denpan. Сообщение нефть и политика


Нефть и политика: глобальный пасьянс | Мир | ИноСМИ

В мире наблюдается устойчивое падение цен на нефть в связи с противостоянием Саудовской Аравии и США, которые выкручивают руки странам-производителям из ОПЕК. Снижение цен сулит хорошие краткосрочные перспективы (особый оптимизм в этом плане выразила директор МВФ Кристин Лагард), однако нам стоит побеспокоиться о том, что будет дальше…

В краткосрочной перспективе в странах с высокими ценами на энергоносители будет наблюдаться подъем конкурентоспособности.

В США последствия в целом нейтральны. И могут пойти на руку их экономике.

Как бы то ни было, в долгосрочной перспективе снижение цен может породить дефляцию в еврозоне, нанести серьезный удар по странам-производителям и привести к кардинальным изменениям в геополитике. 

Ряд европейских месторождений на определенный период потеряет рентабельность.

Atlantico: Цены на нефть резко покатились вниз и потеряли около 30% с июня. В настоящий момент речь идет примерно о 70 долларах за баррель. По мнению генерального директора Международного валютного фонда Кристин Лагард, «кто-то выиграет, а кто-то проиграет, но в целом это хорошая новость для мировой экономики». Права ли она? Филипп Себий-Лопес: Здесь все не так просто. В нынешних условиях глобализованной экономики с относительно невысокими показателями роста снижение нефтяных котировок может дать толчок восстановлению роста в краткосрочной перспективе. И раз цены на нефть увязаны с ценами на газ, его стоимость в ближайшее время тоже будет снижаться, так как подъема котировок черного золота в ближайшее время не предвидится. 

Все это может повысить конкурентоспособность ряда энергоемких отраслей промышленности, особенно в странах с высокой стоимостью производства энергоносителей. В США эффект получается в целом нейтральным: они сохраняют за собой все преимущества (невысокая цена и собственное производство нефти, в том числе сланцевой), пусть даже некоторые проекты не будут запущены из-за слишком низкой маржи (это связано со стоимостью добычи).

Так, например, в Саудовской Аравии стоимость производства очень мала: порядка 5-10 долларов за баррель. И сейчас нынешними объемами добычи она стремится показать США, что сланцевую нефть не так уж и ждут. Именно это вызывает пузырь перепроизводства и обрушение цен на нефть.

В более долгосрочной перспективе все куда неоднозначнее. Ряд государств серьезно пострадают от снижения цен на нефть. В еврозоне с ее низкой инфляцией все это может породить дефляцию. А, как вы помните, цель ЕЦБ как раз заключается в увеличении инфляции для предотвращения дефляции. Иначе говоря, тут все относительно. 

Кристин Лагард же высказалась на этот счет предельно туманно. О чем она вообще говорит? И о ком? На какую перспективу она ориентируется? Лично я совершенно ее не понимаю. В целом, ее слова ничего не говорят. 

— Можно ли провести параллель с нефтяным кризисом 1973 года и обратной реакцией в 1985 году?— В 1973 году, когда цены выросли с 3 до 18 долларов всего за несколько недель, мировая нефтяная промышленность дошла до предела возможностей: производство было не в состоянии удовлетворить росший феноменальными темпами спрос.

Сыграл свою роль и геополитический фактор. Часть ответственности лежит на американском кризисе. В 1971 году США достигли нефтяного пика. Они все меньше отправляли на экспорт и сами все больше ввозили (тем самым они перетягивали на себя все большую долю мирового рынка). В конечном итоге они вышли из Бреттон-Вудской системы, отказавшись от паритета нефть-доллар. Валюты приобрели плавающий курс и цены на нефть, следовательно, тоже стали меняться.

После войны Судного дня в 1973 году арабские страны-члены ОПЕК приняли решение о резком повышении цены барреля и даже полном эмбарго для ряда государств. Таким образом, США, безусловно, несут ответственность за возникновение кризиса 1973 года…

Обратная ситуация в 1985 году в свою очередь стала результатом действий арабских стран ОПЕК. Они установили систему квот, по которой получалось, что чем больше у той или иной страны резервов, тем больше ее производственные возможности. Ряд государств вроде Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратов, Ирака, Ирана и Кувейта значительно нарастили резервы, хотя для того не было никаких весомых оснований. Они добывали слишком много нефти при низких ценах, в том числе, чтобы скомпенсировать это снижение. Также стоит отметить, что в этот период Саудовская Аравия и США договорились о снижении цен на нефть для подрыва финансовых ресурсов СССР, чье присутствие в Афганистане раздражало обоих партнеров. Тогда речь шла и о продаже оружия, в том числе ракет Stinger. ЦРУ выступало посредником в поставках, а Саудовская Аравия платила по счетам. Все шло к небезызвестному ныне Усаме бин Ладену, который тогда сражался вместе с моджахедами против советских войск. Он был главным получателем оружия. Но когда великие державы используют своих марионеток, им не стоит выпускать ниточки из рук!

Сегодня ситуация складывается совершенно иначе. В 1973 году нефтяной кризис стал косвенным последствием действий США и совпал с таким геополитическим фактором как война Судного дня. В 1985 году толчок всему дали арабские страны на фоне войны Ирана с Ираком. Всем были нужны деньги для финансирования военных кампаний. Затем началась война в Персидском заливе, и поддерживавшие Ирак арабские страны отказались пожертвовать своими квотами ради войны.

— Противостояние США с Саудовской Аравией вокруг цен на нефть играет одним на руку, а для других создает серьезные проблемы… Сможет ли Запад извлечь из этого выгоду для себя в обозримом будущем? И что насчет более отдаленной перспективы?

— США следуют законам рынка. Американский автолюбитель платит за литр бензина примерно 40 евроцентов, а европейский — 1,4 евро. Налоги меняются в зависимости от повышения или снижения цен на нефть. Европе же до этого еще далеко. Поэтому в настоящий момент американцу ситуация выгоднее, причем намного.

Кроме того, сохранение перепроизводства и низких цен позволяет США раскрутить свою экономику, создавать новые рабочие места. Все остальное — вторично, тем более что это выгодно им на международной арене. Долгосрочные перспективы их не беспокоят. Для США внешняя политика как доллар: они делают все, что считают нужным для достижения собственных краткосрочных интересов, не задаваясь вопросом о долгосрочной перспективе и связанных с этим геополитических потрясениях.  

США делают ставку на потенциал ископаемых энергоресурсов на своей территории. Так или иначе, они решили использовать их в переговорах, которые они вынуждены проводить, в том числе в рамках переговоров по климату. Они обладают крупнейшими в мире залежами угля и могут использовать его в качестве топлива, когда пожелают.

Для них главное — задействовать собственные ресурсы, предприятия и рабочую силу, чтобы дать толчок развитию энергетики, выйти из кризиса и сократить безработицу. Их императивы носят главным образом внутренний характер, а геополитика является чем-то совершенно вторичным. Но если последствия их внутренней политики приносят пользу и на международной арене, тем лучше. Из-за производства сланцевой нефти они переполняют рынок, и другим странам приходится за это расплачиваться. Их цель — поднятие конкурентоспособности, которая опирается на работающую на ископаемых ресурсах тяжелую промышленность. Когда их просят сократить объемы выбросов СО2, им нужно лишь заменить уголь на газ и отправить избыток угля на самый выгодный рынок, то есть в Германию. ФРГ слишком резко начала энергетический переходный процесс, и теперь ей приходится на полную задействовать работающие на угле электростанции. 

Для Японии после стресса от Фукусимы такое положение вещей тоже выгодно. Она импортирует большие объемы энергоносителей. И, следовательно, снижение цен играет ей на руку.

В целом западная экономика получила возможность сделать глоток свежего воздуха в сложившейся кризисной обстановке. Однако это мало поможет нам в поиске выхода из текущей драматичной ситуации.

Поэтому я бы не сказал, что все это так уж выгодно для западных государств в долгосрочной перспективе… Ведь в результате снижения цен ряд месторождений станут нерентабельными или подойдут к границе рентабельности, а некоторые проекты, которые планировали при цене в 100 долларов за баррель, придется заморозить. 

Это, кстати, относится и к США с их сланцевой нефтью, пусть даже у них и есть определенная подушка безопасности, потому что могут мириться со снижением до 60 долларов за баррель. Но даже в таком случае они мало что потеряют… Потому что как только нефтяной избыток будет исчерпан, цены снова пойдут вверх. И там опять возобновят бывшее до того момента нерентабельным производство. 

Что касается шельфовых месторождений (сейчас добыча отходит все дальше и дальше от берега), там цена производства составляет порядка 40–50 долларов за баррель. Поэтому такие проекты будут заморожены до обратного повышения цен. В частности это относится к ряду проектов в России. 

— Российская экономика испытывает на себе серьезные последствия снижения цен на нефть, а также американских и европейских санкций. Может ли Владимир Путин потерять поддержку народа, которую ему пока что обеспечивает игра на националистических струнах?— С нефтяной точки зрения, Россия потеряет много денег, так как на черное золото приходится 40% бюджета. В то же время это компенсируется падением курса рубля.

В то же время в результате введенных санкций и эмбарго ряд товаров придется ввозить из-за пределов Европы и оплачивать в долларах, что создает ощутимую потребность в средствах.

В то же время высокие цены на нефть в более чем 100 долларов за баррель в последние годы позволили России накопить существенные запасы, лишь очень небольшая часть которых была затрачена на поддержку рубля. Даже при нынешних санкциях и ценах на нефть она может спокойно продержаться не менее года.

В то же время ситуация в обществе может очень сильно накалиться, если такая обстановка затянется. В частности это касается трудностей с выплатами пенсий и социальных пособий.

Правительство Владимира Путина уже не первый год играет на националистических струнах. Это мощный инструмент сплочения населения страны, но оппозиционеры могут воспользоваться им для критики политического курса Владимира Путина.

В настоящий момент соотношение сил складывается в пользу Владимира Путина, он пользуется очень широкой поддержкой. Тем не менее, снижение или невыплата пенсий, взлет цен на импортные товары и сокращение покупательной способности могут изменить расклад и склонить в другую сторону мнение большинства российской общественности, которое сейчас поддерживает Путина.

— Может ли Владимир Путин дать задний ход во внешней политике, чтобы смягчить уже упомянутые последствия эмбарго и потерь в нефти и газе? Может ли обрисоваться новая карта Европы? — Что касается Украины, тут мы наблюдаем типичную для России схему стратегической конфронтации: русскоязычное население должно встать на сторону родины-матери. То, что было правдой вчера, останется ей и завтра. Как бы то ни было, аннексия Крыма дорого обошлась Москве.

В любом случае Владимир Путин не пойдет на перемены во внешней политике в обозримом будущем и не выведет войска, чтобы смягчить отрицательные последствия санкций для экономики. Возращения к статус-кво единой и неделимой Украины не будет.

После терактов во Всемирном торговом центре Путин стал первым, кто обратился с соболезнованиями к США. Это были времена самого тесного сотрудничества двух держав: каждая из них была готова принять устроенную другой охоту на террористов или закрыть на нее глаза. Так продолжалось до 2003 года.

Американское вторжение в Ирак изменило расклад. В отношениях двух стран наметилось похолодание. Расширение НАТО стало лишь дополнительным грузом, не говоря уже о планах по развертыванию системы противоракетной обороны в Польше и Чехии… Короче говоря, получилось так, что позиция России по Украине является ответной реакцией на американскую политику за последние 10 лет.

— Иран тоже стал целью экономических санкций, хотя те и были несколько смягчены после начала переговоров по ядерному вопросу. Может ли нефтяной кризис ударить по переговорам и настроить народ против иностранных лидеров? Все играет на руку Али Хаменеи? — Во внутреннем плане снижение цен на нефть влечет за собой сокращение субсидий на топливо и электроэнергию. Разумеется, это непопулярные меры, но население в целом к такому привычно, потому что находится под эмбарго с 1979 года, когда к власти пришел аятолла Хомейни и американцы, а затем и европейцы ввели против страны санкции. Недавно они были смягчены после активизации переговоров по иранской ядерной программе.

Таким образом, в стране стало чуть лучше, что, однако, не отменяет классического противостояния между новым президентом Хасаном Рухани и религиозным лидером Али Хаменеи, чья программа серьезно отличается от программы президента. И это существенно ограничивает поле для маневра главы государства.

Все будет зависеть от итогов переговоров в июле будущего года. Но если санкции останутся в силе, их причиной назовут действия иностранных держав, а, как прекрасно видно из истории, все это сплачивает население против внешнего врага. 

— Страны Персидского залива сидят на огромной нефтяной ренте и обладают большими финансовыми ресурсами. Но смогут ли они устоять при виде упущенной прибыли, выдержать противостояние с США и не допустить подъема недовольства в народе?— В большинстве случаев, за исключением Саудовской Аравии, все это — страны с небольшим населением, где потенциал нефтяных ресурсов на человека настолько велик, что подобная перспектива не выглядит чем-то проблематичным (особенно в Катаре, где имеются еще и существенные газовые ресурсы). В тоже время существуют и небольшие трения между Саудовской Аравией и Кувейтом насчет разрешений и добычи в нейтральной зоне между двумя государствами. Это говорит о борьбе за влияние и внутренних разногласиях.

Что касается Саудовской Аравии, она накопила огромные деньги и обладает колоссальными нефтяными ресурсами. В последние годы они с Россией по очереди занимали место крупнейшего в мире производителя. В ее распоряжении имеется невероятный финансовый капитал. Во время арабской весны ей пришлось выделить населению огромные деньги, чтобы предотвратить напряженность, и власти без колебаний достали чековые книжки. Всего были потрачены десятки миллиардов.

У аравийцев нет серьезных угроз ни в политическом, ни в финансовом плане. Они могут спокойно выдержать противостояние с США. Они будут поддерживать добычу на прежнем уровне и не уступят при виде перепроизводства в Америке. В результате нефть, конечно, приносит меньше денег, но затраты на добычу там крайне малы. Единственная ощутимая проблема в балансе бюджета касается маржи. Объемы поступлений колеблются, но странам Персидского залива и Саудовской Аравии намного проще справиться с этим, чем большим государствам вроде Ирана и Венесуэлы, которым не хватает кислорода на всех уровнях.    

— Если в целом говорить о ближневосточном регионе, может ли происходящее ударить по союзу США с арабской коалицией, или же необходимость борьбы с Исламским государством все же возьмет верх? — Исламское государство не держит под контролем зоны нефтедобычи в Ираке и захватило лишь очень немного месторождений в Сирии. Причем все это — незрелые зоны, которые мало что дают с точки зрения производства. До начала революции в Сирии добывалось чуть менее 500 тысяч баррелей в день, а сейчас все почти на нуле. Единственные зоны, из которых еще можно вести экспорт, находятся у побережья и под контролем Башара Асада. Резервы в свою очередь расположены на востоке, откуда сейчас невозможно вести экспорт, если, конечно, вооруженные отряды ИГ не возьмут под контроль вышки и не организуют контрабандный экспорт в Турцию. 

Войска коалиции проводили обстрел перерабатывающих установок (часть из них была кое-как собрана самими исламистами для переработки сырой нефти и производства низкокачественного дизельного топлива), чтобы как раз-таки перекрыть эти идущие в Турцию нелегальные потоки. Преступные организации реализовывали эти поступления, подмешивая некачественное топливо к обычному. Турецкие власти также усилили пограничный контроль, чтобы уменьшить масштабы этой нелегальной торговли. 

Удары коалиции по ИГ играют на руку Башару Асаду. В любом случае, Исламское государство является общим врагом Запада и арабской коалиции.

— В Нигерии тоже бушуют свои исламисты. Могут ли финансовые трудности и спад нефтяной ренты оказаться выгодными для «Боко Харам»?

— На нефть в стране приходится 70% поступлений в федеральный бюджет и 90% доходов от экспорта. Президентские и парламентские выборы должны состояться в феврале 2015 года. Обосновавшиеся на севере боевики «Боко Харам» свирепствуют на всей этой территории и устраивают теракты с участием смертников. Их главной целью будет дестабилизация выборов и подрыв легитимности будущего президента, тем более что, скорее всего, им станет Гудлак Джонатан, христианин с юга страны.

При обычных условиях это должен был бы быть президент-мусульманин, потому что в уставе находящейся у власти Народной демократической партии прописано чередование. Однако после восстановления демократии в Нигерии получается всего лишь полмандата мусульманина на четыре мандата христианина, если Гудлака Джонатана переизберут. Это наглядно демонстрирует суть проблемы.

Кроме того, нефтяная рента в Нигерии делится между политиками. 50% идет федеральному правительству, 30–36% федеральным штатам и 20% — 774 местным правительствам. Все политики вне зависимости от уровня заинтересованы в разделе ренты. Для населения все это выливается в текущие расходы, но политики вольны делать, что хотят, с тем, что имеют. 

Интересный момент: в Нигерии существует особый фонд, в который поступают нефтяные избытки по отношению к фиксированной цене барреля за год. В данный момент все примерно соответствует рыночным ценам, однако когда стоимость барреля была выше, вся эта огромная разница шла в вышеупомянутый фонд, из которого федеральное государство распределяло финансирование штатам. К началу нефтяных потрясений 2008 года финансового кризиса и спада потребления нефти в этом фонде у Нигерии имелось 22 миллиарда долларов. Теперь же там остается только 4. Все активно запускали руку в фонд по самым разным причинам. С учетом приближающейся кампании 2015 года правительства штатов уже запросили в общей сложности 2 миллиарда на одни лишь выборы. То есть останется всего 2 миллиарда, то есть уже почти ничего.

Хотя у них и имеются существенные валютные резервы, порядка 39 миллиардов долларов, то есть девять месяцев импорта, они не смогут продержаться только на них и будут брать взаймы. Они даже будут вынуждены пойти на такой шаг, потому что в предвыборный период о сокращениях бюджета никто объявлять не будет. Для федерального правительства, которое и так непопулярно в ряде регионов, это стало бы настоящей катастрофой. Нигерия субсидирует топливо, и сокращение субсидий непременно означало бы внутренний кризис. Вообще, власти уже пытались уменьшить их, но в конечном итоге отказались от этой мысли, наигравшись с повышением и снижение объемов.

«Боко Харам» в свою очередь вовсе не может похвастаться ореолом святости. Активисты движения проводят агрессивные акции и устраивают теракты, что не может привлечь на его сторону население. Боевики придерживаются стратегии террора, чтобы добиться введения законов шариата и оказать давление на политические власти. Не обделяют они вниманием и членов партии власти. Поэтому они могут повлиять на политическую игру в преддверии выборов. Их мысль в том, что избранные политики под давлением поддержат их позиции. Хотя «Боко Харам» и не имеет ничего общего с нефтяным кризисом, нефтяной кризис и финансовые проблемы страны могут позволить «Боко Харам» повлиять на выборы.          

— Народные волнения, огромная инфляция, повышение цен на импортные товары… Дела в Венесуэле обстояли не лучшим образом еще до начала нефтяного кризиса… Стоит ли ждать подъема малообеспеченных слоев населения в таких тяжелых экономических условиях? Означает ли это конец эры Чавеса и его последователей?

— В отличие от других стран-производителей Венесуэла располагает лишь тяжелой нефтью, которая стоит на 10–20 долларов дешевле. Таким образом, страна получает меньше экспортеров легкой нефти. То есть, для Венесуэлы это двойной удар, поступления станут еще меньше, чем у других.

Национальная компания PDVSA, которая при Уго Чавесе активно привлекалась к финансированию социальных программ по борьбе с бедностью, оказалась в очень непростом положении. Венесуэла вынуждена занимать у Китая и России. А в залог она дает собственную нефтедобычу. Так, китайцы выделили стране кредит в 10 миллиардов долларов, потребовав возмещения нефтью в ближайшие годы. Венесуэле уже сейчас трудно погашать этот займ. Национальной компании нужно перечислять средства в государственную казну и одновременно делать выплаты Китаю. Проблема в том, что у нее нет необходимых объемов, в частности для погашения китайского кредита. Ситуация критическая. Но в случае дополнительных займов она станет поистине взрывоопасной.  

Со времен Чавеса народ получает от правительства помощь и в некотором роде ощущает себя обязанным ему, что выливается в поддержку народного большинства. В то же время элиты и в частности главы крупных предприятий хотели бы либеральной революции. Сегодня венесуэльская экономика фактически изолирована от мировой: надзор за расходами, контроль над выездом из страны, боливар на черном рынке стоит в 10 раз меньше официального курса и т.д. Венесуэльцам живется очень непросто, особенно тем, кому приходится много ездить. Самые бедные в свою очередь довольствуются тем, что есть.

Среди населения существует раскол между самыми благополучными слоями, «чавистами» и остальным населением. Однако венесуэльская оппозиция не отличается сплоченностью, как таковой ее, пожалуй, вообще не существует. Это при том, что на последних выборах оппозиционный кандидат набрал 44%. В этом и заключается суть проблемы. Политический пейзаж слишком раздроблен, чтобы представлять угрозу для чавистов во главе с президентом Николасом Мадуро.  

Как бы то ни было, Венесуэла со своей тяжелой нефтью обошла Саудовскую Аравию: именно она обладает крупнейшими в мире подтвержденными резервами. Сейчас в стране дела складываются не лучшим образом, потому что она завязла в системе субсидий, а промышленный аппарат жестко контролируется государством. Еще больше ситуацию обостряет Китай, который дает взаймы и требует погашения нефтью. 

В политическом плане государственный переворот или изменение политической системы представляется маловероятным сценарием, потому что бывшие соратники Чавеса занимают все ключевые посты во всех министерствах. Именно они держат в руках промышленный аппарат. Перестройки экономики тоже ждать не приходится, так как нынешнему правительству уже очень сложно финансировать даже нефтяную промышленность. Государство берет 60% вместо прежних 40%, контракты постоянно меняются. Частные компании, в том числе и азиатские, не проводят активных инвестиций, а государство в любом случае сохраняет за собой существенную долю капитала. Остальная промышленность, понятное дело, переживает застой… Такие вещи как перебои с электро- и водоснабжением давно стали обычным делом в стране. 

Единственным источником перемен может стать осознание ситуации малообеспеченными слоями населения. В таком случае государство лишится основы. Но пока что оно накачивает их субсидиями.

— А в чем заключается позиция Китая в таких хаотических условиях? — Мы уже упоминали о противостоянии России и США с 2003 года, которое также перекинулось на среднеазиатскую зону. Единственным, кому это было на руку, оказался Китай. Китайцы договорились о прокладке нефтепровода из Казахстана и подписали газовый контракт с Туркменистаном. Сейчас они стучатся в дверь России, которой остается лишь согласиться, чтобы создать конкуренцию для европейского рынка.

Сейчас они говорят о конкуренции с западным фронтом с помощью договора с Россией насчет газовых месторождений в Западной Сибири, но они уже потратили 10 лет на первое соглашение по Восточной Сибири. Китай пожинает плоды на всех направлениях — в Средней Азии и России. Он создает опорные пункты и Бирме, глубоководный порт в Пакистане и т.д.

Он извлек для себя немалую выгоду из противостояния России и США после 2003 года и продолжает делать это сейчас. 

Филипп Себий-Лопес (Philippe Sébille-Lopez) — доктор геополитики, специалист по энергетическим вопросам и странам-производителям углеводородов

inosmi.ru

Нефть и политика

«Если хотите разобраться в хитросплетении причин и мотивов, ищите нефть.»

«Совершенно секретно» № 11 2001 г.

Современным миром правят энергия и информация. На безлимитном потреблении энергии зиждется процветание Запада. Кто что бы ни говорил об альтернативных источниках энергии, промышленного значения они не имеют, а старый, добрый энергоноситель — нефть ещё долго останется незаменимым. А колебания её цены —  причиной кризисов и войн. Что же на что влияет — нефть на политику или политика — на нефтяные цены?

I

В конце июля сего года ген. прокурор России В. Устинов сделал официальное заявление о том, что расследование причин гибели атомохода «Курск» закончено. К трагическому концу по озвученной Устиновым версии привёл взрыв учебной торпеды, в движителе которой якобы протекала какая-то прокладка. В общем, никто не виноват, просто — трагическое стечение обстоятельств...  Ну что ж, это не новость. Эта «правильная» версия была обозначена ещё в конце февраля этого года во время приезда в Мурманск В. Устинова и главкома ВМФ В. Куроедова. Взрыв «неправильной» торпеды закрывает дело, позволяет не рассматривать другие версии, о которых писалось в СМИ. Один из адмиралов после такого решения задал вопрос как бы в никуда: а что же всё- таки явилось причиной взрыва торпеды? Похоже, этим уже никто заниматься не будет, следствие закончено, забудьте...

Следствие закончено, а вопросы остаются. В них мы попробуем разобраться, хотя ещё год  назад на вопрос: узнаем ли мы правду о гибели «Курска»? бывший командующий флотилией атомных подводных лодок Северного флота Евгений Чернов ответил: «Всё идёт к тому, чтобы никто не узнал. Иначе как объяснить то, что носовую часть «Курска» собираются резать? Кто-то очень хочет уничтожить единственную улику».

II

Ищите нефть... Чтобы понять, как связана нефть и гибель атомохода, немного порассуждаем о связях России и ОПЕК, ОПЕК и Америки; о влиянии нефти на выборы в Америке, а также о том, что предшествовало трагедии.

Приведу выдержку из статьи « Американский поход на Восток», напечатанной в мае 1998 года: «Нефть является основой, фундаментом так называемой западной цивилизации. Но из всех стран, претендующих на принадлежность к избранному миллиарду, только три — Канада, Англия и Норвегия — могут обеспечить свои потребности собственными ресурсами нефти. Остальные качают нефть из чужих подземных хранилищ... США более половины потребляемой нефти ввозит из-за рубежа... Их внимание сейчас концентрируется на стопроцентном господстве в районе Персидского залива и последующем броске в каспийский регион». Почему так важны отношения со странами ОПЕК? Потому что доля стран ОПЕК в мировой торговле составляет 60%. Они во многом влияют на состояние цены на нефть. А согласно оценкам инвестиционной компании Юнайтед Файненшел Групп, падение цены на нефть на один доллар за баррель приведёт к уменьшению стоимости российского нефтяного экспорта на 100 млн. долларов.

Итак, начало 1998 года. Низкие мировые цены на нефть подрывают российский бюджет, а бывший саудовский премьер предупреждает не радоваться падению цен и обвиняет в кризисе неподконтрольные ОПЕК нефтедобывающие страны. Саудовская Аравия, Венесуэла и Мексика предложили сократить квоты добычи нефти, чтобы стабилизировать рынок.  «Помочь  России может только Ирак, устроив кризис в заливе, а не МВФ с Всемирным банком писала тогда газета «Коммерсант». 1999 год. Цены выросли с 12 до 24 долларов за баррель к концу года и даже подошли к отметке 27 долларов. Тогда эксперты писали, что цены ниже 20 долларов ОПЕК невыгодны, а выше 25 нежелательны, потому что это может привести к сокращению спроса со стороны растущих «азиатских тигров». В феврале 2000 года президент Америки Б. Клинтон заявил о возможности продажи в ближайшее время части стратегических нефтяных ресурсов страны, для того чтобы не допустить дальнейшего повышения цен на нефть на мировом рынке (цена одного барреля составляла тогда 28 долларов). Итак, сокращение добычи нефти странами ОПЕК в 1999 году привело к росту цен, угрожающих Америке инфляцией, что вынудило Вашингтон просить ОПЕК об увеличении квот добычи нефти. Это объясняется политическими причинами: повышение цен на нефть привело к удорожанию нефтепродуктов, что провоцирует недовольство избирателей и отрицательно сказывается на рейтинге кандидата  в президенты Альберта Гора. Но министры шести стран Персидского залива решили не увеличивать добычу, при условии, что рост цен не  будет угрожать мировой экономике.

III

В марте 2000 года Америка усиливает прямой и косвенный нажим на  нефтедобывающие страны с целью вернуть цены к приемлемому уровню. Президента  Клинтона многие конгрессмены обвиняют в пассивности и требуют более решительных действий по стабилизации нефтяного рынка, для чего предлагают уменьшить экономическую помощь и прекратить военные поставки странам ОПЕК, участвующим в искусственном вздувании цен. Применение нового законопроекта разрушит военный союз между США и ведущими нефтедобывающими государствами Залива, прежде всего Саудовской Аравией. А цены на нефть продолжили расти, и превысили отметку в 30 долларов, что вынудило американцев готовиться к удару по Ираку. В начале июля ВВС США нанесли первый бомбовый удар по Ираку.

23 июля вице-премьер Ирака Тарик Азиз провёл переговоры в Москве с президентом России В. Путиным о снятии санкций СБ ООН с Ирака и заручился обещанием о том, что Россия последовательно будет отстаивать позицию на поддержку Ирака, в том числе и в ООН. Россия стала готовить свой флот к походу в Персидский залив. В августе начались учения в Баренцевом море, за ходом которых следили разведки нескольких стран.

10 августа в свой последний поход из Видяево вышел подводный крейсер «Курск», а в 11 часов 12 августа он затонул. После этого Россия вышла из процесса поддержки Ирака в противостоянии с США. Хотя по свежим следам было выдвинуто несколько правдоподобных версий катастрофы, связанных с внешними факторами, их заглушили утверждения,  о пресловутом человеческом факторе — якобы виноваты сами «плохо подготовленные подводники». Например, журнал «Эксперт» 21 августа 2000 года злорадно писал: «Причины же ясны даже детям: наши вооружённые силы не способны справиться с собственным оружием, наиболее реальную и максимальную угрозу они сегодня представляют не для потенциального противника, а сами для себя».

IV

13 августа в газете «МК»  еврейский журналист Александр Хинштейн озвучил версию о столкновении подлодки «Курск» с американской подлодкой «Джимми Картер». «Президент Клинтон якобы заявил в неофициальной беседе, что готов полностью искупить вину. В частности, он предложил России крупную денежную компенсацию, но этим дело не ограничивается. Так Клинтон будто бы отказывается от планов развёртывания ПРО, и согласен на участие российских военных в учениях нестратегических ПРО на американской территории. Одновременно он заверяет, что, если демократы останутся у власти, Белый дом не будет вмешиваться в борьбу Кремля с олигархами и снивелирует «чеченскую кампанию»... Если озвученная нами версия имеет под собой реальные основания, становится понятной та растерянность, которая сквозила в действиях Кремля. Станешь растерянным, когда мир находится на грани вселенского катаклизма. Отсюда и завеса тайны, окутывающая всю ситуацию вокруг «Курска»». 18 сентября тот же «МК» пишет о новой версии, согласно которой наш атомоход потопили торпедной атакой двух подводных лодок типа « Лос-Анжелес». В тот же день газета «Известия» даёт два интересных материала. В первом говорилось о секретном однодневном визите в Москву директора ЦРУ Джорджа Тенета (якобы его встреча с Путиным не затрагивала вопрос «Курска», а шло обсуждение мер по совместной борьбе с международным терроризмом). В другой заметке были представлены 11 версий недавней трагедии в Баренцевом море. В девятой версии говорится о диверсии с расчётом на то, что «катастрофа такого атомохода как «Курск» заставит российское руководство отказаться от военно-морского присутствия в Персидском заливе, а также в целом скажется на активности подводного флота России в Мировом океане».

А цены на нефть продолжают расти, достигнув уровня 32 долларов за баррель. В то же время президент Венесуэлы посетил Ирак в рамках своего турне по странам ОПЕК с целью укрепления картеля. Сразу же после этого, 21 августа, военно-воздушные силы США и Великобритании снова нанесли ракетно-бомбовые удары по объектам на территории Ирака после шестинедельного перерыва..

Что же явилось первопричиной, что заставило взорваться топливо учебной торпеды? Есть много доказательств того, что была атака со стороны американцев с использованием мощного, самого современного оружия. Но такая правда невыгодна, особенно после событий 11 сентября, сделавших Россию и Америку союзниками по антитеррористической коалиции. Поэтому соглашусь с адмиралом Э. Балтиным: «Истинной причины катастрофы мы не узнаем никогда».

 

www.rusrepublic.ru

Нефть и внешняя политика Родина - СССР

Наблюдая за ситуацией в мире за последний год, и перечитывая огромный массив информации в интернет и в свой электронный архив книг, натолкнулся на давно прочитанную книгу, "Нефть и внешняя политика" выжимки из которой и решил выложить в блоге, ввиду того, что все описанное в ней более 60 лет назад, как под кальку ложится на сегодняшнюю действительность. Конечно можно найти эту книгу в интернет, если кому-то захочется прочитать её полностью. Но не каждый желает это читать полностью. Поэтому и появилась эта статья. И так в качестве пролога несколько фраз известных политиков и государственных деятелей:

Ллойд Джордж вновь заявлял:

"Мы не намерены вмешиваться во внутренние дела России. Какое правительство будет у русских - забота самих русских. Пусть даже это будет большевистское правительство. При этом лично мне не нравится никакое их правительство."

12 августа 1919 британский кабинет собрался для обсуждения представленного Керзоном проекта послания Союзникам. В нем говорилось, что британское правительство больше не намерено нести всю тяжесть поддержки антибольшевистских сил. На этом заседании прозвучали высказывания министров Бэрнса и Эддисона о том, что Британия ставит в России "не на ту лошадь". По их мнению - "надо иметь дело с правительством большевиков, а не с разными мелкими республиками или с такими неустойчивыми фигурами как Деникин или Колчак".В завершение этого заседания Ллойд Джордж заявил, что намерен предоставить Деникину последний "пакет" помощи и заявить ему:"Вы владеете всем углем России, достаточными источниками нефти и основными сельскохозяйственными районами. Поэтому мы не можем больше дарить вам помощь, однако намерены торговать с вами на обычных условиях."Ллойд Джордж выразил надежду, что вскоре в России наступит мир, но не восстановление единой России - "Ленин не получит ресурсов, а Деникин не завоюет Москву."Проще говоря - Ллойд Джордж рассчитывал, что вместо большого русского медведя, опасного для Британии, будут два не опасных медвежонка - не воюющих, но враждующих между собой.

Характеризуя экономическое и военное значение нефти, товарищ Сталин говорил: «...вопрос о нефти есть жизненный вопрос, ибо от того, у кого больше будет  нефти, зависит, кто будет командовать в будущей войне. От того, у кого больше будет нефти, зависит, кто будет командовать мировой промышленностью и торговлей. Нефть, после того как флот передовых стран переходит на моторные двигатели, является жизненным нервом борьбы мировых государств за преобладание как во время мира, так и во время войны»[1].

[1] И. В. Сталин. Сочинения, т. 7, стр. 278.

В 1989 году, накануне своей инаугурации, Буш говорил: "Я сказал бы это так: они получили президента Соединенных Штатов, который вышел из нефтегазовой отрасли и который хорошо ее знает".

Как явствует из Cyrus Vance, Hard Choices: Critical Years in America`s Foreign Policy (New York: Simon and Schuster, 1983, pp. 316-20), "Обзор 1021 документа государственного департамента, полученного на основании Акта о свободе информации" свидетельствует о постоянном сопротивлении правительства США более высоким ценам на нефть с 1974 года и далее, включая администрацию Никсона, Форда и Картера. Например, покидающий пост заместитель министра по экономике Уильям Д.Роджерс (администрация Форда) написал длинное частное письмо своему преемнику Ричарду Н.Куперу (администрация Картера), в котором изложил основные международные аспекты экономики и политики США. "Наша нефтяная дипломатия, - отмечал Роджерс, - концентрируется на том, что мы можем сделать, чтобы не допустить роста цен на нефть". Действительно, в последние дни работы администрации Форда Киссинджер встречался с послом Саудовской Аравии для того, чтобы объяснить, что совесть обязывает его выступать против повышения цен по поручению заступающей администрации Картера!". Эта политика была очень выигрышной для США: они, как главный импортер нефти, решали свои проблемы и наносили мощный удар по советской экономике. В то же время, увеличивая свой стратегический запас нефти, были готовы ко всяким неожиданностям.

И сегодня колебание цен на нефть - болезненный процесс для российской экономики.

                                                                   ***Книга английского прогрессивного публициста Майкла Брукса «Нефть и внешняя политика», изданная в 1949 г. в Лондоне, является одной из немногих в зарубежной литературе книг, наглядно показывающих зловещую роль англо-американских нефтяных монополий в подготовке новой мировой войны, а также в угнетении и эксплоатации народов колониальных и полуколониальных стран. Нефть—это взрывчатый материал. Где бы она ни была найдена, куда бы она ни направлялась, она не только приводит в движение механизмы промышленности и транспорта, но является также той искрой, от которой разгораются многие большие пожары. Одно дело использовать нефть в мирных целях, другое дело—превращать ее в средство наживы; последнее обычно вызывает волнения в странах и беспокойство во всем мире. Не мешает напомнить, что нефть играла основную роль в интервенции в Советскую Россию и тормозила признание СССР; нефть была истинной причиной гражданской войны в Мексике; нефть служила помехой эффективным санкциям против Муссолини; нефть в свое время дала возможность Японии победить Китай, а также вести войну против союзников. В настоящее время нефть не только следует по пятам международных событий. Она фигурирует во всех спорах и волнениях, связанных со Средним и Дальним Востоком, она является одним из арбитров в балканской политике, она играет особую роль в странах Латинской Америки и влияет на внутреннюю и внешнюю политику США. Во всех странах, за исключением Советского Союза, господствуют крупнейшие нефтяные монополии. Ни в одной из отраслей промышленности не наблюдается такого неослабного стремления монополий к экспансии, как в нефтяной. Объяснение этому найти нетрудно. С тех пор как нефть стала коммерческим продуктом, она явилась предметом активной спекуляции как на внешних, так и на внутренних рынках. В настоящее время добыча нефти и ее запасы в колониальных и полуколониальных странах приобрели наибольшее значение. Даже Соединенные Штаты Америки, являющиеся крупнейшим производителем и потребителем нефтепродуктов, всегда устремлялись в поисках нефти за пределы своих границ, для того чтобы не дать возможности другим странам разрабатывать нефтяные источники. Нефтяные компании США.

Великобритания как крупная промышленная и морская держава, занимающая третье место среди мировых потребителей нефтепродуктов, полностью зависит от импорта нефти. Английские нефтяные компании развивают свою деятельность только в «тех местах, о которых мы знаем очень мало», где, как правило, нефть является главным источником богатства страны и где владение ею означает политическую власть. Коммерческие интересы нефтяной империи издавна оказывают влияние на стратегию и внешнюю политику Англии в такой же мере, как и Соединенных Штатов. Широко распространенное и обоснованное мнение о том, что за многими высокопарными фразами о принципах внешней политики скрываются интересы нефтяных компаний, является признанием экономического значения и ведущей роли нефти как в мирный период, так и во время войны. [2]

[2] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 30]

В июле 1946 г. Гарольд Икес—министр внутренних дел, руководивший нефтяной промышленностью в период войны, 

заявил, что нефтяная промышленность «фактически может диктовать свои условия конгрессу» и что «настало время решить 

вопрос о том, не управляет ли нефтяная промышленность страной в своих собственных интересах».[3]

[3] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр. 31

В последний год войны для полного удовлетворения потребностей авиации Соединенные Штаты должны были производить не менее 20 млн. тонн горючего в год. Хотя потребности мирного времени, несомненно, значительно ниже, 

тем не менее требования авиации к нефтяной промышленности будут возрастать с каждым годом. [4]

[4] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, Стр.34

Всякая экспансия английских нефтяных компаний и захват ими нефтяных месторождении объяснялись (если вообще давались объяснения) тем, что промышленность и транспорт требуют постоянного притока нефтепродуктов. [5]

[5] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, Стр 50

Империя является благом для немногих и злом для большинства. Она дает возможность наполнять денежные сундуки кучке монополистов, а простым смертным предлагает скудные подачки, которые, однако, дорого им обходятся. Империя не только подчиняет своей власти огромное количество стран и древних цивилизаций, но и на свой народ возлагает также все большие и большие тяготы. Империя несет политическую, экономическую, дипломатическую и военную ответственность за территории, удаленные от нее на тысячи километров. Намерения 

ее часто замаскированы, но всегда зловредны. По мере того как растет сопротивление господству империи, растет и угроза со стороны империалистических сил; 

по мере того как увеличивается радиус действия транспорта и скорость передвижения, создается необходимость в приобретении все большего количества военных баз, расположенных в отдаленных пунктах земного шара для защиты имперских владений.[6]

[6] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 54

Коммерческому и финансовому проникновению всегда предшествовало (а также следовало за ним) политическое и военное вмешательство. Для удержания завоеванного требовалось применение силы внутри и война за пределами империи. Подчиненные страны, как крупные, так и мелкие, превращались в пешки на имперской шахматной доске, а стратегические соображения брали верх над всякими другими.[7]

[7] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 55]

Она построила две морские базы и заключила перемирие с пиратами, которые издавна препятствовали ее торговле и угрожали ее безопасности в этом районе. Заняв твердые позиции в Персидском заливе, она завоевала себе «особое положение» в его водах и вдоль всего побережья. [8]

[8] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 56]

Памятуя о стратегической связи Персидского залива с Индией, лорд Ленсдаун, министр иностранных дел, стяжавший громкую известность в 1916 г. вследствие того, что выдвинул предложение о соглашении с Германией, в начале XX века заявил в палате лордов: 

[9] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 57]

В августе 1919 г. было подписано англо-иранское соглашение, которое дало Великобритании почти официальное право протектората. Немедленно после опубликования соглашения вспыхнуло возмущение и создалась оппозиция, поразившие своей интенсивностью как сэра 

Перси Кокса, так и шаха.  Северные провинции считали центральную власть марионеточным правительством и смотрели на Советскую Россию с еще большим восхищением, чем раньше. 

Иранский Азербайджан был охвачен движением за независимость, и даже племя бахтиаров в южных нефтяных районах заняло враждебную правительству позицию. Чтобы предотвратить ухудшение положения, английские войска должны были занять все важные позиции, военные власти ввели строгую цензуру, а правительство Восуг-эд-Доуле массами ссылало представителей оппозиции, закрывало редакции газет, совершало налеты на студенческие кварталы. 

[10] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 64

Когда полковник царской армии Старосольский оказался не в состоянии подавить восстание в северных районах Ирана, шах совершил новое безрассудство, обратившись с просьбой к англичанам послать свои войска в город Решт. Но волну возмущения нельзя было сдержать ни на севере, ни в центре Ирана; 

С одной стороны, Великобритания предъявила ультиматум, заявляя о своей готовности подавить восстание в северных провинциях только при условии, что ее войска примут активное участие, с другой стороны, имелось предложение представителя Советской России Чичерина отвести русские войска при условии, что то же сделает и Великобритания. 

Восстание Реза-хана 

События приняли драматический оборот. 21 февраля 1921 г. иранский казачий офицер Реза-хан захватил власть в Тегеране. Пять дней спустя англо-иранский договор был официально денонсирован, и в тот же день подписан договор с Советской Россией. Последняя отказалась по своей собственной инициативе от всех прав, которые в течение прошлых десятилетий были предоставлены Ираном царскому правительству России, представлявшей империалистическую державу. Реза-хан уволил всех английских офицеров и советников, распустил обученные и возглавляемые английскими офицерами южноиранские стрелковые части, созданные во время войны, и влил их в национальную иранскую армию. [11]

[11] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 65]

Появление Реза-хана и его первоначальная политика полной независимости и примирения с Советской Россией явились сильнейшим ударом по британскому влиянию и британским нефтяным интересам. Внезапное появление сравнительно сильной государственной власти пришлось не по вкусу нефтяной империи на юге Ирана, так же как и намерение назначить контролера для наблюдения за уплатой причитающихся шаху процентов. 

Поэтому британские агенты ухватились за идею использования недовольства вождей племен на юге, не желавших подчиняться центральному правительству. Англия стала выдвигать план создания южноиранской конфедерации; 

в конце 1921 г. вспыхнуло инспирированное восстание, возглавляемое Мохаммедом Таки-ханом при поддержке войск, состоявших, главным образом, из южноиранских стрелков. 

Англо-персидская компания продавала нефть по пониженным ценам морскому министерству Великобритании и, таким образом, уменьшала доходы концессионеров. Не кто иной, как Уинстон Черчилль, невольно подтвердил справедливость последнего обвинения в своей 

книге «Мировой кризис», в которой сказано: 

«Контракт на снабжение нефтепродуктами дал возможность правительству получить в свою пользу разницу между ценой нефти по контракту и рыночной, выразившуюся в сумме около 7500 тыс. фунтов стерлингов». Эта сумма в три с половиной раза превышала сумму, уплаченную английским правительством за акции, купленные у Англо-персидской нефтяной компании. [12]

[12] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 67]

Реза-хан определенно взял курс на достижение большей политической самостоятельности Ирана путем внутреннего накопления сил и использования разногласий между Великобританией и СССР, с учетом позиции Соединенных Штатов—потенциального партнера, держащегося в тени. С другой стороны, он был полон решимости сохранить, насколько возможно, старинные привилегии землевладельцев и других имущих классов. 

Полуфеодальный характер политики Реза-хана и систематическое культивирование антирусских настроений создали к 1930 г. базу для англо-иранских отношений. Первый фактор гарантировал должное отношение к концессиям Англо-персидской нефтяной компании, а второй создавал возможность опереться в области внешней политики на мощную державу. [13]

[13] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 71]

7 декабря 1932 г. газета «Тайме» заявила, что бедному Ирану не только угрожает финансовый крах, но что, кроме того, разбойники с большой дороги проникли в районы, граничащие с южными концессиями. Через некоторое время британские военные корабли и торпедные катеры появились в Персидском заливе для того, чтобы не осталось и тени сомнения в том, что Великобритания весьма серьезно намерена поддерживать требования Англо-персидской нефтяной компании. Все это служило предостережением для колониальных и полуколониальных стран, где имелись аналогичные концессии, ибо потеря престижа в Иране могла иметь для Великобритании очень серьезные последствия.[14]

[14] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 77]

Иран превратился в фашистский аванпост и трамплин для нападения на Советский Союз. Только благодаря требованию, обращенному Советской Россией к Ирану через месяц после того, как на нее напала нацистская Германия, была устранена опасность, угрожавшая СССР со стороны его южных границ. Вступление Советской Армии в Иран 25 августа 1941 г. находилось в полном соответствии со статьей 6-й советско-иранского договора от 26 февраля 1921 г(подтвержденного в 1927 г.), дававшей советскому правительству «право ввести свои войска на территорию Персии, чтобы, в интересах самообороны, принять необходимые военные меры» в случае попытки «превращать территорию Персии в базу для военных выступлений против России». [15]

[15] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 78]

Присутствие в Иране британских и американских войск не было законно обосновано, так как между этими странами и Ираном не существовало соответствующих договоров. Советский Союз поддержал просьбу Великобритании, в результате чего 29 января 1942 г. был подписан договор между СССР, Великобританией и Ираном, давший юридическое обоснование для пребывания британской армии в Иране. Военные силы США находились в Иране в период всей войны без всякой санкции такого рода. [16]

[16] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 78]

Американские советники, количество которых доходило до семидесяти пяти, впервые прибыли в Иран в 1943 г. Летом 1944 г. к ним присоединились два нефтяных эксперта—Герберт Гувер младший и А. А. Кэртис, имевшие официальное указание Вашингтона «давать советы по вопросам, связанным с нефтью». Их задача, однако, была более точно определена бюллетенем государственного департамента (23 июля 1944 г.), в котором было сказано, что они «должны немедленно обратить внимание на вопрос о возможности получения нефтяных концессий в Иране». Они посоветовали премьер-министру Ирана Саеду вступить в переговоры с нефтяными компаниями Америки и отклонить предложение СССР. [17]

[17] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 79]

В основе стремления англичан и американцев завоевать большее влияние в Иране после окончания войны лежат различные соображения. 

Во-первых, удельный вес Ирана в мировой добыче нефти увеличивается очень быстро; 

во-вторых, эксперты считают, что на Среднем Востоке имеются крупнейшие в мире нефтяные запасы и что первое место по нефтедобыче на этой территории занимает Иран; 

Справка на сегодняшний день

Нефтяные и газовые месторождения Ирана

[Разведанные запасы нефти Ирана составляют около 95 млрд. барр., или почти 9% мировых. При условии применения новейших технологий этот показатель, по оптимистичным оценкам, может возрасти до 130 млрд. барр. Объем нефтедобывающих мощностей в стране в настоящее время оценивается иностранными экспертами примерно в 3,75 млн. барр. в сутки, что выше установленной для Ирана в рамках ОПЕК индивидуальной квоты добычи (3406 тыс. барр. в сутки). По объему запасов природного газа (24 трлн. куб. м, или почти 16% мировых) Иран уступает только Российской Федерации.

Иранская нефтяная промышленность требует срочной модернизации. Потери в добыче нефти (depletion rate) в настоящее время оцениваются примерно в 250 тыс. барр. в сутки. Для стабилизации ее уровня на действующих месторождениях необходимо шире применять методы повышения отдачи пласта (включая закачку воды и газа). Базируясь на прогнозах роста мирового спроса на нефть, планируется в перспективе увеличить нефтедобывающие мощности до 7,30 млн. барр. в сутки. Добываемый попутно с нефтью и до сих пор обычно сжигаемый в факелах газ будет использоваться для нужд экономики.

Недавно в Хузестане была введена в эксплуатацию одна из самых современных нефтехимических установок страны. С развитием в последующие годы нефте-, газодобычи и нефтехимии резко возрастают потребности Ирана в модернизации предприятий данных отраслей. Для зарубежных фирм, предоставляющих капиталы и ноу-хау, открываются в этом плане большие возможности, а Иран, со своей стороны, как считают, должен предпринять необходимые внутриполитические шаги. 

* * *

В 2001 году Конгресс США принял решение продлить еще на пять лет экономические санкции против Ирана и Ливии. В соответствии с санкциями, срок действия которых должен был истечь в августе 2001 г., США могут налагать взыскания на иностранные компании, инвестирующие более 20 млн. долл. в развитие нефтегазовых отраслей этих стран. Санкции против Ирана и Ливии действуют с 1996 г., и с этого времени администрация США лишь в одном случае отказалась от их применения против иностранных нефтяных компаний, нарушивших запрет на инвестиции.

С резким осуждением данного решения выступила Европейская комиссия. Ее представитель заявил, что в случае применения штрафных санкций в отношении западноевропейских фирм ЕС будет добиваться их отмены через ВТО] 

в-третьих, район Персидского залива не только не утратил своего стратегического значения, 

но стал играть еще большую роль, став аэродромом и одновременно барьером на пути в Индию, Австралию и на Дальний Восток; 

в-четвертых, поскольку Юго-Восточная Европа должна быть сброшена со счетов как удобный плацдарм для военных планов, направленных против Советского Союза, нужно готовить для этой роли Иран, имеющий общие границы с СССР, и, наконец, демократическое движение в Иране может иметь очень серьезное влияние на Индию, расположенную к востоку 

от Ирана, а также на Ирак и другие страны, расположенные к западу от Ирана.[18]

[18] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 80]

Нельзя не солидаризироваться с иранской газетой «Рахбар», которая спрашивала: 

«Не с помощью ли группы английских магнатов—королей нефти, которые сидят на троне, 

сделанном из костей колониальных народов — пришло к власти правительство господ Эттли и Бевина?» 

«Манчестер гардиан» в номере от 8 августа 1946 г. цитировала сообщение этой же газеты, 

в котором указывалось на продолжавшиеся аресты вождей профсоюзного движения в Хузестане, южной провинции Ирана,

где находятся нефтеперегонные заводы Англо-иранской нефтяной компании. 

Истинные подстрекатели беспорядков, происшедших 14 июля на Абадане—острове в Персидском заливе, 

на котором расположены нефтеперегонные заводы, оставались на свободе. 

Газета выражала недовольство тем, что руководители профсоюзов, арестованные в Ахвазе (коночный пункт

нефтепровода абаданских промыслов), были преданы военному суду, между тем как настоящим виновникам 

беспорядков на Абадане была предоставлена возможность «встречи в Басре с полковником Ундервудом, который 

обещал им вооруженную поддержку для нападения на клубы профсоюзов». Газета указывала также, что за рекой Шатт-эль-Араб в Ираке находятся индийские войска и что военный губернатор Абадана регулярно встречается с английскими представителями, «от которых он получает инструкции». 

Когда британское министерство иностранных дел выпустило коммюнике, намекавшее на необходимость вмешательства в дела Южного Ирана в случае «чрезвычайных обстоятельств», иранское правительство выразило Англии официальный протест. Принц Муззавер Фируз—министр труда—заявил, что «присутствие британско-индийских войск в Басре, казалось бы, находится в соответствии со статьей четвертой англо-иранского договора, 

но договор предусматривает посылку английских войск только при условии наличия опасности войны». Нельзя не обратить внимания на то, что традиционная имперская политика приняла наиболее отвратительную форму как раз в поворотный момент истории Ирана,— когда его правительство предприняло первую попытку введения социального законодательства и демократических прав, и страна на основе этой прогрессивной программы готовилась к выборам. [19]

[19] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 86]

Журнал «Нью стейтсмен энд нэйшн», к сожалению, прав, когда он дает следующую оценку политики Бевина на Среднем Востоке: 

«Он [Бевин] очень часто говорил о своей решимости поднять жизненный уровень феллахов и необходимости притеснения богатых эффендиев [1], которые извлекали большую выгоду от пребывания американских и английских войск на Среднем Востоке во время войны. Но его слова расходятся с делами. Какие бы доводы ни приводил Бевин в свое оправдание, он фактически проводил политику, благоприятную для Англо-иранской нефтяной компании. Каждый разумный человек, наблюдающий действия Бевина за то время, как он находится у власти, может заключить, что он продолжает старую традиционную имперскую политику, направленную против России. 

Если Бевину удастся втянуть США в средневосточные дела, он, конечно, может усилить этим свою позицию в переговорах с арабскими властителями и политиками. Но для поднимающейся мелкой буржуазии и для зарождающихся профсоюзов—единственных представителей масс—появление англо-американского блока под эгидой лейбористского правительства послужит только подтверждением того, что британский социализм является обманом и что настало время искать других, более революционных союзников»[2]. 

[1[ Феллахами называют в Аравии оседлых земледельцев, являющихся классом, 

эксплоатируемым правящей верхушкой арабских скотоводов—эффендиями. (Прим. ред.) 

[2] «New Statesman and Nation», July 27 th, 1946.

ЗНАЧЕНИЕ ИРАНСКОГО АЗЕРБАЙДЖАНА 

Ворота в Россию 

Взгляд на карту убедительно показывает, что Северный Иран является удобным плацдармом для нападения на южные республики Советского Союза. Иран является самым непосредственным соседом России, тогда как от Великобритании Иран отделяют 3200 километров. 

Для Советского Союза Иран, начиная с 1918 г., всегда являлся реальной и потенциальной угрозой; 

для Великобритании Иран был и остается, в первую очередь, стратегическим плацдармом и территорией, на которой имеется нефть. 

К сожалению, это—далеко не абстрактные рассуждения. В конце войны 1914—1918 гг. Великобритания продемонстрировала молодому Советскому государству, как велико значение Северного Ирана. 

Полный развал армии царской России послужил сигналом для германо-турецкого наступления. 

15 апреля 1918 г. Турция оккупировала Батуми, в мае-июне немцы оккупировали Тбилиси и Тавриз. Донесения генерала Людендорфа ясно подтвердили, что целью этого наступления была нефть. [20]

[20] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 88]

Подлинной целью англичан был захват Баку и Тбилиси; 

они рассчитывали, что «сознательные элементы» Азербайджана и Грузии помогут им отрезать нефтяные промыслы от Советской России. 

Во время судебного процесса в Москве в 1924 г. Борис Савинков, деникинский агент в Париже и Лондоне, который много раз встречался с Уинстоном Черчиллем, заявил: 

«Англичане часто и настойчиво повторяли мне, что было бы желательно создать независимый Юго-восточный Союз, состоящий из Северного Кавказа и Закавказья; 

они говорили, что этот Союз будет только началом, что позже должны будут присоединиться Азербайджан и Грузия. Во всем этом я чувствовал запах нефти». 

До 1933 г. Иран получал керосин и бензин для внутреннего потребления из СССР, так как транспортировка нефтепродуктов с южных промыслов Англо-персидской нефтяной компании была очень сложна и обходилась невероятно дорого. Нельзя не отметить, что постоянные просьбы о предоставлении прав на разведку и бурение в Северном Иране являлись только предлогом для засылки агентов в эти районы, а также для того, чтобы предотвратить возможность разработки и эксплоатации нефтяных ресурсов Северного Ирана Советским Союзом. 

Это еще больше бросается в глаза за последнее время, ибо в ход было пущено все то, что давало возможность использовать проблему Северного Ирана в целях вовлечения союзных держав в конфликт с Советским Союзом. [21]

[21] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 93]

Как выразился Филиппс Прайс, член английского парламента, «создалось опасное положение в силу того, что Россия поддерживает создание автономного режима и проведение реформ в Иранском Азербайджане, между тем как англичане и американцы поддерживают наиболее реакционные элементы в стране» [1.] 

Во время оккупации союзниками Ирана правительство в вопросах внутренней политики фактически придерживалось двух противоречащих друг другу линий. 

В советской зоне преследования профсоюзов и рабочих партий были, естественно, прекращены; 

в результате этого эксплуатация, конкуренция, взяточничество и коррупция уменьшились, а социальная помощь и гражданские свободы были расширены. 

Между тем в других районах царили все те же злоупотребления, безудержная нажива и беспредельная коррупция. Старые методы покоились на старых устоях, и за время английского и американского господства не произошло никаких перемен ни в политике, пи в промышленности.[22]

[22] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 95]

На севере имели достаточно оснований опасаться, что успехи демократического движения будут немедленно ликвидированы, что в северные районы вторгнутся враждебные им военачальники и племена, которые только и ждут ухода Советской Армии. 

Иностранные наблюдатели не могли не быть заинтересованы в крушении надежд Иранского Азербайджана, ибо это наносило удар демократическому движению во всем Иране; 

они не могли также не быть заинтересованы в том, чтобы Северный Иран вновь превратился в потенциальный плацдарм против Советского Союза. Дипломатия атома и нефти не упускала из виду стратегического и экономического значения Северного Ирана. [23]

[23] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 96]

В то время как в Организации Объединенных наций шли дебаты, клеветнические слухи против Советского Союза продолжали распространяться. 

12 марта государственный департамент США объявил, что «советские вооруженные силы передвигаются на юг, по направлению к Тегерану и к западной границе Ирана». 

А позже государственному департаменту уже мерещились советские танки, направлявшиеся в глубь Ирана. 

Несколько дней спустя английское радио сообщило, будто иранский военный министр заявил, 

что советские войска находятся в 37 километрах от Тегерана и что иранская армия будет сражаться до последнего человека и каждый, от мала до велика, будет защищать город. Когда стало ясно, что вся эта грубо состряпанная информация является от начала и до конца сплошным измышлением, «Дейли телеграф» заявила, что «иранский премьер придерживается мирной политики и, хотя располагает информацией о военных действиях России, старается не фиксировать внимания на этом печальном факте, чтобы не вызвать недовольства Кремля». 

Что скрывалось за всей этой шумихой? Беглого взгляда на соотношение сил было достаточно, чтобы увидеть—хотя это и было весьма неожиданно и неприятно для некоторых людей,—что мощь и авторитет Советского Союза сильно возросли. В материальном и моральном смысле соотношение социализма и капитализма изменилось в пользу первого. 

Поэтому важные проблемы, стоящие перед СССР и Ираном, изображались за границей как крупные разногласия, угрожающие миру и безопасности,—и все это для того, чтобы обвинить Советский Союз в нарушении установленного порядка разрешения международных вопросов. Северный Иран был отдаленной страной, о которой большинство людей знало очень мало или совсем ничего не знало; 

его использовали в качестве орудия против Советского Союза. Кроме того, было очень важно отвлечь внимание международного общественного мнения от восстановления реакционных 

режимов в Греции и Индонезии, а также от факта попустительства фалангистскому режиму в Испании. 

Поэтому не было ничего удивительного в том, что, пока Организация Объединенных наций обсуждала принципиальные вопросы, американские и английские нефтяные компании продолжали обсуждать проблемы нефти. Компании эти подготовили весьма хитроумный план, заключавшийся в том, что где бы ни были обнаружены запасы нефти, над ними должен был быть немедленно установлен своего рода международный контроль.

Они, однако, были достаточно предусмотрительны, чтобы не предлагать распространение этого контроля на уже распределенные между ними источники нефти, так как благодаря такой системе контроля были бы задеты их инте-ресы, в частности интересы Англо-иранской нефтяной компании в Южном Иране. Их план не распространялся на южные районы, зато он предоставлял им преимущество на севере—в случае открытия и эксплоатации.[24]

[24] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 98]

Тогдашний министр иностранных дел Ирана принц Фируз [1] сказал о нефтяном соглашении следующее: 

«Оно не противоречит закону. Я признаю, что иранское правительство но может предоставлять нефтяные концессии 

и что это не концессия. Это создание смешанной компании» [2]. Проект договора, который должен был быть ратифицирован меджлисом не позднее чем через четыре месяца после 4 апреля 1946 г., предусматривал создание смешанной советско-иранской нефтяной компании, не являющейся исключительно иностранной монополией, которая ставит своей целью разведку и разработку нефтяных источников Северного Ирана. В течение первых 25 лет существования компании соответствующие доли участия иранского и советского правительств должны были составлять 49 и 51%, а затем, в последующий период, по 50%. Советское правительство брало на себя обязательство обеспечить компанию техническим оборудованием и квалифицированным персоналом, а также производить подготовку кадров. Иран, со своей стороны, предоставлял свои нефтяные ресурсы. Доходы должны были распределяться в соответствии с участием каждой стороны, а через 50 лет иранскому правительству предоставлялась возможность купить все акции, принадлежащие Советскому Союзу, или продлить договор с компанией. За безопасность территории концессии в течение всего периода существования компании должна была отвечать иранская вооруженная охрана—явление новое в истории нефтяных концессий Ирана! 

Принятие этих условий означало бы для Ирана развитие его промышленности и экономики при полном соблюдении его суверенитета и независимости. Но как бы ни были велики эти выгоды для полуобанкротившегося Ирана, определенные круги были полны решимости похоронить это соглашение еще до того, как оно родится. 

Значительным влиянием—чтобы не сказать больше пользовался в этих кругах Джордж Аллен, американский посол в Иране, чей намек на «необходимость сопротивления русским требованиям» о создании смешанной советско-иранской нефтяной компании послужил для иранского премьера своего рода шпаргалкой.

22 октября 1947 г. иранский меджлис отказался ратифицировать соглашение. Вслед за заявлением о том, что нефтяные концессии не будут предоставляться иностранным компаниям,— о существующих в Иране иностранных концессиях не было сказано ни слова,—последовало заявление о создании иранской корпорации, основной задачей которой является разработка нефти Северного Ирана. Факт скрытого участия в этом деле крупного американского капитала никогда и никем не был опровергнут. [25]

[1] Принц Фируз был в то время парламентским заместителем премьера по политическим вопросам. (Прим. ред.) 

[2] «Times», April 6 th, 1946. 

[25] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 100]

За период 1936—1938 гг. в Ираке произошел ряд дворцовых переворотов. Антибритански настроенные политические деятели в армии и правительстве смело выдвинулись на первый план. До известной степени они были действительно недовольны британским правлением; 

в то же время они преследовали свои собственные честолюбивые цели, организуя восстания племен и заигрывая с фашизмом. Еще раз Великобритания потерпела неудачу, так как она не имела намерения поощрять, даже косвенно, давление народа на шейхов и помещиков. [26]

[26] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 115]

Во время второй мировой войны в Ираке стали сказываться результаты английской политики. Дело было не только в том, что Англия столкнулась лицом к лицу с антибритански настроенными высшими чиновниками, находившимися у власти,—политика ограничений, проводившаяся Иракской нефтяной компанией, также принесла свои печальные плоды. Двойной нефтепровод, соединяющий Киркук со Средиземным морем, был построен для транспортировки иракской нефти, количество которой было ограничено картельным соглашением до 4 млн. 

тонн в год. Правительство Виши в Сирии потребовало закрытия нефтепровода длиной в 850 километров, идущего в Триполи, а вступление Италии в войну почти прекратило движение танкеров в Средиземном море. В основе всех этих неудач лежали, однако, одни и те же причины: монополия, политика «умиротворения» и политика ограничений, проводимая картелями. [27]

[27] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 116]

Саудовская Аравия выдвигается на первый план 

Около двух лет назад разразился еще один нефтяной кризис, взволновавший прессу и общественное мнение Соединенных Штатов. Опять, как и после первой мировой войны, было официально объявлено, что американские нефтяные ресурсы расходуются с такой быстротой, что через пятнадцать лет не только придется в огромном количестве импортировать нефть в Соединенные Штаты, но и нефтяные скважины на территории США будут полностью истощены. Как и в прошлый раз, эта ложная тревога была официально поднята для того, чтобы извлечь максимальную выгоду из все более укрепляющегося положения США на мировой арене. К тому времени, когда панические крики стихли, нефтяные компании достигли своей цели. Общественное мнение Америки было подготовлено к тому, чтобы поддерживать фирмы «Стандард ойл», «Галф ойл» и «Тексас ойл» в их наступлении на Среднем Востоке, и в особенности в Саудовской Аравии. Конечно, было уже давно известно, что Саудовская Аравия располагает огромными запасами высококачественной нефти. [28]

[28] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 118]

В июне правительство США создало «Петролеум резерв корпорэйшн». Ее основные задачи были сформулированы Икесом, возглавлявшим во время войны администрацию по вопросам нефти, в его выступлении в Чикаго 11 ноября 1943 г.: «Ввиду того что частный капитал не в состоянии в полной мере установить и поддерживать национальные позиции в этой области, может оказаться необходимой правительственная помощь и участие. «Петролеум резерв корпорэйшн» будет служить этим целям, когда в этом будет необходимость». 

Два месяца спустя Колльерс и Роджерс добились того, что их устремления стали выдаваться за государственную политику. Под заголовком «Наши нефтяные запасы истощаются» министр внутренних дел (этот пост также занимал Икес) писал: 

«Капитал нефтяной империи устремляется на Средний Восток—к Персидскому заливу и странам, прилегающим к нему, таким, как Аравия, Ирак, Иран, Кувейт, Бахрейн и, пожалуй, даже Афганистан. И нельзя сказать, что он «движется на верблюде». 

Далее он обрисовал «внешнюю политику по вопросам нефти» и упомянул, что именно такая политика нужна для того, чтобы поддержать «Стандард ойл» и «Тексас ойл» в Саудовской Аравии. 

1 февраля 1944 г. Американская техническая миссия по вопросам нефти, объездившая Средний Восток, представила свой доклад президенту и директорам «Петролеум резерв корпорэйшн». 

В докладе говорилось: «Центр тяжести мирового нефтяного производства передвигается из района Мексиканского залива —Караибского моря на Средний Восток, в район Персидского залива, и возможно, что он будет продолжать передвигаться, пока прочно не установится в этом районе». [29]

[29] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 119]

Средний Восток становился общей территорией. Во вторых, американский президент должен 

был учитывать арабские интересы, и поэтому государственный департамент все меньше и меньше оказывал поддержку сионистскому движению. Выход для арабской нефти стал основой внешней политики США. [30]

[30] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 122]

Средний Восток дает сейчас около 25 млн. тонн нефти в год. Это равняется довоенному импорту всей Европы. Согласно последним определениям, запасы нефти на Среднем Востоке составляют примерно 3 млрд. тонн. В силу этого Средний Восток является самым крупным потенциальным источником снабжения нефтью в будущем, не исключая и Соединенных Штатов. Контроль над всей текущей добычей нефти находится исключительно в руках английских и американских компаний. 

Добыча нефти на Среднем Востоке - карта месторождений. Наши дни

Что касается запасов как действительных, так и предполагаемых, то американские нефтяные компании владеют примерно 42% запасов нефти на Среднем Востоке. Концессии, принадлежащие английским и американским нефтяным компаниям, распространяются фактически на весь Средний Восток. [31]

[31][Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 126]

Нефть рассматривают как техническую и экономическую проблему (что, конечно, соответствует действительности), как объект экономического и политического соперничества (что само собой очевидно). Но ее не рассматривают как неотъемлемую часть политических и стратегических планов—планов подготовки баз для агрессии и войны. 

Симптоматично, что за последние годы одной из характерных черт разработки запасов нефти на Среднем Востоке явилось параллельное создание сети авиационных и военноморских баз, охватывающих район от Южной Аравии до Северного Ирана и Турции. Не случайно, что в то время как отделы пропаганды нефтяных компаний трубили о несомненных технических достижениях своего персонала, покров тайны окружал военные сооружения, которые стали теперь неотъемлемой частью средневосточного пейзажа.[32]

[32] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 128]

По мере того как с каждым днем становится яснее, что монополисты Уолл-стрита все больше и больше склон- 

ны рассматривать войну и подготовку к ней как разрешение социальных и экономических проблем, стоящих перед 

американским капитализмом, уроки второй мировой войны приобретают все большее значение. По мере того как с каждым днем становится яснее, что подготовка к войне против Советского Союза и стран

.народной демократии становится одной из основных черт американской политики, как внутренней, так и внешней, 

изучение вопроса о роли Среднего Востока в такой войне становится все более необходимым. 

наступление немецких сухопутных армий на Египет, совпадение этого наступления с восстанием Рашид Али в Ираке и сопротивлением вишийских войск в Сирии; непосредственная связь между военными операциями стран «оси» в Западной пустыне и попыткой фашистского переворота в Ираке,—все эти факты приводят к одному неизбежному заключению: 

никакое нападение на Советский Кавказ, даже базирующееся в Турции, невозможно без соответствующих баз в Сирии и Ливане и без прочного тыла в Египте, Палестине и Ираке. [33]

[33] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 129]

Точно так же греческие кампании 1941 и 1944 гг., итальянская и сицилийская кампании во время второй мировой войны показали, что при наличии враждебного тыла военные операции в этих странах зависят в большой степени от того, как налажено снабжение из Среднего Востока и Северной Африки, и от наличия там авиационных баз. Англо-американскому империализму необходимо удержать свои военные базы. А на Среднем Востоке эти базы неизбежно связаны с нефтью. Этим и объясняется некоторая кажущаяся непоследовательность в англо-американской политике. 

Между Англией и Америкой на Среднем Востоке существует соперничество как из-за нефти, так и из-за других вопросов. Это соперничество принимает иногда острую форму как в области экономики (например, нарушение соглашения о «красной линии» компаниями «Стандард ойл» и «Сокони-Вакуум»), так и в области политики (например, частые трения между издавна враждебными друг другу Абдуллой в Трансиордании, поддерживаемым англичанами, и Ибн-Саудом в Aравии, поддерживаемым американцами). Эти трения частично объясняют беспомощность Арабской лиги в целом ряде вопросов, с которыми она сталкивалась. Тем не менее, как бы ни казались значительны эти стычки и противоречия, это соперничество—все они отступают на задний план перед повелительной необходимостью для англо-американских монополистов и их ставленников—реакционных князьков и их марионеток—поддерживать единый фронт против демократического национально-освободительного движения арабских народов. 

Жестокие репрессии и террор против деятелей арабского прогрессивного движения и профсоюзов объясняются, как и в других странах, экономическими, а также стратегическими и политическими соображениями. Так как всякое повышение жизненного уровня арабских народов может иметь место только за счет уменьшения прибылей корпораций и отчислений, выплачиваемых феодальным правителям, требование предоставления независимости, которое сегодня тесно связано с борьбой за лучшие условия существования, является прямой угрозой англо-американской империалистической политике подготовки войны. 

Растущее народное движение в арабских странах и усиление кризиса англо-американского империализма являются причиной возобновления ожесточенной борьбы против арабских народов, а также новой тактики Англии и Америки в Организации Объединенных наций и в самих арабских странах; 

этим же объясняются: антикоммунистическая конференция в Блаудейне; 

англо-иракский договор, англо-трансиорданский договор, американо-иранский договор; 

предложения за и против раздела Палестины; 

вторжение в новое еврейское государство вооруженных англичанами арабских армий; 

признание этой политики Соединенными Штатами де-факто, несмотря на официальные протесты. 

Средневосточные нефтяные ресурсы и их разработка приобретают, таким образом, новое и беспрецедентное значение в современном мире. 

И, наконец, английские и американские капиталисты, владеющие нефтяными ресурсами Среднего Востока, пытаются использовать это преимущество для того, чтобы тормозить восстановление разрушенных войной районов Советского Союза и стран народной демократии путем отказа им в поставках, которые облегчили бы выполнение их задачи. [34]

[34] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 130]

Ротшильды уже давно были заинтересованы в нефти, особенно в русской. Начиная с 1883 г. они владели частью добываемой на Кавказе нефти через свои фирмы «Каспиан-Блэк си компани»

(Каспийско-Черноморская компания) и «Мазут компани». Ввиду того что и «Ройал датч» и Ротшильды опасались соперничества американского колосса, который захватывал все рынки, было естественно, что они стали компаньонами. В будущем связь «Ройал датч» со знаменитым банкирским домом Ротшильда помогала ей одерживать победу во многих стычках со «Стандард ойл». [35]

[35] [Нефть и внешнеяя политика.Майкл Брукс.1949, стр 140]

Во время второй мировой войны, как и во время первой, союзники, возможно, всплыли на гребне нефтяной волны к победе, как заявил некогда Клемансо, но вскоре эта же волна может повлечь мир к катастрофе, если своевременно не будут приняты меры предосторожности. Вышеупомянутое соглашение является шагом по неправильному пути, потому что оно маскирует махинации частных нефтяных компаний Соединенных Штатов и Англии. 

Слишком долго нефть играла зловещую роль в политике, и она будет продолжать играть эту роль и в дальнейшем, если не прекратить этого силой. Лейбористское правительство должно было бы не только отказаться участвовать в таком договоре, но и поддержать требование национализации нефтяных ресурсов. Оно должно было бы открыто приветствовать мероприятия, которые привели бы к возвращению нефтяных ресурсов на Среднем Востоке и в Индонезии национальным правительствам. Для Англии, так же как и для Соединенных Штатов, этот вопрос имеет чрезвычайно важное значение. Если положение не изменится, то обе эти страны будут попрежнему продолжать жестокую борьбу во имя интересов частных нефтяных компаний. 

Контроль над нефтяной промышленностью, осуществляемый повсюду национальными правительствами, отмена собственности иностранных частных компаний явятся залогом подлинной независимости стран, обладающих нефтяными ресурсами, и устранят повод для обострения международных отношений. Это не означает, что потребность Англии в нефти 

не будет удовлетворена. Напротив, те нации, которым Англия окажет поддержку в их стремлении владеть своими собственными нефтяными ресурсами и пользоваться ими, станут для нее значительно лучшими компаньонами в торговле и внешней политике. Если интересы частных нефтяных компаний и международная политика не будут больше связаны друг с другом—огромный шаг будет сделан в сторону мира и безопасности в нашем подвергающемся тяжелым испытаниям мире. 

При частичном и полном копировании или перепосте, активная ссылка на http://cccp-revivel.blogspot.com/ обязательна (с)

cccp-revivel.blogspot.ru

Нефть США - инструмент большой политики

Недавно Энергетический департамент США обнародовал сообщение о том, что в 2012 году объемы добычи нефти в стране увеличатся на 7 процентов. Америка открывает недра и пересматривает энергетическую политику, отмечают эксперты.

Если производство нефти и других жидких углеводородов будет расти теми же темпами, Штаты через пару лет догонят по этим показателям Саудовскую Аравию. По мнению аналитиков Международного энергетического агентства, уровень добычи нефти в Саудовской Аравии останется неизменным вплоть до 2017 года. В то же время США намерены ускорить разработку крупных месторождений нефти и газа — в частности, на Аляске.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Кроме того, американские горнодобывающие кампании будут наращивать добычу цветных и редкоземельных металлов, чтобы снизить зависимость промышленности Штатов от импорта. В 2010 году были открыты крупные залежи редкоземельных металлов на американском континенте. Два месторождения, которые расположены в штатах Айдахо и Монтана способны покрыть потребности страны. По мере освоения США новых месторождений Китай будет терять монополию на добычу и продажу РЗЭ. Однако главной сенсацией стал значительный рост добычи “черного золота” в США. Успехи нефтяников объясняются внедрением технологии горизонтального бурения, которая значительно ускоряет добычу нефти.

США обладают богатейшими нефтяными месторождениями — в стране их насчитывается около 35 тысяч. Среди них выделяют 300 гигантских месторождений (начальные используемые запасы нефти — более 13 миллионов тонн) и 5 сверхгиганстких (более 300 миллионов тонн нефти). Америка занимает 12-е место в мире по объему рентабельных разведанных запасов “черного золота”.

Однако США — еще и крупнейший мировой потребитель нефти: Штатам нужно 23 миллиона баррелей в день. Начиная с 1972 года объемы добычи “черного золота” начали снижаться. К 1995 году добыча США составляла 368 миллионов тонн в год, а в 2000 году — 350 миллионов. Тогда в страну потекли потоки дешевой нефти из-за рубежа.

В 2002 году после терактов 11 сентября США стали крупнейшим в мире производителем нефти. На это их вынудило резкое сокращение добычи “черного золота” в Саудовской Аравии из-за снижения цен на него. Затем американские нефтяные показатели несколько опустились. После катастрофы на платформе BP в Мексиканском заливе 20 апреля 2010 года Барак Обама подверг критике энергетическую политику США. Президент назвал такую политику нежизнеспособной, подчеркнув при этом, что зависимость Штатов от иностранной нефти слишком сильна. В феврале 2012 года президент вновь коснулся этой темы в своем выступлении в Майами. Обама отметил, что удовлетворение потребностей США в энергоресурсах во многом зависит от событий в мире — таких, как беспорядки на Ближнем Востоке, давшие толчок спекулятивным операциям на Уолл-стрит. Он также заявил, что американским ученым и инженерам необходимо прорабатывать другие варианты — например, освоение солнечной и ядерной энергии, а также биотоплива, сообщает “Голос Америки”.

Однако об отказе от использования углеводородов пока речи не идет. Напротив, в последние три-четыре года ситуация резко поменялась: в США начался “нефтегазовый бум”. В нынешнем году Америка вернулась к уровню 14-летнего максимума по добыче “черного золота” (максимальный показатель был зафиксирован в 1998 году). В ближайшем будущем Америка может распечатать нефтяные резервы, которые были созданы в 1997 году.

Причины изменения политики Вашингтона в нефтегазовой сфере как минимум две. Во-первых, США заинтересованы в снижении зависимости от импорта энергоносителей из нестабильных государств Ближнего Востока. Во-вторых, увеличение объемов добычи нефти, газа и редкоземельных металлов внутри страны тесно связано с изменениями конъюнктуры мировых цен на полезные ископаемые. Сейчас Вашингтон и Эр-Рияд не скрывают своей заинтересованности в длительном снижении цен на нефть. Для России такой сценарий является крайне нежелательным.

Кроме того, Вашингтон пытается ослабить позиции Ирана, одного из крупных экспортеров нефти и газа. В сентябре министр нефтяной промышленности Али аль-Найми заявил, что Саудовская Аравия всерьез обеспокоена ростом цен на черное золото. В то же время Белый дом приветствовал инициативы Эр-Рияда, направленные на их последующее снижение.

Впрочем, увеличение добычи “черного золота” в Штатах вряд ли приведет к открытию экспорта на мировой рынок нефтепродуктов из США, считают аналитики. Дешевая нефть необходима США для удовлетворения огромных потребностей внутреннего рынка. Так или иначе, согласованные действия Саудовской Аравии и Америки, направленные на регулирование цен на нефть, скорее всего, приведут к потрясениям на мировых рынках, которые могут быть уже не за горами.

 

Источник: «Нефть России»

csef.ru

Нефть и политика | shafranik.ru

Сегодня топливно-сырьевой фактор оказывает мощное влияние на многие политические процессы на мировой арене. Обладающая серьезной ресурсной базой Россия не может не испытывать на себе определенное давление. Как нам выстраивать стратегию национальной безопасности сквозь эту призму, должны ли мы шире открываться миру или же лучше замыкаться на себе — на эти и иные вопросы в беседе с обозревателем «Красной звезды» отвечает председатель Совета Союза нефтегазопромышленников России, председатель правления МГНК «Союзнефтегаз» Юрий ШАФРАНИК.

— Юрий Константинович, из истории известно, что многие войны начинались из-за передела ресурсной базы. Вот и сейчас постоянно говорят о пиратстве, но давайте вспомним, что у сомалийско-эфиопского конфликта все та же энергетическая подоплека - борьба за ресурсы провинции Огаден. Запасы нефти не подтвердились, а последствия войны, обескровившей и расчленившей страну, остались. Да и вторжение Германии в СССР в 1941 году связано с видами третьего рейха на наши природные богатства. Ныне ситуация выглядит иной, но можем ли мы исключить военный фактор при решении споров в сфере энергетики?

— Нет, не можем. Я, правда, не считаю, что только из-за нефти и газа может разразиться война. Хотя, конечно, и нефтяной фактор играет свою роль. В пустыню никто бы просто так не пошел. Но нефтяной фактор — далеко не главный. Тем не менее, в 1980-е годы Ирак и Иран воевали из-за неопределенности границ месторождений. Вот и получается: чтобы обеспечить себе мир, нужно быть сильным экономически, политически, финансово и в военном отношении.

— Одним из важнейших направлений деятельности правительства России и нашего государства в последнее время стала диверсификация путей поставки энергоносителей. И Дмитрий Медведев, и Владимир Путин заботятся о прокладке новых трубопроводов на восток, о возможности поставок нашего сырья в Японию, Китай, США. Речь, в частности, шла о дорогостоящем проекте трубопровода «Восточная Сибирь — Тихий океан». Какова сейчас ситуация со строительством этих трубопроводов? И не ставим ли мы себя этим проектом в заранее уязвимую позицию?

— Для того чтобы добывать, нужны инфраструктура, трубы, заводы, переработка. Нет их — нет добычи. С другой стороны, как только инфраструктура создана, она привязывает к конкретному месту. Поэтому важно точно просчитывать все действия минимум на 50 лет вперед.

Я полагаю, что трубопроводные системы на востоке мы развиваем правильно. Но есть и ряд проблем. Важнейшая из них заключена в особенности углеводородных активов. От Красноярска до пределов Дальнего Востока все основные месторождения — не газовые или нефтяные, как на Ямале и в Югре, а газонефтяные. Поэтому нельзя строить нефтепровод, не реализуя параллельно программу использования газа. Разумеется, это несколько сдержит добычу нефти, однако сегодня просто недопустимо сжигать ценнейший попутный газ. Кроме того, это не позволяют подписанные нами международные обязательства экологического характера.

Не менее важно — и для данного региона, и для всей страны — создавать здесь объекты глубокой химической переработки углеводородов с целью получения высококачественного конечного продукта. Это крайне необходимо для реального экономического развития региона и России в целом. Значит, необходима комплексная программа освоения недр Восточной Сибири и Дальнего Востока. Нужно срочно принять генеральную схему размещения объектов нефтяной и газовой промышленности, тесно увязанную с размещением предприятий других отраслей.

Понятно, что для реализации столь масштабной и сложной программы только российских денег будет недостаточно. С другой стороны, опоздание с реализацией, можно сказать, крайне опасно для отечественной экономики, для самой идеи выхода России на качественно новый уровень развития. Следовательно, необходимо создавать условия для привлечения зарубежных инвестиций.

— Сейчас весьма интересными представляются взаимоотношения поставщиков и потребителей энергоресурсов. Чем больше труб проложит производитель, тем больше будет зависеть от покупателя. И наоборот, если трубопроводы строит покупатель, то он крепко привязывает себя к производителю. Этой зависимости опасаются и те и другие (взять хотя бы небезызвестный проект «Набукко»). Другая часть вопроса: доходы, получаемые от продажи энергоносителей, часто уходят на приобретение нового оборудования для их добычи. Переработку стараются держать в своих руках потребители и не подпускать к ней производителей. Как на данном этапе складываются отношения между двумя группами субъектов этих взаимоотношений?

— Равноправному партнерству производителей и потребителей углеводородного сырья до сих пор очень мешает особое восприятие некоторыми европейцами окружающего мира. Да, из-за особенностей исторического развития Римской империи, Испании, Англии, Голландии, Франции и других стран большая часть Европы столетиями жила за счет активного освоения обширных (часто находящихся вне Европы, но богатых различными ресурсами) территорий. И хотя мир сильно изменился за последние десятилетия, фантом прежнего отношения Запада к производителям ресурсов дает о себе знать.

Когда вам предоставляют товары и оборудование (причем по ценам, кратно превышающим себестоимость) только для того, чтобы вы отдали за это свои ресурсы, о каком взаимовыгодном сотрудничестве может идти речь? Добывающая сторона фактически не получает настоящей прибыли. И только благодаря росту цен на сырье ей удается что-то компенсировать. Этого явно недостаточно для нормального функционирования. А если рост цен прекратится, производитель очень скоро останется ни с чем, а то еще и в долгах перед потребителями углеводородного сырья.

В том, что продуктивный диалог производителей с потребителями пока не получается, видятся проявления усиливающегося ресурсного национализма. Дает он о себе знать по-разному: ограничение доступа иностранных компаний к месторождениям углеводородов, национализация добывающих предприятий, более жесткое налогообложение «варягов», ограничение их прав, мешающее эффективной деятельности, и т.д.

— Помнится, лет двадцать тому назад говорили об утрате значения углеводородного сырья. И сейчас в мире активно разрабатываются альтернативные источники энергии, способные в перспективе если не вытеснить, то, по крайней мере, серьезно потеснить углеводороды. А при этом цены на нефть и газ только растут. Каковы, на ваш взгляд, перспективы использования углеводородов в будущем?

— В текущем столетии углеводородный цикл не только не исчезнет, но и укрепит позиции в рыночном сегменте за счет научно-технического прогресса, более эффективного использования каждой тонны нефти и каждого кубометра газа, за счет расширения ассортимента производимой из них продукции и создания экологически чистых перерабатывающих производств.

Что касается альтернативных источников энергии, то для любого вида на Земле имеется своя ниша, свой сегмент. Есть ли соперничество между низкоуглеводородным и высокоуглеводородным сырьем? Его нет. Так и во всем другом. Нет смысла прокладывать газопровод за тысячи километров в тундру, чтобы обогревать яранги, а вот за экономичный энергоблок оленевод будет тебе благодарен. Вряд ли стоит тянуть ЛЭП в Гималаи, но там, наверное, есть смысл шире использовать солнечные батареи или — в будущем — водородные мини-реакторы.

— Нас во всей этой ситуации больше всего интересуют перспективы собственной страны. Как бы вы охарактеризовали нынешнее состояние энергетической отрасли России? Сейчас, особенно в связи с трагическими событиями на угольных шахтах, многие поговаривают о закате угольной отрасли, но не логичнее было бы говорить о повышении ее безопасности и эффективности?

— Из всех отраслей российской экономики наиболее рационально реформирована именно энергетика, точнее, ее углеводородный комплекс. В нефтегазовой отрасли уже в начале 1990-х была проведена емкая структурная реформа. Сейчас наш нефтегазовый комплекс в целом соответствует мировым стандартам и обеспечивает стабильность энергоснабжения. Этому способствовали три фактора: созданный до 1990 года потенциал, правильно проведенные реформы по структурному оформлению отраслей энергетики, включая угольную, развитие многих компаний в соответствии с мировыми стандартами.

С другой стороны, до сих пор не созданы предпосылки для интенсивного развития среднего и малого нефтегазового бизнеса. Значит, кроме экономических потерь, налицо и политические — замедляется формирование в обществе среднего класса. И тем не менее, сделано уже немало. Законом о недрах и рядом указов создана система, позволяющая комплексу выживать и развиваться. Хотя и не столь интенсивно, как требует время. Возьмите горняков. Благодаря реформе они смогли продержаться даже тогда, когда цены на уголь в 2008—2009 годах катастрофически обрушились.

О закате угольной отрасли рассуждать, мягко говоря, преждевременно. А вот о ее проблемах — необходимо. И одно из главных препятствий для развития угольной промышленности — тотальная газификация страны. Искусственно поддерживаемые низкие цены на газ привели к тому, что использование угля с 2002 года снизилось с 30 до 27 проц. с одновременным увеличением доли газа до 68 проц. Хотя согласно Энергетической стратегии до 2030 года доля угля в структуре топлива тепловых электростанций должна вырасти с нынешних 26 до 34—36 проц. в 2030 году за счет снижения доли газа с 70 до 60—62 проц.

В США, согласно данным их министерства энергетики, доля угля в электрогенерации составила в 2009 году 46 проц. Китай обеспечивает национальную энергетическую безопасность, ориентируясь — в том числе — на уголь. А у нас даже в угледобывающие регионы тянут газопроводы. В Сибири, самой богатой угольными ресурсами провинции мира, угольные энергоблоки либо останавливают, либо переводят на газ. Причем с 2003 года, когда была утверждена Энергетическая стратегия до 2020 года, ни один угольный генерирующий блок даже не начали строить.

— Почему такое происходит?

— Ситуация обязывает признать, что у России нет концепта, то есть общего и хорошо усвоенного в политических и экономических кругах представления о движении вперед, о направлении движения. Берем энергетику. Какой мы хотим ее видеть через 10—30 лет? Не в плане объемов добычи энергоресурсов или объемов потребления электроэнергии. На это дает ответ «Энергетическая стратегия РФ до 2030 года». Важно ее появление: сама работа над ней позволила лучше осмыслить, что и сколько нам понадобится завтра. Но где, кем и как это будет получено — вопрос, на который пока нет четкого и официального ответа. Никто сегодня не обрисует, например, структурный образ нефтегазового комплекса в отдаленном будущем.

— У нас на востоке соседом новая сверхдержава — Китай. Темпы его экономического роста и, следовательно, объемов потребляемой энергии впечатляют. Каковы, на ваш взгляд, виды КНР на сотрудничество с Россией в сфере энергетики и что вообще Китай хотел бы от нас получать?

— Если кто-то не успевает заполнить пустоту, ее заполнят другие. Не успеваешь, допустим, производить свое сервисное оборудование, будешь покупать китайское.

У нас с Китаем огромная общая граница, мы — дружественные страны. Но время изменчиво, будущее не всегда и не во всем предсказуемо. Поэтому проектам на Дальнем Востоке я стремился содействовать не одно десятилетие. При этом всегда утверждал, что они не должны быть разрозненными, пусть это даже великая труба или БАМ с его многострадальной судьбой. Для освоения региона необходима концепция, обеспечивающая взаимосвязь технологических, машиностроительных, химических и многих других проектов. Кроме того, для создания и реализации каждого проекта надо тщательно — как с экономической, так и с политической точки зрения — подбирать партнеров. Повторюсь: рассчитывать, что мы все освоим своими силами и за счет собственных средств, наивно.

— Этот вопрос я задаю вам, как человек, отдавший 40 лет изучению Ближнего Востока. В арабских странах, особенно в странах Персидского залива, много и серьезно думают о том, что будет с ними «после нефти». Но они не только думают над этим, но и готовятся к переменам. Например, Саудовская Аравия, расположенная в пустыне, стала крупнейшим производителем пшеницы в регионе. Страны залива приобретают и осваивают новейшие технологии, а одна из них покупает завод «Опель». России, наверное, тоже пора думать об этом?

— Любая добывающая страна извлекает из недр невосполнимые ресурсы. Даже если у нее осталось запасов на 100 лет, этого для ее исторического выживания и тем более грядущего процветания мало. Она за отпущенный ей природными богатствами срок обязана сделать очень многое, чтобы сохраниться и развиваться. Эта аксиома действительно не первый год отражается в экономической политике стран Персидского залива.

Мне не хочется судить обо всех аспектах экономического развития России. Но абсолютно убежден, например, что одним из самых надежных рычагов инновационного и модернизационного прорыва отечественной экономики является повышение эффективности нефтегазового комплекса. И не за счет бюджета, а благодаря механизму, который давно предлагает наше профессиональное сообщество, — выделение и специализация нефтегазового сервиса. Этот механизм, повторю, обеспечит кратное повышение эффективности добывающих нефтегазовых компаний. А профессиональные сервисные предприятия будут успешно развиваться сами, содействуя развитию отечественного машиностроения. В результате за 2—3 года произойдет оздоровление большинства отраслей российской экономики.

— И какова тут роль нефтегазового сервиса?

— Определяющая. Эффективность как освоения недр, так и функционирования добывающих компаний напрямую зависит от темпов структурных преобразований и, безусловно, технического и технологического обновления отрасли. А производственным синонимом этого обновления как раз и является сервисное обслуживание, поскольку оно включает и бурение, и ремонт скважин, и поддержание в рабочем состоянии оборудования в скважине и на поверхности. Причем в рамках сервисного рынка быстрее растут и потребности в высокотехнологичных услугах (геофизика, горизонтальное бурение, гидроразрыв нефтяных пластов, использование безмуфтовых гибких труб и т.д.) Кроме того, через сервис станут возможными инвестиции углеводородных доходов в другие отрасли экономики. Россия сможет зарабатывать не только и не столько на нефтегазодобыче, но и на технологиях и оборудовании.

— Спасибо за интервью.

Беседу вел Александр ФРОЛОВ

shafranik.ru

Нефть и ее влияние на мировую политику

Нефть-природная маслянистая горючая жидкость со специфическим запахом, состоящая в основном из сложной смеси углеводородов различной молекулярной массы и некоторых других химических соединений(С)Дмитрий Иванович Менделеев – великий русский учёный, Его открытие Периодической системы знают всеего слова в 19 веке, знают не все. НЕФТЬ в 20 веке будет главным ресурсом планеты ( 1870 год) - 150 лет назад Война и Нефть- Нефть и война , вы обратили внимание, что это слова синонимы?

..итакв 19 веке, главным ресурсом энергии был уголь.в 20 веке нефтьвсегда при изменении главного ресурса энергии происходят войны20 век показателен- все войны только из за нехватки ресурсов.у кого ресурсы или кто контролирует ресурсы тот и является мировым лидером...маленькая страна англия занималась шерсть на маленьком острове.имела союзников океан-море и флот ( островная политика)совершенно случайно она также контролировала 50 колоний и численность ее населения в 19 веке было 500 000 человек.зачем ей были нужны колонии? только одна цель- ресурсыу США ( как и у Великобритании) также главные союзники это океан и флот.главная цель англосаксонцев это контроль над миром.как можно контролировать мир? только одним способомчерез контроль над ресурсами.(примером влияния ресурса на политику-мы сейчас все видим, как проблема газа остро стоит в Европе)еще одно отступление, скажем алмазы ( ресурс также) из них делают брильянты.брильянты любят девушек или наоборот.но если выкинуть на рынок все алмазы, они мгновенно потеряют всю свою завышенную цену и будут цениться не больше бумаги.алмазами машину не заправишь и от алмазов самолет не полетит( пока ученые не придумали как).а нефть это ресурс энергетический( он дает энергию) стратегический и жизненно необходим миру и производству.кто контролирует нефтяные запасы в мире , тот и имеет власть над миромоснователь учения геополитики-Фридрих РатцельДля своего существования государство должно обеспечить себя достаточным жизненным пространством .Только значительное пространство может обеспечить доминирующие позиции в мире.Преследование власти среди других стран может сделать государство мировой державой и, в конце концов, привести его к мировому господству. ..все мировые политики 20 века знали значение нефти и Ленин и Гитлер и Муссолини и Сталин и Рузвельт и КОРОНА.почему германия воевала в 1 и 2 мировую- только одна проблема, нехватка ресурсовпочему другие воевали, опять таки за ресурсыда есть причины ещеэтнические причинырелигиозные причиныгеополитические причиныэкономические причинынациональные причиныгеополитические причины политические причины.но проблема ресурсов стоит на 1 месте..«СТАНДАРТ ОЙЛ» ГОТОВА К МИРОВОМУ ГОСПОДСТВУСамая крупная сырьевая компания в истории человечества созданная в 1870 году.Её основатель Джон Рокфеллер,триллионер и настоящий олигарх создал всё с нуля.уставной капитал был 3 копейки после прошедших 150 лет цена многие триллионы долларовИменно претензии «Стандарт ойл» на присвоение ближневосточной нефти и стало главной причиной первой мировой войныитогвсе!  вооруженные конфликты в 20-21 веке идут только ради ресурсов.НЕФТЬ на 1 местезачем нужна эта тема?БОГ разрушил вавилонскую башню и дал людям разные языки для непонимания друг другаЦезарь говорил- Разделяй и Властвуй.из 1 мировой войны вышел единственный победитель -СШАиз 2 мировой войны вышел единственный победитель -США

благодаря войнам США стало самым богатым государством мира.и имеет контроль практически над всеми ресурсами планетывсе вооруженные конфликты в 20-21 веке выгодны только США

Сегодня 23 июня 2014 года, зачем на нас напали 22 июня 1941г?

Германия воюет с врагом-это Англия.германия имеет пакт о ненападении с СССР( геополитический союзник)также германия идет на Ближний восток( Тегеран)зачем идет? ответ за нефтьютанки не едут сами по себе и самолеты не летаютсинтетическая нефть- которую придумали немцы сверх дорогаязапасов нефти в Румынии мало , граница с СССР  рядом

итог -зачем немцы напали в 41 году на СССРнужен был Кавказ и кавказская нефтьпросто решили за 3 месяца добраться до нефти.Боялись атаки СССР на Румынскую нефть.

Рекомендую опус ЛексаНефть 0 — однако рекурсияНефть 1 — энергоемкость нефти, энергетические рычаги, последствия выхода за пределы ростаНефть 1.5 — постсоветские пасхалки, нефть и продовольствиеНефть 2 — нефть как сырье для разной ерунды: исторический экскурсНефть 3 — энергетика живых организмовНефть 4 — энергетическая подложка социальных структур, снова об увязке энергетики с экономикойНефть 5 — транспортная безальтернативность нефти

читать такжемой журналhttp://denpan.livejournal.com/10995.html

denpan.livejournal.com


Смотрите также