Дядя Сэм строит в Сирии своё нефтяное государство. В сирии есть нефть


За войной в Сирии скрывается борьба за природный газ

Гражданскую войну в Сирии выдали западной публике исключительно как народное восстание, предназначенное для свержения Асада и смены его режима более демократичной формой правления. Мы знаем, что это лишь минимальная часть правды, знаем о геополитических интересах в этом регионе и почему некоторые западные державы и нефтяные монархии Персидского залива подстрекали к этому восстанию, в результате которого всего в нескольких десятках километров от Дамаска стал развеваться флаг ИГИЛ (организация признана террористической и запрещена в России, — прим. ред.). Отказа Сирии предоставить в период с 2010 по 2011 год свою территорию для проведения газопровода Катар-Турция более чем достаточно для того, чтобы объяснить происхождение попыток свержения режима Башара Асада.

Однако газопровод и стратегические интересы глобальных держав не являются единственными причинами, по которым в Сирии была спровоцирована война: уже некоторое время в восточной части Средиземноморья происходит новая борьба за природный газ. Так называемый бассейн Левантийского моря, то есть та территория, которая простирается от Сирии до юга Израиля и включает в себя также часть моря, расположенную напротив него, может стать новой границей добычи газа: на всей этой территории лежат различные месторождения, которые пока не были затронуты ни при проведении газопроводов, ни производством природного сжиженного газа.

Помимо месторождений «Левиафан» и «Тамар» в израильском море, которые находятся на стадии запуска в эксплуатацию и соединятся с Европой через будущий газопровод East Med, существуют другие территории на стадии разработки в море между Кипром, Ливаном и Сирией.

На Кипре уже почти год работает итальянская газовая компания Eni, которая в конце 2015 года подписала с министром энергетики Кипра контракт, разрешающий поиск углеводородов на трех участках морских восточных территорий, относящихся к острову. Французская компания Total в тот же самый период продлила на два года свои разрешения на исследования в регионе, а совместное предприятие, образованное ExxonMobil и Катаром предусматривает окончание своих разведывательных работ к 2018 году. Все это свидетельствует об активном интересе к данной географической области.

В Ливане, впрочем, на прошлой неделе состоялись первые конкурсы по освоению ресурсов пяти блоков, расположенных в прибрежной зоне, два из которых достались объединению, сформированному компаниями Total, Eni и российской Новатек.

Конкурс провели с задержкой почти на три года по причине политической нестабильности в регионе и давления со стороны Израиля, оспаривающего часть территории размером в 860 квадратных километров, где компании получили разрешения на освоение.

Таким образом, становится ясно, что нормализация ситуации в Сирии открывает двери нефтяным компаниям, которые заключают соглашения по эксплуатации и коммерциализации энергетических ресурсов Левантийского моря, чья северная часть, то есть территория между Ливаном и южной Сирией, никогда досконально не исследовалась.

В соглашениях задействованы разные стороны: помимо Eni, которая, по всей видимости, получает самый крупный кусок для исследований в восточной части Средиземноморья, в дележе задействованы компании Total, Новатек и Exxon, а участвующие в гонке государства пытаются, очевидно, как можно выгоднее капитализировать эту новую «борьбу за газ».

Цитировавшийся выше газопровод East Med появится в результате соглашения между Италией, Израилем, Кипром и Грецией и соединит месторождения, расположенные в израильском море с Европой через Грецию и Италию (то есть через газопровод TAP). План предусматривает участие к 2025 году частных инвестиций объемом в 6-7 миллиардов долларов в строительстве самого длинного подводного газопровода в мире (2200 километров). В планы коммерциализации входит, таким образом, весьма вероятно, также Ливан, в рамках проекта генерального директора Eni Дескальци (Descalzi): «Подвести к общему знаменателю будущие ресурсы и транспортную и экспортную инфраструктуры Израиля, Кипра и Египта, так территория могла бы стать региональным газовым узлом и внести важный вклад в европейскую энергетическую безопасность». План предусматривает поставки газа с общей территории трех стран, к которым вскоре, возможно, прибавится еще одна, в Дамьетту (Египет), где Eni контролирует заводы по производству жидкого газа испанской компании Union Fenosa. Этот проект очень интересует Тель-Авив, который хочет поставлять свой газ, извлеченный из месторождений «Левиафан» и «Тамар», через подводные газопроводы до египетского порта, чтобы получить второй и очень важный торговый канал с Европой, позволяющий ему обезопасить себя от «неожиданных вспышек гнева» Турции, на данный момент занимающейся всеми поставками газа, добытого у берегов Израиля.

Отдельного разговора заслуживает ситуация в Египте, который благодаря недавно обнаруженному все той же компанией Eni «огромному» месторождению, расположенному в восточной дельте Нила, то есть в части моря, попадающей в зону хранилищ на реке (речь идет о месторождении Зохр, способном произвести 850 миллиардов кубометров газа), внезапно стал страной-экспортером газа, в то время как раньше всегда был его импортером. Каир, действительно, намеревался импортировать из Тель-Авива 68 миллиардов кубометров газа в течение 15 лет, но открытие и эксплуатация Зохра кардинально изменила расклад. Решение о создании энергетического узла с привлечением всех стран, участвующих в новой борьбе за газ, возможно, удовлетворит всех.

Сирия и ее морские запасы газа остаются до сих пор одной большой неизвестной: теперь, когда Асад более или менее стабильно продолжает управлять Дамаском благодаря помощи (очевидно, не бесплатной) Москвы, возможно, предусматриваются два различных сценария развития событий.

В рамках первого сценария Сирия может войти в международное соглашение по энергетическому узлу и эксплуатации газопровода East Med, но это потребует значительных «дипломатических усилий» со стороны России, чтобы Израиль смог согласиться на участие вражеской страны в таком раскладе. В рамках второго сценария, возможно, гораздо более вероятного, предусматривается управление Москвы и Анкары углеводородными ресурсами в сирийской части Леванта в соответствии с двусторонними соглашениями с европейскими компаниями, такими как Eni, старым привилегированным партнером России, и Total. Далее предусмотрено соединение для дистрибуции с Трансанатолийским газопроводом, ставшим, помимо катарского Панарабского газопровода, одной из причин вспыхнувшей в Сирии гражданской войны.

geo-politica.info

Дядя Сэм строит в Сирии своё нефтяное государство » Военное обозрение

О «состоявшемся» распаде Сирии политологи и аналитики толкуют уже несколько лет. У распада даже образовалась своя история. Нынче распад перенесли. На 2018 год. Вероятно, в текущем году американцы наконец «застолбят» сирийскую нефть, демократизировав окрестности Дейр-эз-Зора.

Около двух лет назад распад Сирии обнаружил эксперт из России Александр Игнатенко (президент Института религии и политики). По его мнению, распад Сирии фактически состоялся. Рассказал он об этом в августе 2016 года.

«Сирия находится в состоянии, близком к распаду, — поведал эксперт на заседании экспертного клуба ВЦИОМ. — Федеративный регион Северной Сирии (курды) уже больше года назад заявил о своей автономии. У неё есть свой флаг, гимн, они готовятся принять свою конституцию, у них есть своя армия и так далее». Кроме того, правительство Асада не контролирует суннитские районы Сирии. Вдобавок «ИГ» (запрещено в РФ) представляет собой «достаточно жёсткое образование в том смысле, что его не удастся сковырнуть за месяц и за год», приводит слова учёного РИА «Новости». И у сирийской армии не хватает сил для взятия под контроль суннитских регионов. А посему «той Сирии, которая была до 2011 года, уже никогда не будет». Новая же Сирия сложится из нескольких независимых государств, в том числе курдской территории и суннитской территории.

В 2017 году о грядущем распаде Сирии сообщили во Франции.

В сентябре президент Франции Эммануэль Макрон предложил создать международную контактную группу, в которую войдут постоянные члены Совбеза ООН и страны, имеющие в Сирии влияние. Эту идею развил затем глава МИД Жан-Ив Ле Дриан, который заявил, что группа разработает дорожную карту по урегулированию в Сирии, а иначе страна распадётся.

«Если мы не встанем на этот путь [деэскалации, прекращения огня, выборов и формирования конституции], — сказал он в октябре 2017 г., — существует риск распада Сирии, её разделения на три или четыре региона».

В начале 2018 года Франция развила тему распада Сирии.

Страну может ожидать распад на несколько частей, а также могут ждать этнические чистки и новая волна терроризма, предупредил в январе постпред Франции при ООН Франсуа Делаттр. «Если вопрос состоит в том, тяжела ли ситуация, то да, в этом нет никаких сомнений, — цитирует его ТАСС. — Я твердо убеждён, что страна стоит на перепутье, что возможно худшее: раздробление, этнические чистки, отчаяние суннитского меньшинства, которое приведёт к новой волне терроризма, новым гуманитарным трагедиям, волнам миграции… Всё это возможно».

Эти словам прозвучали уже после того, как Владимир Путин заявил о предотвращении распада Сирии.

В ноябре 2017 года президент Путин на встрече России, Турции и Ирана заявил о предотвращении распада САР.

«Удалось предотвратить распад Сирии, появился реальный шанс положить конец многолетней гражданской войне», — приводит слова Путина канал «Звезда».

Далее В. В. Путин сообщил о завершении масштабных боевых действий в Сирии: добиться этого, по его словам, удалось благодаря усилиям России, Турции и Ирана.

Также президент России отметил, что для урегулирования ситуации в Сирии необходимы помощь мирным жителям, разминирование территории и помощь с возвращением беженцев.

Однако гипотезы о распаде Сирии озвучиваются и по сей день.

Постпред Саудовской Аравии при Лиге арабских государств заявил в марте 2018 года, что Сирия может быть разделена. Это произойдёт потому, что в сирийском конфликте участвует слишком много сторон.

«Я полагаю, что это в конечном итоге приведёт к распаду Сирии», — высказал предположение саудовский дипломат.

А вот совсем свежее мнение. Аналитическое. Российское. «Сирия может развалиться уже в этом году», — буднично сообщает В. Мухин, обозреватель «Независимой газеты».

Известны и причины скорого развала САР на куски: это случится потому, что Соединённые Штаты «запланировали расходы на поддержку боевиков и оппозиционных органов власти в воюющей стране».

У обозревателя два основных тезиса.

Первый — местное противостояние. Россия и её союзники в Сирии (Иран и отчасти Турция) не могут обеспечить территориальную целостность страны. России будут возражать группировки арабов и курдов, курируемые американской коалицией.

Второй — финансирование американцами вооружённых формирований в Сирии, воюющих против официального Дамаска.

По мнению автора, Белый дом «запланировал значительные расходы на поддержку сепаратистских территорий в Сирии и создание там не только альтернативных Дамаску органов власти, но и крупных вооружённых формирований». Пентагон обосновывает расходы на поддержку сирийской оппозиции в бюджете на 2019 финансовый год, в том числе «выплаты проверенным группам сирийской оппозиции».

О каких суммах идёт речь? На первый взгляд, небольших.

Пентагон хочет получить 80 млн. долларов — якобы для борьбы с «ИГ» и обеспечения внутренней безопасности. Но США не собираются передавать оккупированные территории, на чью безопасности будут тратиться миллионы, Башару Асаду. Вашингтон собирается вкладываться в «умеренную оппозицию», а не в Дамаск.

Документ Пентагона предлагает также к концу нынешнего бюджетного года (заканчивается 30 сентября) увеличить количество «поддерживаемых» представителей «проверенной сирийской оппозиции» с 10 тысяч до 60-65 тысяч бойцов.

А вот гуманитарных и политических акций, связанных с урегулированием ситуации, американский военный бюджет не предусмотрел.

По мнению аналитика, 80 млн. долл. — сумма относительно крупная. В Сирии низкий жизненный уровень, и американские миллионы чрезвычайно важны для противников Асада.

А что же Москва?

Оказывается, она не в состоянии повлиять на то, что происходит.

Россия адекватно оценивает ситуацию, но кардинально изменить положение дел пока не может или не хочет. Как допускает полковник Эдуард Родюков, член-корреспондент Академии военных наук, Россия поможет Асаду освободить Восточную Гуту и другие анклавы в Сирии, и затем страна перейдёт к мирной жизни. «Но это вряд ли изменит общий расклад сил, — считает эксперт. — Сирия уже де-факто разделена. И действия США направлены на то, чтобы это разделение сделать окончательным». Дамаск вместе с Москвой может увязнуть в войне, которая в результате перерастёт в глобальную. Если Дамаск и Москва совместно продолжат борьбу с арабо-курдскими формированиями, поддерживаемыми США, возникнет большой риск перерастания войны в глобальную, где «реально столкнутся военные машины США и России».

Раскол САР и уход Асада с политической сцены, заметим, давно является идеалом сирийской политики Вашингтона. Об «уходе Асада» толковала ещё мадам Клинтон. Что касается мистера Трампа, то и его не назовёшь пылким поклонником сирийского президента. И если бы не вмешательство в войну России, вряд ли Асад правил бы сейчас страной.

Распад Сирии — несомненный проект США. Американская военная машина методично претворяет его в жизнь. Уже сейчас американцы, которых недаром прозвали демократизаторами-нефтяниками, считают чуть ли не «своей» некоторую часть территории Сирии. Речь идёт об окрестностях Дейр-эз-Зора к западу и востоку, тех, что богаты нефтью.

Раньше там хозяйничали и приторговывали минеральным сырьём боевики «ИГ», но теперь пришли другие времена и другие хозяева. Если США закрепятся на лакомом куске территории, они уже никого не подпустят к тамошней нефти.

Об энергетической нефтяной независимости США много рассуждала ещё Хиллари Клинтон, а уж она-то толк в этих проектах знала. И вот, пожалуйста: энергетическая стратегия — в действии.

Эту стратегию американцев хорошо понимают в России.

В февральском интервью телеканалу «Euronews» министр иностранных дел РФ Сергей Лавров сказал, что США ведут работу на территории Сирии уже два-три года. Их цель — установить контроль над частью страны.

Глава МИД РФ считает, что стратегия США в Сирии сводится к следующему: «навеки поселиться в Сирии со своими вооружёнными силами». Зачем же? По словам Лаврова, американцы ведут дело к тому, чтобы «огромный кусок сирийской территории обособить от остальной страны в нарушение суверенитета и территориальной целостности Сирийской Арабской Республики, создают там какие-то квазиместные органы власти, всячески пытаются создать там какое-то автономное образование, опираясь, опять же, на курдов».

Нетрудно догадаться, что «кусок» как раз и есть окрестности Дейр-эз-Зора с их нефтью. Ранее этот город являлся центром нефтедобывающей промышленности Сирии.

Сам город осенью 2017 года освободили от формирований «ИГ» сирийские правительственные войска при поддержке ВКС РФ.

Но США уже вовсю показывают в тех местах зубки. В конце февраля 2018 г. американская коалиция разбомбила несколько деревень в окрестностях Дейр-эз-Зора.

Ранее в том же феврале под Дейр-эз-Зором под авиаудар коалиции попали формирования, воюющие на стороне Асада. Иные западные СМИ писали, что там «могли погибнуть десятки граждан России».

Эти удары, конечно, только начало.

США заместят на нужных территориях своими военными силами и силами проспонсированных «повстанцев» бывшие отряды террористов-исламистов. Последует короткий период демократизации населения, после чего начнётся стремительная выкачка нефти во имя процветания Соединённых Штатов и свободы новой сирийской демократии, уважающей права американского человека.

Что до курдов, то они в хищной игре по расколу Сирии — пушечное мясо или, в лучшем случае, статисты. Может быть, у них и появится шанс создать своё государство, но лучшие куски всё равно заберут США. Транснациональный капитал не интересуется благополучием местных народов.

Разумеется, присвоение нефтяных месторождений одновременно станет началом распада Сирии. Никто ведь не станет вступать с США в войну из-за «куска территории».

Обозревал и комментировал Олег Чувакин — специально для topwar.ru

topwar.ru

Россия будет добывать в Сирии и нефть, и газ

За годы войны сирийский нефтегазовый сектор пришел в упадок. Помочь стране восстановить его в условиях эмбарго могут только Россия и Иран. Если Россия возьмет под контроль сирийские месторождения, она получит невоенный инструмент влияния на международную политику. Поэтому Кремль готов направить туда свои финансовые, интеллектуальные и человеческие ресурсы.

Согласно подписанному в конце января рамочному договору об энергетическом сотрудничестве Россия получит исключительное право на добычу газа и нефти в Сирии.

Соглашение выходит далеко за рамки договоров, описывающих условия сотрудничества в сфере ремонта и восстановления буровых установок и добывающей инфраструктуры. Россияне займутся также обучением нового поколения сирийских сотрудников нефтяного сектора и энергетическим консалтингом. Благодаря этому шагу Москве удастся упрочить свою позицию на Ближнем Востоке.

Из-за продолжающейся с 2011 года войны сирийский энергетический сектор пришел в упадок. Местным нефтеперерабатывающим предприятиям требуется масштабная модернизация. До войны их мощность составляла 250 тысяч баррелей в сутки, сейчас она сократилась вдвое. Пока будет действовать введенное ЕС эмбарго, на поддержку европейских компаний Сирии рассчитывать не приходится. Ни Брюссель, ни Вашингтон не отменят запрет на импорт сирийских углеводородов по политическим причинам: продолжающиеся уже больше шести лет военные действия не привели к смене режима, у власти остается Башар Асад, которого обвиняют в применении химического оружия и других преступлениях.

Россия, Иран и Сирия

Тегеран рассчитывал на появление консорциума Иран — Венесуэла — Сирия, который мог бы претворить эти планы в жизнь, однако из-за серьезных экономических проблем, возникших у Каракаса, придется искать другие решения. В настоящий момент иранскому Корпусу стражей исламской революции удалось добиться одной из своих целей — взять под контроль сирийский телекоммуникационный сектор.

Россия, против которой продолжают действовать европейские и американские санкции, не боится ограничительных мер: она давно научилась с ними успешно справляться. Шаги, которые предпринимает Кремль, свидетельствуют о том, что он намеревается добиться доминирующей позиции в этой части мира. Его долгосрочная стратегия, судя по всему, включает в себя восстановление сирийского нефтегазового сектора.

В 2015 году Международный валютный фонд предполагал, что на эту цель придется потратить 27 миллиардов долларов, но, по последним данным, цифра увеличилась до 35 — 40 миллиардов. Эти деньги понадобятся на восстановление всей инфраструктуры (трубопроводов, насосных станций и так далее), которую можно запустить заново только после проведения ремонтов. По политическим соображениям процесс не затронет занятые сирийскими курдами северные провинции, где находятся большие месторождения нефти. Неясным остается также будущее месторождений (в том числе крупнейшего — Аль-Омар) на территориях, контролируемых силами, которые пользуются поддержкой Запада, а не сирийской армии.

Кто будет добывать в Сирии нефть и газ?

До сих пор неизвестно, какая российская компания займется восстановлением сирийского энергетического сектора. В первые четыре года войны на территории Сирии работал Союзнефтегаз, но в 2015 году он решил уйти из этой страны. Другой кандидат — это Татнефть, занимающаяся разработкой нефтяных и газовых месторождений в Татарстане. Сирия была одной из первых стран, где эта российская компания пробовала свои силы на международном рынке, так что когда появятся благоприятные условия, она захочет туда вернуться. Кроме того, есть шансы, что присоединиться к своему конкуренту решат такие государственные гиганты, как Роснефть и Газпромнефть.

В 2002 году в Сирии добывалось 677 тысяч баррелей нефти в день. Перед началом гражданской войны этот показатель составлял 380 тысяч баррелей, а сейчас упал до уровня в 14 — 15 тысяч баррелей. Снижение объема добычи газа было не столь значительным из-за важной роли, которую играет это сырье в сирийской экономике: 90% добывающегося в стране голубого золота идет на производство электричества. В довоенный период объем добычи доходил до 8 миллиардов кубометров в год, сейчас он составляет 3,5 миллиарда кубометров.

© AFP 2017, Youssef KarawashanНефтяное месторождение Рмейлане в северо-восточной провинции Хасаке в Сирии

До войны сирийская нефть шла в основном на экспорт в Европу, этому способствовало географическое положение страны и то, что главными игроками в этом секторе сирийской экономики были такие европейские компании, как Shell и Total. Поскольку европейский запрет на поставки сирийской нефти продолжает действовать, новому владельцу добывающей инфраструктуры придется найти для сирийских углеводородов новые рынки сбыта. Логичной в этом контексте представляется ориентация на страны региона: Турцию или Ливан.

С экономической точки зрения России выгоднее взять под контроль газовые месторождения. Газ выступает в Сирии основным сырьем для производства электроэнергии, значит, на внутреннем рынке спрос на него останется стабильным. Кроме того, есть большая вероятность, что на сирийском континентальном шельфе в восточной части Средиземного моря находится месторождение, не уступающее по объему запасов месторождениям «Зохр», «Левиафан» и «Афродита».

Цель — доминирующая позиция в регионе

Москва стремится закрепить свою позицию в Юго-Западной Азии. В Иракском Курдистане ведут работу Роснефть и Газпромнефть, в восточных странах бассейна Средиземного моря добычей газа на морских месторождениях занимается Новатэк. Нефть и газ — это не только энергоресурсы. В первую очередь они нужны химической промышленности для изготовления вездесущей пластмассы, смазочных материалов, пестицидов, лекарств, а также получения разнообразных веществ, необходимых для производства других материалов и продуктов, в том числе химических удобрений. Современный человек не представляет себе жизни без всего этого.

Если России удастся взять под свой контроль сирийские месторождения, она получит невоенный инструмент влияния на международную политику и сможет эффективнее воздействовать на ОПЕК. Кремль готов направить на удовлетворение своих геополитических амбиций множество ресурсов как финансовых, так интеллектуальных и человеческих.

bigsmi.com


Смотрите также