See, that’s what the app is perfect for. Зачем нам нужна нефть


Без названия — Нужна хорошая статья про нефть. Зачем нужна война...

Человеческое горе, слезы, страдание и сострадание - сильнейшие эмоции. Иногда людям нужно видеть и знать, что происходит в мире вокруг них. Вопрос лишь в том, этично ли использовать военную тематику в коммерческой рекламе.

Впрочем, даже к войне бывает несерьезный подход. Например, если войны - звездные, а ваши враги - злобные пришельцы из компьютерной игры.

Компьютерные войны

Индустрия развлечений, снимая на военную тематику блокбастеры и производя тысячи “стрелялок” для PC и приставок, нивелирует войну и убийство, придавая этим явлениям некий романтический оттенок:

Loading the player…

Реклама не может игнорировать войну

“Война - это отражение очень ярких явлений, эмоций, состояний, - говорит управляющий партнер, творческий директор агентства креативных стратегий и коммуникаций "Рекламафия” Константин Гаранин. - Более того, война - часть нашего общества, к сожалению. Поэтому реклама не может пройти мимо этого явления и часто использует, как в виде метафоры, так и впрямую".

Loading the player…

Ролик против войны, ролик за войну и ролик против России

Конечно, больше всего войны в социальной рекламе. Причем как в той, которая агитирует прекратить военные действия, так и в той, которая призывает к защите своей Родины. Например, от терроризма, или от России…

Стоит ли нам готовить к войне наших детей? Ролик против войны в Ираке

Loading the player…

И обратный призыв: сейчас нет времени отмалчиваться, мы должны защищать своих детей

Loading the player…

Вступайте в грузинские войска, защищайте свою Родину

Loading the player…

Отрывок из нового фильма Грымова, распространению которого способствует правительство Ирака, в котором араб с автоматом занимается сексом с американкой, можно посмотреть здесь (18+).

В рекламе СМИ без войны никак

“Если социальная реклама чаще показывает, насколько война это плохо, то коммерческая реклама играет на противопоставлениях, - говорит Гаранин. - Часто войну используют в своей рекламе СМИ - для них это постоянный источник информации, и они не могут не отражать ее”.

BBC World: мы видим обе стороны истории

“Ты не один”. Радио City

Надпись слева вверху: “Рост акций нефтяных компаний США в 2003 году”. Надпись справа внизу: “Понимать экономику - значит понимать весь мир. Les Echos”

National Georraphic Chanell: “Ты на месте событий”

Манипуляция народным сознанием и этика

Военная тематика может использоваться для манипуляции общественным сознанием. Маркетолог Ольга Лябина вспоминает, что в разгар военного конфликта в Южной Осетии, в Москве появились билборды, изображающие крепко связанные российский и осетинский флаги. Надпись на них гласила: “Цхинвал, мы с тобой!” “Таким образом выражалась позиция государства, какое именно мнение желательно распространить в народ, - говорит она. - Социальная реклама войны транслирует отношение властей к тому или иному событию и способствует созданию определенного общественного мнения”.

Этично ли эксплуатировать войну в рекламе? Ведь она - источник смерти и страданий множества людей. “Что касается этики, то было бы ханжеством не говорить о войне, - считает Гаранин. - Более того, коммерческая реклама педалирует негатив, который несет война, а значит, работает на благо общества. Нет ничего плохого в том, чтобы напоминать людям о трагичности войны. Другое дело, если кто-то решит представить войну как забаву - это, пожалуй, будет аморально”. “Но в любом случае, использование этого образа должно быть обосновано с точки зрения коммуникативной стратегии”, - добавляет он.

“В социальной рекламе вообще не существует этических границ, - считает креативный директор Promo Interactive Константин Токарев. - Вы можете быть настолько жестки и жестоки, насколько требуется, чтобы "пронять” человека. Тем более, такого “толстокожего” и атомарного, как мы с вами. Мое личное мнение, что если бы ролик про автомобильную аварию, где 3 минуты в замедленной съемке перемалываются косточки пятилетней девочки, показывали бы не только на Ночи Пожирателей рекламы, но и по телевизору - возможно, нас бы не пришлось законодательно заставлять пристегивать ремни безопасности и покупать детские кресла".

“Иное дело, когда вы пытаетесь что-то "впарить” с явно коммерческой целью, тогда появляется много “нельзя”, - продолжает он. - Нельзя вторгаться в личное пространство человека. Нельзя спекулировать на чьей-то трагедии. Например, Lego публично открещивалась от кампании Rebuild it, хотя она и безупречна с точки зрения мастерства креативщиков".

Китайское отделение Saatchi&Saatchi придумало скандальный способ для рекламы детского конструктора Lego: рекламная кампания изображает катастрофы, ураганы, природные катаклизмы, призывая “Перестроить это” (Rebuild It).

“А Xbox, наоборот, удалось сделать безумно проникновенную кампанию Believe для игры Halo 3, использовав тему войны и ветеранов”, - добавляет Токарев.

Ветераны не случившейся в реальности войны вспоминают о ней

Loading the player…

Еще ролики серии

parableably.tumblr.com

Зачем нам нужен Закон о нефти?

Зачем нам нужен Закон о нефти?
Фото: agora.md

Думитру Барбалат

Министерство окружающей среды подготовило и представило для общественного обсуждения проект Закона о нефти.

Утверждается, что проект был разработан по указанию правительства и направлен на создание нормативно-правовой базы для проведения исследований и разработки минеральных топливных ресурсов - нефти и природного газа.

Будем искать нефть и газ

Необходимость Закона о нефти определяется также Энергетической стратегией Молдовы до 2030 г., утвержденной правительством в 2013 г., которая предусматривает, что в период 2017-2018 гг. в Молдове будут проводиться работы по выявлению запасов нефти и газа и, очевидно, эти действия должны регулироваться правовыми рамками.

На данный момент в пределах территории Молдовы известны залежи нефти в Вэлень и два месторождения газа – в Викторовке ​​и Берешть. Запасы нефти составляют около 1 млн. тонн. Потенциально извлекаемые запасы оцениваются примерно в 300 тысяч тонн. Месторождение газа «Викторовка» ​​(Кантемир) находится на глубине 580-605 м. Запасы составляют около 1 млрд. 200 млн. м3, а извлекаемые запасы – порядка 350 млн. м3. Месторождение газа «Берешть» (Унгенский р-н) находится на глубине 140-I70 м. На момент открытия оценочные запасы составляли около 10 млн. м3. Месторождения «Вэлень» и «Викторовка» в настоящее время эксплуатируются кампанией ООО «Valiexchimp» на основании договора о концессии, месторождение «Берешть» исчерпано еще в 60-х годах прошлого века.

До 1972 г. был проведен ряд сейсмических исследований. По всей стране были пробурены 49 скважин общей глубиной около 90 тысяч метров. Тогда, благодаря этим изысканиям, были определены основные характеристики геологического строения этих регионов и их границы, перспективы для накопления там углеводородов, изучены запасы неогенов (комплекса пород) с точки зрения перспектив нефти и газа там, где были открыты одно месторождение нефти и четыре – газа.

Геологическая исследовательская группа из Украины в 1984 г. оценила перспективы газодобычи в нашей республике. Согласно её выводам, у нас были пригодные для использования нефтяные и газовые ресурсы - порядка 5,3 млн. тонн нефти и 16 млрд. м3 газа. Несмотря на значительный выполненный объем геологоразведочных и буровых работ, других запасов углеводородов не было обнаружено.

Теоретически есть ещё

В соответствии с современной концепцией, связанной с геологическим строением интегрированной территории между Карпатами и Черным морем, запасы нефти и газа на этой территории могут находиться на больших глубинах - 3000-7000 м. В Молдове этот диапазон глубин мало изучен. То есть не исключаются ещё подземные залежи нефти и газа, помимо уже известных.

Есть и другие аргументы в пользу этого утверждения. Например, присутствие на юге страны толстого комплекса (7000 м) осадочных образований. В соседних регионах, сходных по структуре и стратиграфии (на Украине и в Румынии),есть нефтегазовые месторождения. На территории Молдовы существуют многочисленные проявления нефти и газа в кайнозойских, юрских и палеозойских формированиях осадочного типа, как и уже доказанные (в Вэлень, Викторовке, Берешть). Также есть горные породы, имеющие хорошую способность к накоплению и сохранению углеводородов, наличие геотермальных показателей, геохимических и гидрогеологических, специфических для природного газа и нефтяных месторождений. Также существуют региональные пути миграции углеводородов.

Инвесторы бывшие и настоящие

В 1995 г. правительство провело конкурс и подписало концессионный контракт с американской компанией «Redeco». Договор предполагал разведку и добычу природного газа на юге Молдовы в течение 20 лет. Фирма инвестировала более млн. в буровые изыскания, но в 2007 г. правительство расторгло договор на том основании, что выполненные работы «не были радикальными», и договорные обязательства не были соблюдены инвестором в полной мере.

Затем правительство передало права на разведку и разработку нефтяных и газовых месторождений в селах Викторовка и Вэлень молдавской компании «Valiexchimp».

Тогда же парламент решил передать в концессию иностранному инвестору территорию площадью 6,3 тыс. квадратных километров на юге Молдовы (северная её граница проходит по линии Унгень-Басарабяска) для разработки и добычи природного газа. Но в последующие годы это не было реализовано.

Министерство окружающей среды предположило, что законопроект о нефти обеспечит государственное регулирование нефтяных работ в Молдове и отношений, которые возникнут в результате выполнения этих работ на территории страны. А также способ передачи в пользование земли, на которой выполняются нефтяные работы, регулирование системы магистральной транспортировки нефти и транзита и деятельности в рамках концессии. Кроме того, закон должен установить общие требования по безопасности в области технического регламентирования нефти и меры защиты окружающей среды.

… а также будущие?

Несмотря на многочисленные ожидания и обещания в результате принятия Закона о нефти, Министерство охраны окружающей среды одновременно с этим проектом предлагает правительству утвердить результаты конкурса на право разведки и последующей эксплуатации месторождений нефти и газа на юге Молдовы и передать их компании «Frontera Resources International LLC». И для этого не был необходим новый Закон о нефти, поскольку делается ссылка на Закон о частно-государственном партнерстве.

В конкурсе приняли участие только две компании, обе оффшорные. Победившая «Frontera Resources International LLC» является дочерней компанией «Frontera Resources», зарегистрированной в Великобритании, которая, в свою очередь, является частью американской топливной кампании «Frontera Resources Corporation».

ВМолдове «Frontera Resources International LLC» учредила компанию «Frontera Resources Energy», которой руководит Габриэла Ребежа. Это юрлицо зарегистрировано по адресу бизнес-центра IPTEH.

В настоящее время «Frontera Resources» осуществляет разведку и производство в едином периметре углеводородов между Грузией и Азербайджаном, между Каспийским и Черным морями. Но, по сообщениям в прессе, эта компания столкнулась с серьезными финансовыми проблемами. Кроме того, «Frontera Resources» находится в конфликте с Правительством Грузии, из-за попытки уклонения от уплаты долга в размере млн до 1 августа 2016 г.

Что получит Молдова?

Предполагается, что победившая на концессионном конкурсе компания будет платить государству ежегодно лишь 1% от своего дохода. И здесь следует уточнить, какая существует практика по налогообложению добычи ископаемых.

В общемировой практике платят не менее 15% от стоимости добытых ископаемых.В России, например, согласно Налоговому кодексу, за добычу углеводородов (то есть нефти и газа) платят ежемесячно по 16,5% от стоимости добытых ископаемых.

У нас, согласно Налоговому кодексу, предусмотрено, что величина вычета расходов, связанных с добычей природных ресурсов, определяется путем умножения стоимостного базиса природных ресурсов на результат, полученный от деления объема добычи в течение налогового года на ожидаемый общий объем добычи по данному месторождению (в натуральном измерении). Кроме этого предусмотрены вычеты предстоящих расходов на рекультивацию земель и вычет предстоящих расходов по возмещению потерь сельскохозяйственного производства при отводе земель.

Таким образом, предусмотренный только 1% от дохода и при том только по итогам года, это - с одной стороны, нарушение Налогового кодекса, а с другой стороны, явно очень дешевый вариант передачи разработки месторождения на юге в концессию, что не может не вызывать вопросов.

Ведь почему в итоге предыдущая концессия фирмой «Redeco» потерпела фиаско? Потому что с них потребовали разрабатывать по очереди только по одной скважине. Выяснять обстоятельства, после чего скважину следовало консервировать. Фирма не захотела выполнить наши законные требования, да и не смогла представить банковскую гарантию наличия необходимых средств на разработку. А ведь, только по приблизительным расчетам, бурение 1000 м стоит примерно ,5 млн. Таким образом, не сложно посчитать, какие расходы предполагаются при бурении скважин глубиной до 7000 м. То есть одна скважина может обходиться в сумму порядка ,5 млн. Сможет ли потенциальный концессионер дать такие гарантии, если у него уже есть долги в другой стране?

Разве в этих условиях необходим и Закон о нефти для Молдовы? И насколько корректно поступили при проведении конкурса и определении победителем кампании с проблемами в других странах?

От редакции: При сдаче в концессию Кишиневского международного аэропорта мы уже наступили на одни грабли, в результате чего уже не один год проводятся расследования проведения конкурса и несоблюдения инвестором своих обязанностей. Разве нам нужен ещё один повод для расследований?

noi.md

Почему нам нужны гиганты "Большой нефти"

После крупнейшего разлива нефти в истории ведущие нефтяные компании США, которые называют "большой нефтью" и которые никогда не пользовались особой популярностью, потеряли почти всех остававшихся у них друзей. Когда ВР, владеющая собственностью во всех концах планеты от Азербайджана и Ливии до арктической Аляски, объявила в прошлом месяце, что планирует уменьшить свои размеры после огромных убытков из-за аварии Deepwater Horizon, продав свои активы в Техасе и во Вьетнаме как минимум на 30 миллиардов долларов, ей никто особо не сочувствовал. Даже те, кто не ненавидит активно этого нефтяного гиганта, имеют склонность говорить, что небольшая оптимизация ему не повредит, так как компания может стать более эффективной и конкурентоспособной. Они даже заявляют, что отдельные части компании в данный момент стоят дороже, чем она сама, - пишет Foreign Policy.

Это довольно грубая оценка. Сокращению "большой нефти" не следует аплодировать. Осторожно приветствовать этот процесс также не стоит. Речь сегодня идет о гораздо более важных вещах, чем обычное злорадство и корпоративная эффективность. Если крупные нефтяные компании начнут отступление, то снизится и влияние Запада на мировых энергетических рынках. И вам не понравятся те люди, которые заполнят вакуум такого влияния.

Сегодня все в Хьюстоне говорят о более скромных, экономных и экологичных суперкомпаниях "большой нефти". ConocoPhillips выиграла от того, что сбросила недавно лишний жир, продав часть своих активов и проведя сокращения персонала. ВР вряд ли единственная компания в нашем мире после разлива нефти в Мексиканском заливе, которая приняла новую стратегию, основываясь на таком странном с виду принципе. Но по правде говоря, для начала следует сказать, что "большая нефть" не такая уж и большая. Шестерка ведущих суперкомпаний владеет всего 5 процентами общемировых запасов нефти и природного газа. Контроль над остальными находится в государственных руках. И владеют ими самые разные страны от демократической Норвегии до Экваториальной Гвинеи, где правит Теодоро Обианг (Teodoro Obiang). Прошла уже треть века после введения эмбарго ОПЕК, но самая большая проблема нефтяного бизнеса это по-прежнему ресурсный национализм, характерный для некомпетентных, капризных и злонамеренных в плане геополитики государств, которые используют энергоресурсы в качестве оружия или игрушки.

Именно такой дисбаланс сил подтолкнул ВР, бывшую когда-то одной из самых скромных и экономных ведущих нефтяных компаний, начать расширение в годы правления Джона Брауна - предшественника уходящего из ВР Тони Хейворда. В начале 90-х резервы компании в самых негостеприимных с точки зрения политики частях света быстро истощались. Амбициозная стратегия Брауна заключалась в росте компании, чтобы она смогла выжить. ВР агрессивно поглотила породистые американские компании Amoco и Arco, а в конце 90-х – начале 2000-х годов осуществила свое злополучное слияние с российской ТНК. Тем самым она спровоцировала настоящую манию слияний, в результате которых родились известные нам сегодня супергиганты: Exxon-Mobil, Chevron-Texaco, Conoco-Phillips и Total-Petrofina-Elf.

Слияния осуществлялись по той причине, что укрупнение частных компаний было самым легким и самым быстрым способом для увеличения резервов в мире, где большая их часть была недосягаема, поскольку ими владели либо ведущие государственные нефтяные компании, либо нефтяные олигархи. Планы слияний разрабатывались не из-за монополистических тенденций, в которых часто обвиняют "большую нефть", а потому что они давали компаниям возможность приобретать значительные запасы, не тратя при этом огромные средства на разведку и освоение. Зачем искать новую нефть, если ее можно просто купить у другой компании?

А когда мания слияний в первой половине текущего десятилетия очень быстро исчезла, крупные нефтяные компании возобновили охоту за неосвоенными запасами. Но тут у них на пути встали национальные нефтяные компании и правительства, осуществлявшие над ними контроль и управление, и уже владевшие большей частью легкодоступных мировых запасов нефти. Таким образом, супергиганты почти десять лет вынуждены искать глубоководные месторождения. Они очень высокодоходны, но одновременно несут в себе огромные потенциальные риски. И добраться до них можно лишь благодаря той технике, технологиям и знаниям, которыми обладают гиганты "большой нефти".

Сокращение этих гигантов после утечки нефти в Мексиканском заливе лишь усилит данную тенденцию, поскольку ведущие компании оптимизируются для того, чтобы сосредоточить свои усилия на таких рискованных, но дающих большую отдачу поисково-разведочных работах. Даже в условиях ужесточения регулирующих и нормативных мер выставление ВР к позорному столбу будет иметь прямо противоположный эффект, усилив вероятность новой катастрофы. Следующим перспективным районом глубокого бурения является Арктика. Почему? Потому что там нет четких национальных границ, и только супергиганты обладают той технологией, которая позволяет работать в столь суровых условиях. Готовьтесь: скоро вы увидите белых медведей в нефтяных потеках и тюленей в черной пленке.

Если бы свободный рынок смог добраться до многочисленных месторождений "легкой" нефти, такого рода рискованные мероприятия были бы не нужны. Увеличились бы объемы добычи в мире, произошла бы стабилизация цен. Но из-за плохого управления национализированными большей частью нефтяными запасами все происходит как раз наоборот. Добыча нефти и газа в Иране существенно снизилась по сравнению с периодом до революции 1979 года. То же самое можно сказать о добыче в Венесуэле после прихода к власти Уго Чавеса в 1999 году. После фактической национализации энергетических активов в России за последнее десятилетие, которая проводилась порой насильственными методами, рост нефтедобычи там сократился на 80 процентов. Ресурсный национализм в Саудовской Аравии, Ираке и Ливии привел к упадку производства в последние три десятилетия, пока в недавнее время во всех трех странах не произошли перемены. Спрос на нефть в США и Европе снизился, но у Китая и прочих стран с развивающимся рынком сохраняется энергетический голод. Если Пекин заключает прагматичные сделки с нефтедобывающими странами, то многие развивающиеся и развитые экономики будут и впредь полагаться на глубоководные запасы нефти сокращающихся в размерах супергигантов.

Появление гигантов "большой нефти" стало результатом геополитической проблемы национализации. ВР в 90-е годы опасалась, что если она не будет расширяться за счет немногочисленных имевшихся в ее распоряжении средств – поглощения мелких игроков и ставки на рискованные проекты разведки – то она превратится в обычную компанию по оказанию нефтяных услуг и торговле нефтью, которая не в состоянии конкурировать ни на нефтеносных участках, ни на Уолл-стрит. После утечки нефти в заливе и срочной распродажи активов компания вновь сталкивается с той же самой угрозой.

Если вирус сокращения распространится и на других супергигантов, как предсказывают многие аналитики, то эти компании начнут утрачивать свой вес на переговорах с проблемными нефтегосударствами. Это приведет к снижению уровня энергетической безопасности потребителей из США и Европы, а также к новым геополитическим выходкам самых непривлекательных личностей.http://www.oilru.com/news/195391

по наводке lapiduslawyer

iv-g.livejournal.com

Почему нам нужны гиганты "большой нефти" | Мир | ИноСМИ

После крупнейшего разлива нефти в истории ведущие нефтяные компании США, которые называют "большой нефтью" и которые никогда не пользовались особой популярностью, потеряли почти всех остававшихся у них друзей. Когда ВР, владеющая собственностью во всех концах планеты от Азербайджана и Ливии до арктической Аляски, объявила в прошлом месяце, что планирует уменьшить свои размеры после огромных убытков из-за аварии Deepwater Horizon, продав свои активы в Техасе и во Вьетнаме как минимум на 30 миллиардов долларов, ей никто особо не сочувствовал. Даже те, кто не ненавидит активно этого нефтяного гиганта, имеют склонность говорить, что небольшая оптимизация ему не повредит, так как компания может стать более эффективной и конкурентоспособной. Они даже заявляют, что отдельные части компании в данный момент стоят дороже, чем она сама.

Это довольно грубая оценка. Сокращению "большой нефти" не следует аплодировать. Осторожно приветствовать этот процесс также не стоит. Речь сегодня идет о гораздо более важных вещах, чем обычное злорадство и корпоративная эффективность. Если крупные нефтяные компании начнут отступление, то снизится и влияние Запада на мировых энергетических рынках. И вам не понравятся те люди, которые заполнят вакуум такого влияния.

Сегодня все в Хьюстоне говорят о более скромных, экономных и экологичных суперкомпаниях "большой нефти". ConocoPhillips выиграла от того, что сбросила недавно лишний жир, продав часть своих активов и проведя сокращения персонала. ВР вряд ли единственная компания в нашем мире после разлива нефти в Мексиканском заливе, которая приняла новую стратегию, основываясь на таком странном с виду принципе. Но по правде говоря, для начала следует сказать, что "большая нефть" не такая уж и большая. Шестерка ведущих суперкомпаний владеет всего 5 процентами общемировых запасов нефти и природного газа. Контроль над остальными находится в государственных руках. И владеют ими самые разные страны от демократической Норвегии до Экваториальной Гвинеи, где правит Теодоро Обианг (Teodoro Obiang). Прошла уже треть века после введения эмбарго ОПЕК, но самая большая проблема нефтяного бизнеса это по-прежнему ресурсный национализм, характерный для некомпетентных, капризных и злонамеренных в плане геополитики государств, которые используют энергоресурсы в качестве  оружия или игрушки.

Именно такой дисбаланс сил подтолкнул ВР, бывшую когда-то одной из самых скромных и экономных ведущих нефтяных компаний, начать расширение в годы правления Джона Брауна  -  предшественника уходящего из ВР Тони Хейворда. В начале 90-х резервы компании в самых негостеприимных с точки зрения политики частях света быстро истощались. Амбициозная стратегия Брауна заключалась в росте компании, чтобы она смогла выжить. ВР агрессивно поглотила породистые американские компании Amoco и Arco, а в конце 90-х – начале 2000-х годов осуществила свое злополучное слияние с российской ТНК. Тем  самым она спровоцировала настоящую манию слияний, в результате которых родились известные нам сегодня супергиганты: Exxon-Mobil, Chevron-Texaco, Conoco-Phillips и Total-Petrofina-Elf.

Слияния осуществлялись по той причине, что укрупнение частных компаний было самым легким и самым быстрым способом для увеличения резервов в мире, где большая их часть была недосягаема, поскольку  ими владели либо ведущие государственные нефтяные компании, либо нефтяные олигархи. Планы слияний разрабатывались не из-за монополистических тенденций, в которых часто обвиняют "большую нефть", а потому что  они давали компаниям возможность  приобретать значительные запасы, не тратя при этом огромные средства на разведку и освоение. Зачем искать новую нефть, если ее можно просто купить у другой компании?

А когда мания слияний в первой половине текущего десятилетия очень быстро исчезла, крупные нефтяные компании возобновили охоту за неосвоенными запасами. Но тут у них на пути встали национальные нефтяные компании и правительства, осуществлявшие над ними контроль и управление, и уже владевшие большей частью легкодоступных мировых запасов нефти. Таким образом,  супергиганты почти десять лет вынуждены искать глубоководные месторождения. Они очень высокодоходны, но одновременно несут в себе огромные потенциальные риски. И добраться до них можно лишь благодаря той технике, технологиям и знаниям, которыми обладают гиганты "большой нефти".

Сокращение этих гигантов после утечки нефти в Мексиканском заливе лишь усилит данную тенденцию, поскольку ведущие компании оптимизируются для того, чтобы сосредоточить свои усилия на таких рискованных, но дающих большую отдачу поисково-разведочных работах. Даже в условиях ужесточения регулирующих и нормативных мер выставление ВР к позорному столбу будет иметь прямо противоположный эффект, усилив вероятность новой катастрофы. Следующим перспективным районом глубокого бурения является  Арктика. Почему? Потому что там нет четких национальных границ, и только супергиганты обладают той технологией, которая позволяет работать в столь суровых условиях. Готовьтесь: скоро вы увидите белых медведей в нефтяных потеках и тюленей в черной пленке.

Если бы свободный рынок смог добраться до многочисленных месторождений "легкой" нефти, такого рода рискованные мероприятия были бы не нужны. Увеличились бы объемы добычи в мире, произошла бы стабилизация цен. Но из-за плохого управления национализированными большей частью нефтяными запасами все происходит как раз наоборот. Добыча нефти и газа в Иране существенно снизилась по сравнению с  периодом до революции 1979 года. То же самое можно сказать о добыче в Венесуэле после прихода к власти Уго Чавеса в 1999 году. После фактической национализации энергетических активов в России за последнее десятилетие, которая проводилась порой насильственными методами, рост нефтедобычи там сократился на 80 процентов. Ресурсный национализм в Саудовской Аравии, Ираке и Ливии привел к упадку производства в последние три десятилетия, пока в недавнее время во всех трех странах не произошли перемены. Спрос на нефть в США и Европе снизился, но у Китая и прочих стран с развивающимся рынком сохраняется энергетический голод. Если Пекин заключает прагматичные сделки с нефтедобывающими странами, то многие развивающиеся и развитые экономики будут и впредь полагаться на глубоководные запасы нефти сокращающихся в размерах супергигантов.

Появление гигантов "большой нефти" стало результатом геополитической проблемы национализации. ВР в 90-е годы опасалась, что если она не будет расширяться за счет немногочисленных имевшихся в ее распоряжении средств – поглощения мелких игроков и ставки на рискованные проекты разведки – то она превратится в обычную компанию по оказанию нефтяных услуг и торговле нефтью, которая не в состоянии конкурировать ни на нефтеносных участках, ни на Уолл-стрит. После утечки нефти в заливе и срочной распродажи активов компания вновь сталкивается с той же самой угрозой.

Если вирус сокращения распространится и на других супергигантов, как предсказывают многие аналитики, то эти компании начнут утрачивать свой вес на переговорах с проблемными нефтегосударствами. Это приведет к снижению уровня энергетической безопасности потребителей из США и Европы, а также к новым геополитическим выходкам самых непривлекательных личностей.

Александрос Петерсен консультант по проблемам международной энергетики, старший научный сотрудник Евразийского центра при Атлантическом союзе (Atlantic Council).

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

inosmi.ru