" в честь бомбардировки нефтеперерабатывающих заводов 1943 г., которые были необходимы для удара по Германии во время Второй мировой войны.

Обычно ИГ продает нефть по $25 за бочку, но многое зависит от качества, себестоимости добычи и заказчика. Иногда цена достигает $45, что очень близко к ценам на мировом рынке, поскольку в этом случае нефть продается отдельным группировкам, которым она необходима для продолжения войны.

ИГ захватило множество важных объектов и нефтедобывающих регионов, в том числе нефтеперерабатывающий завод Байджи в Ираке и богатый нефтью регион Дейр-аль-Цур в восточной части Сирии.

Бизнес был очень простым: боевики продавали грузовики, полные сырой нефти, посредникам, которые ее очищали и вывозили контрабандой из страны или продавали на месте. Доход от такой деятельности превышал $500 млн в год.

Тенденция к потере денег террористами усилилась, когда местные силы в Ираке и Сирии вновь захватили крупные города.

Ссылки по теме

Для властей Ирака и Сирии возврат контроля над нефтедобывающими регионами – очень важный фактор победы. Поэтому сейчас они тратят большие силы для возвращения этих провинций.

По мере утраты территории "Исламское государство" отступило к ряду городов и деревень вдоль реки Евфрат, простирающейся вдоль границы Ирака и Сирии.

Потеря местности и доходов вынуждает "Исламское государство" отказаться от своей мечты об управлении большими территориями и вместо этого стать гораздо меньшей, хотя и смертельной террористической организацией.

Аналитики и военные уделяют пристальное внимание тому, во что превращается ИГ. Боевики хотят управлять реальной страной, а сейчас это невозможно, и для них это серьезный психологический удар.

Рубрики: Нефть, Мир

Метки: ИГ, Ирак, Исламское государство, Сирия, нефть, продажа нефти

www.vestifinance.ru

Кто на самом деле продает нефть ИГИЛ? | Экономика | ИноСМИ

Владимир Путин откровенно лжет, когда говорит о том, кто покупает и кто продает нефть, cворованную ИГИЛ. А что сказать о газетах, которые на полном серьезе выносят это вранье в заголовки? Как понимать рукоплещущих этой чудовищной лжи невежд, которым не стать и дворниками, не то, что учеными?

Путина понять можно. Поливая грязью президента Эрдогана и его семью, он желает мобилизовать националистические настроения российского народа. Этот народ с жадностью проглотил небылицу — «нашу базу атомных подводных лодок фотографировали», — в то время как Путин сбил малазийский пассажирский самолет и лишил жизни сотни человек. Как же этот народ узнает, что сирийский гражданин российского происхождения Георг Хасвани (George Haswani) создал схему торговли нефтью между ИГИЛ и Асадом? Знают ли в Санкт-Петербурге, Москве, Владивостоке, что Управление по контролю за иностранными активами Казначейства США (OFAC) опубликовало международный бюллетень и предостерегло американские банки от «содействия перемещению денежных средств», связанных с трио ИГИЛ — Хасвани — Асад? И ЕС предупредил Асада и Георга Хасвани в декларации 7 марта 2015 года, осудив сирийского лидера в эксплуатации незаконно захваченных нефтяных скважин и объектов. Какой россиянин знает об этом? Какой российский журналист об этом напишет, если даже нашим шарлатанам это не выгодно?

Нефтяные месторождения в Восточной Сирии ИГИЛ захватило в 2013 году. С тех пор Асад и его сторонники покупают нефть ИГИЛ за 10 долларов за баррель. Компания Хасвани HESCO управляла газоперерабатывающим заводом в Тапке, почти в центре Сирии. Но в прошлом августе этот завод попал под контроль ИГИЛ. По данным разведки, сейчас этим заводом управляют ИГИЛ и сторонники Асада. Этот объект продолжает снабжать природным газом города и села, которые остаются под контролем сирийского режима.

Der Tagesspiegel08.12.2015Yedioth Ahronoth08.12.2015Handelsblatt07.12.2015Жэньминь жибао02.12.2015The National Interest03.12.2015На других объектах переработки природного газа и нефти, которые принадлежат ИГИЛ, работают люди, зарплату которым платит непосредственно министерство нефти Сирии. Добытую нефть Асад покупает по низким ценам и опять же по низким ценам продает в районы, которые находятся под его контролем. В то же время министерство энергетики Сирии продолжает обеспечивать электричеством районы, где доминирует ИГИЛ. Вся эта торговля идет через компанию Хасвани. Отныне ему запрещено въезжать в страны ЕС, а его активы в европейских банках были заморожены.

Министр иностранных дел Великобритании Филип Хэммонд (Philip Hammond) назвал Хасвани «посредником, покупающим нефть у ИГИЛ для Асада». Эта торговля доказывает, что «война» Асада с ИГИЛ — не настоящая: благодаря материальной поддержке Асада ИГИЛ и стоит на ногах. 

К настоящему моменту ЕС запретил на своей территории деятельность 55 сирийских компаний. А недавно была запрещена курьерская компания, которая занималась перевозкой сирийских банкнот, напечатанных в России, в Центробанк Сирии.

Хасвани выступает в качестве субподрядчика русских в Сирии. В 2013 году российская компания «Стройтрансгаз» начала строительство нефтеперерабатывающего завода в Сирии. Хасвани, родившийся в Ябруде (Сирия), переехал в Россию, где он получил образование и женился. Впервые Запад представил его как спасителя монахинь из плена «Фронта ан-Нусра». Но, как в итоге выяснилось, «Фронт ан-Нусра» даже не приближался к монастырю. В черный список США и ЕС попали два российских гражданина, которые вели бизнес с Хасвани: Мадалал Хури (Madalal Huri) и глава Всемирной шахматной федерации Кирсан Илюмжинов.

Разве может кто-нибудь поверить в клевету Путина при наличии массы доказательств и документированных подтверждений того факта, что нефть у ИГИЛ покупают Хасвани, избранные российские предприниматели и Асад? Наша оппозиция верит, и она давно готова принимать за истину любую ложь, связанную с нашим президентом и правительством. Некоторые настолько выжили из ума, что стали призывать Путина наказать турецкое правительство. Но все тайное становится явным, а у лжи, как известно, короткие ноги.

inosmi.ru

Доходы ИГИЛ от продажи нефти рухнули на 90% — Рамблер/новости

Москва, 3 октября — «Вести. Экономика». Доходы "Исламского государства" (террористическая организация, запрещенная в России) от продажи нефти рухнули более чем на 90%. Согласно данным USA Today, ссылающейся на статистику американской коалиции, ИГ сократила добычу нефти в Ираке и Сирии так сильно, что доходы упали до менее $4 млн по сравнению с $50 млн в месяц на пике. Продажа нефти была основным источником дохода ИГ с 2014 г., именно за счет этих средств террористы могли финансировать свои глобальные кампании и управлять своим самопровозглашенным «халифатом». Нефть составляла около половины доходов группы. Остальные доходы приходились на грабеж, также боевики заработали около $500 млн за счет вымогательства денег у жителей захваченных городов и ограблений банков. Эти источники также истощаются, так как боевики потеряли большинство крупных городов, а большая часть похищенных денег уже потрачена или уничтожена. Для боевиков и их лидеров потеря половины дохода — весьма критичный фактор, так как вместе с этим сокращается их территория, а значит и способность облагать налогами людей.

История вопроса

В 2014 г. нефтегазовые доходы и денежные резервы ИГ превышали $1 млрд, а весной 2015 г. боевики контролировали несколько богатых месторождений нефти в Ираке. В документальном фильме телеканала «Аль-Джазира» о нефтяных доходах ИГ говорится, что основные объемы нефти продавались независимым трейдерам в Сирии и Ираке. Кроме того, у ИГ покупали топливо другие повстанческие группы в Северной Сирии, которые сами боролись против «Исламского государства», так как иного источника топлива просто не было. Но как только ИГ потеряла контроль над крупными нефтепромыслами, ее доходы начали стремительно сокращаться. Они упали как минимум на $1 млн в день. Зарплаты боевикам были сокращены вдвое, а потом последовало повторное аналогичное сокращение, чтобы компенсировать потерянные доходы, были даже введены жесткие меры экономии. Новым источником доходов ИГ стало сельское хозяйство и, в частности, пшеница. В новом докладе Syria Deeply отмечается, что теперь террористы торгуют пшеницей, так как самая большая часть плодородных земель теперь не контролируется сирийским правительством, а находится на территориях, захваченных «Исламским государством». Специалисты «Барселонского центра по международный отношениям» (Barcelona Centre for International Affairs) в конце 2016 г. подсчитали, что общая стоимость захваченных 2,45 млн тонн пшеницы равна размеру нефтяных доходов ИГ за 2014 г. и начало 2015 г. Эксперты отмечают, что не могут точно сказать, случайно или намеренно боевики ИГ захватывали плодородные земли, но теперь это важный источник дохода. В основном нефтяные доходы были снижены за счет атак на нефтяную инфраструктуру: уничтожено около 3 тыс. грузовиков, перевозивших нефть, цистерны, мобильные нефтеперерабатывающие заводы и другие объекты. При этом в некоторых случаях необходимо не уничтожать НПЗ, а прекратить его работу, чтобы восстановление не было слишком дорогим после того, как боевики «Исламского государства» будут изгнаны. Атаки проводились как американской коалицией, так и сирийскими военными при поддержке российской авиации. До российских авиаударов по объектам нефтяной промышленности террористов последние контролировали добычу 34-40 тыс. баррелей в сутки. После потери важных нефтяных районов недалеко от Мосула показатель снизился до 8 тыс. баррелей тяжелой нефти в день. США назвали эту воздушную кампанию «Операция „Приливная волна II“ в честь бомбардировки нефтеперерабатывающих заводов 1943 года, которые были необходимы для удара по Германии во время Второй мировой войны. Обычно ИГ продает нефть по $25 за бочку, но многое зависит от качества, себестоимости добычи и заказчика. Иногда цена достигает $45, что очень близко к ценам на мировом рынке, поскольку в этом случае нефть продается отдельным группировкам, которым она необходима для продолжения войны. ИГ захватило множество важных объектов и нефтедобывающих регионов, в том числе нефтеперерабатывающий завод Байджи в Ираке и богатый нефтью регион Дейр-аль-Цур в восточной части Сирии. Бизнес был очень простым: боевики продавали грузовики, полные сырой нефти, посредникам, которые ее очищали и вывозили контрабандой из страны или продавали на месте. Доход от такой деятельности превышал $500 млн в год. Тенденция к потере денег террористами усилилась, когда местные силы в Ираке и Сирии вновь захватили крупные города. Для властей Ирака и Сирии возврат контроля над нефтедобывающими регионами — очень важный фактор победы. Поэтому сейчас они тратят большие силы для возвращения этих провинций. По мере утраты территории „Исламское государство“ отступило к ряду городов и деревень вдоль реки Евфрат, простирающейся вдоль границы Ирака и Сирии. Потеря местности и доходов вынуждает исламское государство отказаться от своей мечты об управлении большими территориями и вместо этого стать гораздо меньшей, хотя и смертельной террористической организацией. Аналитики и военные уделяют пристальное внимание тому, во что превращается ИГ. Боевики хотят управлять реальной страной, а сейчас это невозможно, и для них это серьезный психологический удар.

Читайте также

news.rambler.ru

Почему ИГИЛ не останется без денег

С тех пор как аналитики из Ernst & Young подсчитали, что прибыль ИГИЛ от продажи нефти за год сократилась вдвое — от $500 млн до $260 млн, — многие СМИ заговорили о том, что у террористической группировки начался финансовый кризис и от этого она скоро ослабеет. Конечно, нефтяные доходы всегда были важны для ИГИЛ — даже продавая сырьё со скидкой в 50%, они зарабатывали около миллиона долларов в день. И всё-таки радоваться рано. Экономика ИГИЛ, в отличие от «Аль-Каиды», уникальна — в этой организации деньги делают буквально на всём.

Если посмотреть на карту боевых действий, видно, что контур территории Ирака и Сирии, подконтрольной ИГИЛ, очерчен очень необычно, он даже напоминает кружево — многие важные части сырьевых районов до сих пор захвачены боевиками. Так что у террористов есть, например, несколько крупных предприятий по добыче фосфатов. На месторождении Акашат в провинции аль-Анбар добывают почти 3,5 млн т фосфатов в год, а каждая тонна стоит по $50. Перехватив контроль над этим месторождением, боевики быстро наладили добычу минералов в прежнем режиме, так что производственная мощность не сильно снизилась. Это большое месторождение, и, даже если оно пострадает в ходе бомбардировок, скорее всего, там всё ещё можно будет добывать около миллиона тонн фосфатов в год и зарабатывать около $50 млн.

В городе Аль-Каим по-прежнему работают заводы по производству серной и фосфорной кислоты: у одного производственная мощность составляет 1,5 млн т, а у другого — 400 млн т. В ар-Ракке работает крупный цементный завод, который производит 1,5 млн т цемента в год. Всё это сырьё как раньше покупали у Ирака и Сирии, так и теперь — продажа сырья идёт по прежним маршрутам, а покупатели цемента вряд ли задумываются, у кого они его приобретают. Тем более, что скидка в 50% в условиях войны выглядит привлекательно. Конечно, если просто разбомбить территории с заводами и месторождениями, это создаст боевикам кое-какие финансовые сложности. Но при этом погибнет много ни в чём не повинных людей, а в регионе возникнет экологическая угроза. Да и на этих территориях потом ведь как-то надо жить и работать. Так что, само собой, иракские правительственные войска отвоёвывают каждый завод по очереди, стараясь ничего не повредить.

Те, кто говорит о «финансовом кризисе» ИГИЛ, часто недооценивают доходы от похищений людей. Чаще всего в плен к боевикам попадают ассирийцы, езиды и представители других национальных меньшинств. Их похищают в таких количествах, что в 2014 году некоторые подразделения ИГИЛ даже отпускали пленников на свободу, потому что не могли позволить себе их содержание. Но чаще их всё-таки выкупают: по разным данным, Община Ассирийской церкви Востока заплатила террористам $4,5 млн, чтобы те вернули 250 похищенных ассирийцев. За всё время существования ИГИЛ община заплатила за выкуп своих соотечественников около $25-30 млн. За пленных из Западной Европы требуют ещё больше — около $2,5 млн за человека, так что в 2013–2014 годах, по мнению экспертов, боевики зарабатывали по $35–45 млн на похищениях. Кстати, с помощью киднеппинга ИГИЛ убивает сразу двух зайцев: одни платят боевикам, чтобы выкупить заложников, а другие оплачивают собственную безопасность. Люди, которые находятся на подконтрольных боевикам территориях и по соседству, платят террористам, чтобы их не трогали, — что-то вроде крышевания.

Ещё одна статья доходов — налогообложение, которое ИГИЛ ввёл с первого же дня существования. Каждый правоверный мусульманин платит закят, и это приносит боевикам $360–380 млн в год. Ещё есть налог на все продаваемые товары, на телекоммуникационные компании, налог на безопасность, который взимается с банковских цчреждений, на снятие наличных с банковских счетов, пятипроцентный налог на социальное обеспечение, дорожный налог в $200 в Северном Ираке, таможенная пошлина – $800 за каждый грузовик, пересекающий границу Ирака с Иорданией и Сирией, налог на разграбление археологических памятников (20% в Алеппо и 50% в Ракке), на защиту немусульманских общин и на доступ к источникам питьевой воды.

И конечно, торговля антиквариатом. К 2015 году в Сирии было 1200 мест и раскопок, которые представляли культурную ценность, и четверть из них террористы моментально разграбили до основания. По разным оценкам, на антиквариате ИГИЛ зарабатывает примерно $100 млн в год. Конечно, продажа ворованных артефактов запрещена и у международных экспертов есть перечень украденного, но спрос всё равно остаётся высоким. Один из основных маршрутов перевозки – Восточная Европа. Там артефакты размещают и готовят к транспортировке в Западную Европу. Например, в 2015 году в Болгарии во время полицейского рейда нашли 19 предметов антиквариата из Сирии, готовых к транспортировке. Коллекционеры покупают запрещённые артефакты, чтобы просто обладать ими, нигде не выставляя. Многие надеются получить большое вознаграждение и определённую амнистию, когда будут возвращать антиквариат следующему сирийскому или иракскому правительству.

Хотя в плане экономики ИГИЛ не похож на «Аль-Каиду», у них всё-таки есть кое-что общее. Для обеих группировок очень важная статья доходов — частные дотации, причём подсчитать их размеры невозможно. Часть из них приходит через систему «Хавала», где очень высокая скорость передачи, а участники процесса держат всё в строжайшем секрете — иначе они сами и их семьи могут оказаться в опасности. Принято считать, что деньги боевикам переводят в основном из стран Персидского залива, но нельзя сбрасывать со счетов и Запад, и страны Азии. В конце концов, там очень крупные мусульманские диаспоры. Люди, которые вступают в ИГИЛ, тоже приносят деньги. Это ведь не всегда маргиналы, часто к боевикам присоединяются вполне состоятельные граждане с прекрасным образованием. Сейчас, когда ИГИЛ стал меньше зарабатывать на нефти, террористы стали куда больше делать ставку на человеческий ресурс. Они привлекают отлично квалифицированных работников разных направлений. Например, вербуют профессионалов в сфере IT-технологий, чтобы вести виртуальную войну и обезопасить собственные действия в интернете. Так что, даже если боевики совсем перестанут зарабатывать на нефти, их экономика пошатнётся, но вряд ли разрушится. За исламским экстремизмом стоит мощный бизнес-план. Приятно, конечно, надеяться, что ИГИЛ вот-вот выдохнется и ослабеет, но в данном случае лучше не строить иллюзии и трезво оценивать ситуацию. Достаточно посмотреть на карту, и становится ясно: поводов для оптимизма не так уж и много.

Фотография на обложке: Muzaffar Salman / Reuters

secretmag.ru


Смотрите также